Чтение онлайн

Пока бойцы принимались за работу, я активировал амулет связи:

— Сержант Панкратов, ко мне со своим резервом. Срочно.

Через десять минут передо мной стоял Кузьмич со своими тридцатью бойцами. Все свежие — за время основного боя они охраняли внутренний периметр и не успели устать.

— Слушаю, боярин!

Я обвел рукой поле боя. Тысячи трупов Бездушных устилали землю на сотни метров вокруг. Черная кровь пропитала почву, превратив ее в вязкую жижу. Запах разложения уже начинал распространяться под утренним солнцем.

— Видишь это? — спросил я. — Нужно извлечь все ядра. Каждое — это деньги на патроны, лекарства, еду. Это будущее Угрюма.

Панкратов поморщился, но кивнул:

— Грязная работка. Но понимаю — война сама себя кормит.

— Именно. Организуй людей. Мешки под ядра взять на складе. К ночи нужно все собрать. Если потребуется помощь, привлеки к делу охотников-стариков из цитадели.

Кузьмич повернулся к своим:

— Так, орлы! Слышали воеводу? Достаем ножи, берем мешки. Работаем попарно — один режет, другой собирает. И аккуратнее, аккуратнее! Голыми руками Бздыхов не трогать! Потравитесь же к едрене-матери!

Молодой боец, едва достигший восемнадцати лет, побледнел:

— Сержант, а если…

— Если блевать будешь — отойди в сторону, — рявкнул Панкратов. — А потом догонишь остальных. Война — дело грязное, привыкай!

Я решил показать пример. Достал нож, подошел к ближайшему трупу Стриги:

— Смотрите. Быстрый разрез под ребрами. Ядро обычно справа от позвоночника, размером с грецкий орех. Раздвигаете рану, вытаскиваете — в мешок.

Продемонстрировал на практике. Движения получились быстрыми, почти автоматическими — сказывался опыт прошлой жизни, когда после каждой битвы приходилось собирать трофеи.

— Это наша награда за победу, — повторил я, выпрямляясь. — Каждое ядро оплатит нам патроны для следующего боя. Помните об этом.

Работа закипела. К моему удивлению, после первоначального отвращения бойцы взялись за дело с энтузиазмом. Особенно когда кто-то нашел ядро Стриги размером с кулак — такие стоили целое состояние.

Оставив Панкратова руководить сбором трофеев, я занялся другой, не менее важной задачей. Поле боя было усеяно гильзами и пулями — десятки тысяч единиц боеприпасов, выпущенных за сутки боя. Оставить их — значит потерять ценнейший ресурс.

Я встал посреди поля и сосредоточился, призывая магию металла. Однако силы были почти на исходе. Создание Каменных копий, управление Металлическим вихрем, постоянное использование боевых заклинаний — все это опустошило мой резерв практически до дна.

Первая попытка дала жалкий результат. Едва удалось поднять металл в радиусе двадцати метров. Пули и стреляные гильзы нехотя поднялись в воздух, кружась в слабом вихре.

— Мало, — пробормотал я, чувствуя, как из носа потекла струйка крови. — Слишком мало…

Я тупо смотрел на жалкую горстку металла, пытаясь понять, что делать дальше. Мозг отказывался работать после долгих часов непрерывного боя. Взгляд замылился, мысли путались, словно я пытался думать сквозь вату. И только когда рука машинально легла на древко глефы для опоры, я почувствовал пульсацию встроенных кристаллов.

— Дубина!.. — выругался я сам на себя. — Кристаллы же…

Как я мог забыть? В специальных пазах древка были вмурованы два средних кристалла Эссенции — аварийный резерв на крайний случай. После боя с Жнецом я даже не вспомнил о них, настолько одурел от усталости и адреналина.

Я провёл ладонью по гладкому металлу, нащупывая углубления. Первый кристалл откликнулся тёплым покалыванием. Я мысленно потянулся к нему, и энергия хлынула в опустошённые каналы. Не бурным потоком, как при ритуале, а ровной струёй — ровно столько, сколько мог принять измученный организм.

Пятьдесят капель чистой силы растеклись по телу, возвращая ясность мысли и твёрдость движениям. Я выпрямился, чувствуя, как отступает туман усталости.

Второй кристалл дал ещё сорок капель. Далеко не полное восстановление, но достаточно для того, что я задумал.

— А теперь по-настоящему, — пробормотал я, снова концентрируясь на заклинании.

На этот раз магия откликнулась охотно. Я расширил зону воздействия — пятьдесят метров, семьдесят, сто… Металл в радиусе ста двадцати метров взмыл вверх единым облаком. Тысячи пуль, десятки тысяч гильз, осколки и обломки — всё это закружилось в управляемом вихре.

Я направил поток к стенам, где уже суетились бойцы с ящиками и мешками. Металлический дождь аккуратно просыпался в подготовленную тару, сортируясь по типу — гильзы отдельно, пули отдельно, осколки в сторону.

— Вот так-то лучше, — удовлетворённо хмыкнул я, опираясь на глефу уже не от слабости, а просто чтобы дать телу отдохнуть. — Надо же, чуть не потерял целое состояние в металле из-за того, что мозги отключились.

— Воевода! — ко мне подбежал один из бойцов. — Вы в порядке? Мы видели, как вы там…

— В полном, — отмахнулся я. — Просто нужно помнить, что после суток боя сначала думаешь, потом делаешь. А не наоборот.

Отдых потребовался не только мне. По всему Угрюму сказывались последствия эликсиров. Бойцы, усиленные зельями выносливости, один за другим теряли силы.

Оружие выскальзывало из вмиг ослабевших пальцев, ноги подкашивались, некоторые просто теряли сознание.

Сам я едва держался. Каждый шаг давался с трудом, приходилось хвататься за стены домов, чтобы не упасть. Мышцы горели огнем, в груди словно раскаленные угли. Организм требовал платы за часы работы на пределе возможностей.

Но останавливаться было нельзя. Нужно было организовать смены, восстановить укрепления, подготовиться к следующей атаке. Да и людям нужно видеть, что их лидер мелькает то тут, то там, давая совет, морально поддерживая и хваля за отличную работу.

Панкратов определённо оказался звездой этого вечера.

— Кузьмич! — позвал я.

Старый сержант мгновенно оказался рядом.

— Слушаю, воевода!

— Твои люди — единственные боеспособные сейчас. Организуй смены на стенах.

— Так точно! — Панкратов развернулся к своим. — Петров, Сидоров — на северную стену! Митрофанов с отделением — на западную!

Пока сержант распределял дежурства, я добрался до пролома в восточном бастионе. Брешь шириной метров пять прикрывали каменные плиты, выдвинутые геомантами, но они просуществуют лишь ограниченное время. Это лишь пластырь на кровоточащей ране, а нужно перманентное решение.