Чтение онлайн

Процесс требовал повышенной концентрации. Каждую мину нужно было обезвредить индивидуально, аккуратно, не допуская случайной детонации. Когда я закончил с последней — всего их оказалось сорок семь — настало время для демонстрации.

Я поднял руки, словно дирижёр перед оркестром. Металл откликнулся на мой призыв. Песок зашевелился, забурлил, как вода при кипении. А затем синхронно из земли поднялись десятки тёмных плоских цилиндров. Мины висели в воздухе ровными рядами, покачиваясь, как зловещие плоды на невидимых ветвях. Песок осыпался с их корпусов тонкими струйками.

— Твою мать… — выдохнул кто-то из бойцов.

Я опустил руки, и мины аккуратно легли в сторону, складываясь в ровную пирамиду.

— Мы чуть не подорвались на этой дряни, — пробормотал Евсей, вытирая пот со лба.

— Волкодав оказался опаснее, чем казался, — заметил Тимур, разглядывая обезвреженные мины. — Заминировать подступы даже с этой стороны… Он параноик или гений.

— Или и то, и другое, — откликнулась Василиса.

В этот момент солнце окончательно вырвалось из-за горизонта, заливая пустыню ослепительным светом. Тени резко сократились, а температура начала стремительно расти. Мы поспешили укрыться в тени утёса, прижимаясь к прохладному камню. Туда же я сдвинул вынутые мины, усилием разгладив песок.

Высоко на стене крепости, метрах в пятидесяти над нами, послышались голоса. Два снайпера вышли на утренний обход.

— Знаешь, в чём проблема с убийством на расстоянии, Рустам? — донёсся задумчивый голос. — Ты не видишь глаз.

— И что с того? Мёртвый — он и есть мёртвый, Ахмед.

— Нет-нет, ты не понимаешь. Это как… как секс по переписке. Технически — да, произошло. Но ты упускаешь самое важное — сам контакт, близость, дыхание. Всю суть процесса, понимаешь? Вот так и с там — ты нажал на курок, человек упал, но ты не увидел момент перехода.

— Момент перехода? — в голосе второго послышался скепсис.

— Ну да. Вот человек живой, а вот — уже нет. И ты это видишь. Прямо в глазах видишь, как что-то уходит. Как будто маговизор выключили — щёлк, и экран тёмный.

— Ты слишком много думаешь для парня, который получает деньги за нажатие на курок.

— А ты слишком мало думаешь для парня, который может промахнуться и остаться без башки. Кстати, помнишь того узбека в Ташкенте? Который всё про честь рассуждал?

— Который своего зятя пришил?

— Его самого. Так вот, он перед смертью сказал интересную вещь. Мол, убийство — это не про смерть, а про власть. Ты решаешь, кому жить, кому умирать. Играешь в бога.

— Херня. Мы не в бога играем, мы счета оплачиваем. У меня ипотека, у тебя алименты.

— Вот именно! — оживился первый. — В этом вся ирония. Боги древности метали молнии из-за оскорблённой гордости. А мы метаем пули из-за просроченных платежей. Эволюция, брат.

— Единственная эволюция, которую я вижу — это эволюция твоей лысины.

— Это наследственное. Мой дед был лысым, отец был лысым. Это как… династия. Знаешь, что такое династия?

— Знаю. Это когда начальство передаёт должности своим тупым родственникам, и поэтому мы тут торчим третий месяц в этой чёртовой жаре, охраняя непонятно что от непонятно кого.

Снайперы прошли дальше по стене, их голоса затихли.

— Похоже, дисциплина у них не самая строгая, — тихо заметил Гаврила.

— Или они слишком уверены в неприступности крепости, — возразил я. — Раиса!

Тенебромантка материализовалась из тени рядом со мной так внезапно, что Полина вздрогнула.

— Слушаю, воевода.

— Нужна разведка. Проникни внутрь, осмотри расположение сил, оружие, и главное — попробуй выяснить, где держат Святослава. У тебя двадцать минут.

Женщина кивнула и буквально растворилась в сумраке утёса, словно её и не было.

— А теперь будем ждать, — произнёс я, доставая магофон. — До назначенного времени встречи на пристани ещё около трёх часов. Посмотрим, клюнет ли Скалолаз на наживку. Не шуметь, но можете перекусить или попить воды.

Я набрал сообщение Родиону: «Когда прибудет банда Мирзы?»

Ответ пришёл через минуту: «Не знаю. После нашего разговора передал оговорённые сведения Скалолазу. Звучал крайне заинтересованно, но решится ли лезть на Алтынкалу — гарантировать не могу».

Ярослава достала магофон и набрала номер Прохора. Гудки тянулись мучительно долго. Наконец, в динамике послышался едва различимый голос воеводы — он говорил настолько тихо, что княжне пришлось прижать устройство вплотную к уху.

— Прохор… — прошептала она в ответ, понимая необходимость соблюдать тишину.

— Слушаю, — ответ Платонова был едва слышен, словно он находился в непосредственной близости от врага.

— У нас серьёзная проблема. Баржа на старом причале заминирована и забита химикатами — хлор, аммиак и прочая дрянь. Это не просто засада, это ловушка. Взрыв накроет половину квартала токсичным облаком. Сотни жертв среди мирных.

Пауза. Рыжеволосая аэромантка слышала только дыхание Прохора и какие-то отдалённые голоса на заднем плане.

— Понял. Что ещё?

— Волкодав не идиот, чтобы устраивать теракт в городе, где половина его бизнеса. Это уничтожит все его схемы. Либо ему пообещали нечто большее, либо… — Ярослава помедлила, формулируя мысль, — либо за его спиной действует кто-то ещё. Кто-то, кому выгодно одновременно подставить вас под обвинение в терроризме, не считая с ценой.

— Логично, — согласился Прохор после короткого размышления. — Ладно, разберёмся потом. Сейчас главное — синхронизировать действия. Вам нужно обезвредить баржу до начала основной атаки. Насколько помню, у Соколова есть нужный опыт, задействуй его. У меня здесь… — голос стал ещё тише, — около двухсот головорезов и артиллерия. Плюс ждём Скалолаза с его бандой. Когда начнётся заваруха, я дам сигнал. После этого действуйте.

Ярослава мысленно выругалась — их штатный сапёр Григорий остался в Твери, не думали, что в Астрахани понадобятся его навыки. Хорошо, что Евдоким разбирается во взрывчатке, иначе пришлось бы рисковать жизнями людей, отправляя неспециалистов к заминированной барже.

— Понял. Мы выдвигаемся на позиции.

Связь оборвалась. Засекина убрала магофон и обернулась к своим бойцам. Солнце медленно поднималось над горизонтом, окрашивая небо в бледно-розовые тона. До начала операции оставалось не так много времени.