Чтение онлайн

Правда, сейчас посетитель был сильно взволнован. Я увидел молодого дружинника. Судя по экипировке один из тех, что стоял на въездных воротах в острог.

— Воевода! Господин воевода! — вскрикнул он.

— Что случилось? — удивился я.

Если б случилось нападение, система оповещения уже сработала бы. Бил колокол, орали сирены. А сейчас всё было тихо.

— Там какой-то дядька на воротах наших парней строит, — выпалил дружинник.

— В каком смысле «строит»? — не понял я.

— Ну, отчитывает, — пояснил боец. — Они его на въезде проверять стали. А он из машины вылез, и говорит: «Проверяете не так, досматриваете неправильно… Откуда мол олухи такие взялись на его голову…» А мы его и не знаем совсем. При чем тут его голова?

Если изначально в мою голову закралась одна идея, то после описания, «странного дядьки» которое дал боец, она окончательно укрепилась.

Григорий Мартынович Крылов прибыл в Угрюм.

Я вскочил с кресла, отбросив усталость. Если мои подозрения верны, нужно срочно вмешаться, пока ситуация не вышла из-под контроля.

— Веди, — коротко бросил я дружиннику.

У ворот острога царило напряжение. Легковой автомобиль стоял перед воротами, а вокруг него собралась небольшая толпа. Григорий Мартынович — в той же потрёпанной, но чистой одежде — методично отчитывал двоих постовых.

— … и днище не проверили! Там могла быть взрывчатка, прицепленная снизу. Я же мог оказаться диверсантом. А багажник? Заглядывали? Нет! — его голос звенел от возмущения. — Документы спросить догадались только после того, как я сам напомнил. И что вы в них увидели?

Младший из постовых, паренёк лет восемнадцати, растерянно пожал плечами:

— Так всё вроде в порядке было. Печать стоит, подпись…

Крылов выхватил из рук дружинника удостоверение и потряс им:

— В порядке? Тут написано «Хан Золотой Орды»! С моей фотографией, но чужой фамилией!

Старший постовой покраснел, младший опустил голову. Я понял — читать они не умеют. Увидели официальную бумагу с печатью и пропустили.

— Что здесь происходит? — громко спросил я, подходя ближе.

— Прохор Игнатьевич, — Крылов повернулся ко мне. — Решил проверить, как у вас организована охрана. Результаты неутешительные.

На шум прибежал командир дружины, запыхавшийся и встревоженный:

— Воевода, какие-то проблемы?

— Никаких проблем, Борис, — твёрдо сказал я, глядя на Крылова. — Григорий Мартынович, я понимаю вашу логику. Неожиданная проверка — хороший способ выявить недостатки в организации службы. Сам таким пользуюсь. Но есть нюанс.

Бывший начальник Сыскного приказа приподнял бровь, ожидая продолжения.

— Вы ещё не были представлены людям как начальник правоохранительных органов Угрюма. А уже начинаете их строить. Причём людей из чужого ведомства — дружина подчиняется Борису, а не вам.

Крылов сконфуженно моргнул, осознавая свою ошибку.

— Более того, — продолжил я, — прежде чем что-либо требовать с людей, нужно сначала присмотреться, оценить ситуацию, выявить все недоработки. А потом уже обучить людей правильным действиям и наказывать за разгильдяйство. Наши дружинники — не профессиональные полицейские. Они умеют воевать с Бездушными, но досмотр транспорта для них — новое дело.

Григорий Мартынович выпрямился:

— Вы правы.

Он повернулся к постовым и с искренностью в голосе произнёс:

— Приношу свои извинения. Был чрезмерно резок. Я серьёзно отношусь к своей работе и не могу допускать халатности в вопросах безопасности. Но маркграф прав — сначала нужно было представиться и обучить вас правильным процедурам.

Я внимательно наблюдал за своим новым подчинённым. В его голосе не было ни капли фальши или вынужденного подчинения. Человек действительно осознал свою ошибку — не из-за моей отповеди, а потому что увидел ситуацию с другой стороны. Редкое качество — умение признавать неправоту без оговорок и попыток сохранить лицо. Это подтверждало, что я не ошибся в выборе.

Постовые неуверенно кивнули, всё ещё смущённые.

Крылов подошёл к моему спутнику:

— И вам мои извинения, Борис, не знаю, как вас по батюшке. Нарушил субординацию, отчитывал ваших людей без вашего ведома.

— Забыли, — кивнул тот, расслабляясь. — Только давайте в следующий раз сначала поговорим, как нам лучше работать вместе. А то мои ребята и так на нервах после последних событий.

— Обязательно, — согласился тот.

Затем он повернулся к постовым и, к всеобщему удивлению, протянул руку старшему дружиннику:

— Как вас зовут?

— Степан, Ваше Благородие, — растерянно ответил тот, пожимая руку.

— А вас? — Крылов повернулся к младшему.

— Дмитрий.

— Степан, Дмитрий, завтра если не будет возражений у вашего командира, я могу провести для всех постовых занятие по правильному досмотру. Покажу, на что обращать внимание, как проверять транспорт и документы. Есть желание?

— Так точно! — оживились дружинники.

— И ещё, — Крылов достал из кармана свои липовые документы и с лёгкой улыбкой протянул их Степану. — Оставьте себе на память. Как образец того, что нельзя пропускать. Когда научитесь читать — а я уверен, маркграф об этом позаботится — сами посмеётесь.

Толпа расслабилась, кто-то даже хихикнул. Напряжение окончательно спало.

— Борис, — обратился я к командиру дружины, — завтра утром представишь Григория Мартыновича всем командирам отделений. Нужно наладить чёткое взаимодействие.

— Будет сделано, воевода.

Я хлопнул в ладоши:

— Всё, расходимся. Степан, Дмитрий — продолжайте службу. И запомните урок — бдительность никогда не бывает лишней.

Крылов взял свой небольшой дорожный сундук из кузова и последовал за мной. Проходя мимо Бориса, он негромко добавил:

— У вас хорошие ребята, просто необученные. Это поправимо. По крайней мере им не плевать на службу, это хорошо видно.

— Рад, что вы так считаете, — искренне ответил командир дружины.

Он остался у ворот, явно собираясь сказать пару ласковых подчинённым, а мы вдвоём с Крыловым направились в глубь острога.

— Итак, макрграф, — выдохнул ходячий источник вечерней суматохи, — приехал, как договаривались.

— Можно просто Прохор или воевода.

— Хорошо, воевода. Где тут у вас отдел полиции?