Чтение онлайн

— Снимите их через час, — приказал я караульным. — Похороните. Без почестей, но по-человечески.

В этот момент за мной примчался мальчишка-посыльный, сообщив, что вернулась разведывательная группа. Но почему так рано? Они должны были вернуться только к вечеру.

Бегом добравшись до цитадели, я увидел их. Кузьмич впереди, за ним остальные — окровавленные, с разорванной одеждой, тяжело дыша. Двоих несли на руках.

— Воевода! — Панкратов бросился ко мне, хватая воздух ртом. — Они идут! Собираются со всех сторон, тысячи их! Будут здесь через полчаса, может, меньше!

Земля под ногами едва заметно задрожала. Ритмичные удары где-то вдалеке, словно поступь исполинов.

Кузьмич ещё говорил, но я уже не слушал. В голове мгновенно выстраивался план действий — тысячи Бездушных требовали немедленных решений.

— Борис! — рявкнул я, разворачиваясь к командиру дружины, подоспевшему к цитадели. — Боевая тревога! Всех на стены! Женщин и детей в убежища!

Охотник кивнул и бросился выполнять приказ. Я повернулся к разведчикам:

— Отдыхайте. Вы сделали главное — предупредили. Панкратов, после боя жду подробный доклад.

По острогу загудел набат. Люди выбегали из домов, хватали оружие, занимали позиции. Отработанная за последние недели система обороны включалась как хорошо смазанный механизм. Дружинники и Валькирии бежали на стены, гражданские в цитадель, опытные тыловики тащили ящики с патронами к огневым точкам.

Ко мне на северный бастион, тем временем, уже поднимались наши маги: Василиса, Полина и Тимур. Белозёрова выглядела испуганной, но в глазах горела решимость.

— Прохор, что происходит? Новый штурм? — спросила Василиса, вглядываясь в лес.

— Да. Основные силы будут здесь меньше чем через час.

Полина ойкнула и поёжилась. Черкасский внимательно глянул в её сторону и произнёс:

— Они всё равно обломают зубы о наш острог, верно я говорю?

— Верно, — ответил я спокойно, вселяя уверенность в соратников.

Тимур оскалился, проверяя свой палаш. За последние месяцы пиромант показал себя надёжным бойцом, и я был рад, что оставил его в живых, связав клятвой верности.

Следующие полчаса прошли в лихорадочной подготовке. Я обходил позиции, проверял готовность, отдавал последние распоряжения. Матвей Крестовский занял место у северных ворот — метаморф жаждал реванша со мной после прошлого боя. Вбил себе в голову, что должен превзойти меня на поле боя. Для меня видеть его нынешний азарт было куда приятнее, чем прежнюю тоску. Как говорится «чем бы дитя не тешилось», даже если это «дитя» в боевой форме становится машиной смерти.

Сержант Соколов расставлял своих Валькирий на угловых башнях — женщины должны были вести прицельный огонь с высоты.

И вот на опушке показались первые фигуры — Трухляки, сотни Трухляков. За ними мелькали быстрые тени Стриг. Но вместо привычной атаки волнами твари начали выстраиваться.

— Что они делают? — пробормотал стоящий рядом Гаврила.

Я прищурился, наблюдая невиданное зрелище. Бездушные формировали правильные шеренги примерно в трёхстах метрах от стен. Трухляки встали плотными рядами, Стриги заняли фланги. Всё больше тварей выходило из леса, пополняя строй.

Грохнули первые выстрелы. Несколько Трухляков в передних рядах дёрнулись и упали. Снайперы из числа лучших стрелков начали методично выбивать тварей.

— Прекратить огонь! — рявкнул я. — Беречь патроны!

— Но воевода, они же стоят как мишени! — возразил один из сержантов.

— Именно поэтому и не стрелять. Это ловушка.

Враг понимает разницу между нашим оружием. Подставляет самые бесполезные цели на предельном расстоянии, заставляя тратить ценные и редкие боеприпасы.

К нам подбежал Борис, запыхавшийся после обхода позиций:

— Воевода, что за чертовщина? Почему они не атакуют?

Я покачал головой, чувствуя нарастающее давление в висках. Сначала лёгкое, как начало головной боли, потом сильнее.

— А-а-ай! — Полина схватилась за голову, лицо исказилось от боли.

Василиса поморщилась, прижав пальцы к вискам. Даже Тимур дёрнул головой, словно пытаясь стряхнуть невидимую паутину.

— Ментальная атака, — процедил я сквозь зубы. — Все маги, сосредоточьтесь!

Давление усиливалось. По стенам прокатилась волна стонов — маги и даже некоторые обычные люди с зачатками дара почувствовали воздействие. Полина всхлипнула, из носа потекла струйка крови.

Мигрень расцветала в голове букетом раскалённых игл.

Час проходил за часом. Солнце медленно ползло по небу, а армия Бездушных стояла неподвижно, словно жуткие статуи. Защитники на стенах начали нервничать — держать оружие наготове, не зная, когда начнётся атака, оказалось тяжелее, чем отбивать штурм. Некоторые дружинники то и дело вскидывали автоматы, принимая тени за движение врага.

— Может, они подохли стоя? — пошутил кто-то из бойцов, но смех вышел нервным.

К полудню я заметил, что Полина держится за стену, чтобы не упасть. Василиса постоянно массировала виски. Даже я чувствовал нарастающую усталость, словно невидимая рука медленно выжимала силы.

— Не понимаю! — Борис тряс головой, глядя на замершую армию тварей. — Чего они ждут? Почему не идут в атаку?

Я вытер выступивший на лбу пот.

— Они нас изматывают. Держат в напряжении. Люди не могут расслабиться, постоянно ждут атаки. Маги тратят силы на защиту от ментального давления.

— Хитрые твари, — выругался командир дружины.

«Слишком хитрые», — мрачно подумал я.

Такая тактика требовала разума, планирования. Похоже Кощей руководил этой армией напрямую.

«Он играет с нами, — понял я с леденящей ясностью. — Не просто атакует — изучает, проверяет, прощупывает оборону как шахматист, готовящий решающую комбинацию».

— Через несколько часов такого стояния мы будем вымотаны больше, чем после настоящего боя, — сплюнул Борис.

— Именно. И тогда они ударят — по измученным, обессиленным защитникам.

Вскоре до нас донёсся ритмичный звук — хлопанье множества крыльев. Я поднял голову и увидел их — десятки летающих Бздыхов кружили на большой высоте, явно вне досягаемости обычного оружия.