Чтение онлайн

— Матвей, ты… — я внимательно посмотрел на ошеломлённого подростка. — Ты обладаешь исключительным даром. Полина будет лично заниматься с тобой.

Проверка остальных учеников заняла ещё час. В итоге из девятнадцати старших учеников пять обладали магическим потенциалом: один сильный гидромант, один средней силы металломант, слабый аэромант, парень со слабым потенциалом сразу в трёх стихиях и один с неопределённой предрасположенностью.

Когда последний ребёнок покинул комнату, мы остались вчетвером, подводя итоги.

— Девять из тридцати пяти, — подсчитал я. — Почти 26%. Это значительно превышает среднюю статистику.

— Угрюм действительно особенное место, — кивнул Леонид.

— Каков план, воевода? — спросила Полина, собирая записи с результатами.

— Сначала создадим две учебные группы, — я начал расхаживать по комнате, формулируя план. — Первая — основы теории магии для всех одарённых. Вторая — практические занятия по стихиям. Василиса и Вельский возьмут землю, ты, Полина, — воду, Тимур может обучать огню. Для воздуха привлечём Надежду Кронгельм.

— А металл? — спросила Голицына, выгнув бровь.

— Этим займусь я, — твёрдо ответил я. — Особенно с Егором — его потенциал не должен пропасть даром.

— А пробуждение дара? — глаза геомантки загорелись любопытством. — Некоторым детям потребуется помощь, чтобы активировать свой потенциал.

— Мы создадим контролируемые ситуации стресса, — пояснил я. — Ничего опасного — лёгкие испытания, которые заставят их внутреннюю силу проявиться. Это сделать легче всего, если в момент стресса передать им немного энергии. Подобное тянется к подобному, и магическое ядро отзовётся.

Седобородый маг кивнул, соглашаясь:

— Верно. Нам нужно помочь им нащупать свою внутреннюю силу без излишнего риска.

Из воспоминаний Платонова я также знал, что в этом мире широко используются специальные зелья на основе Реликтов, которые могут закрепить и усилить стихийную предрасположенность. Безопасные, в отличие от экспериментов Фонда. Однако они эффективны только пока организм растёт и формируется. После восемнадцати лет магическая система человека становится слишком неподатливой для таких вмешательств. Нужно будет обязательно достать или изготовить их силами Зарецкого и Соболевой.

— Подумать только, девять одарённых… — покачала головой Полина. — Уже ради этого стоило затеять подобную проверку.

— Это ещё не всё, — возразил я. — Среди взрослых жителей Угрюма наверняка есть те, кто обладает нераскрытым потенциалом. Мы проверим каждого. Начнём с дружинников и постепенно охватим всё население. Если процент одарённых так же высок, как среди детей, мы получим значительное усиление наших сил.

— Настоящая народная академия, — восхищённо прошептала Василиса. — Единственная в Содружестве, где аристократы и простолюдины учатся вместе, и последним нет нужды искать себе богатого покровителя или залезать в пожизненную кабалу для оплаты обучения…

— Академический совет нас за это не похвалит, — с сарказмом хмыкнул я, сворачивая пергамент с руническим кругом.

— Но когда это тебя останавливало? — лукаво улыбнулась геомантка.

Я не ответил, но внутренне согласился. Предстоящий путь будет непростым, но результат того стоил. В войне с Бездушными нам понадобится каждый маг, независимо от его силы или предрасположенности.

Так или иначе, но мы изменим сами основы этого мира, и он больше никогда не будет прежним.

После ритуала я отправился на поиски Валентина Вельского. Геомант нашёлся на тренировочной площадке, где он отрабатывал возведение каменных заслонов. При моём приближении Вельский выпрямился и вытер пот со лба.

— Воевода, — кивнул он сдержанно. Несмотря на тренироврки под солнцем, на его лице оставались глубокие морщины, а глаза смотрели настороженно.

— Валентин, нужно поговорить, — сказал я, указывая на прохладную тень возле частокола. — Есть дело, которое может тебя заинтересовать.

Кряжистый мужчина выглядел старше своих сорока лет. Его руки, покрытые мозолями, говорили о привычке к тяжёлому труду, но мельчайшие золотистые искорки в радужке глаз, характерные для геомантов, выдавали его истинное призвание.

— Я слышал, ты раньше работал с Яковлевыми, — начал я прямо, наблюдая за его реакцией.

Лицо геоманта мгновенно помрачнело, а пальцы сжались в кулак.

— Было дело, — процедил он сквозь зубы. — Четыре поколения Вельских служили им верой и правдой. Мои предки были знамениты своим умением находить руду и драгоценные камни, — на его лице отразилась неприкрытая горечь, — но времена изменились. В наши дни геоманту без покровительства Демидовых или Яковлевых не выжить в Содружестве.

— Что случилось? — я подался вперёд, действительно заинтересованный его историей.

— Я нашёл богатую жилу Сумеречной стали в северных отрогах, — Вельский понизил голос, хотя вокруг никого не было, — но имел неосторожность заявить, что по закону мне полагается доля от добычи. Мартын Потапович, глава рода, просто рассмеялся. А когда я настаивал… — он помедлил, машинально потирая запястье, — меня обвинили в воровстве, избили и выгнали без рекомендаций.

— А дальше? — я догадывался, что за этим последовало, но хотел услышать от него самого.

— С волчьим билетом никто не брал на работу, — в его голосе звучала застарелая обида. — Я пытался основать собственное дело — искать драгоценные камни в местах, не интересующих монополистов. Но в какой-то момент ко мне явились люди с «предложением» от князя Терехова. Отказаться я не смог.

Повисла пауза. Мы оба знали, что скрывалось за этими словами — тюремная камера, эксперименты, медленная смерть.

Передо мной сидел человек, сломленный системой, но не потерявший мастерства. Его опыт и навыки будут бесценны для проекта. А затаённая обида на Яковлевых только придаст ему дополнительную мотивацию.

— Валентин, я собираюсь предложить тебе работу, — я смотрел прямо в его выцветшие от времени глаза. — Настоящую работу геоманта. С уважением и достойной твоего мастерства оплатой.

Он усмехнулся, но во взгляде промелькнула искра интереса.

— И в чём подвох?

— Мне потребуется от тебя магическая клятва верности.

Вельский напрягся, его лицо застыло.

— Слышал о подобном, но никогда не сталкивался. При всём уважении, это серьёзный шаг.

— Согласен, — я кивнул, — но дело того стоит. К нему будет привлечён очень узкий круг людей. И я предлагаю честную сделку — ты получишь более чем справедливую плату.