Чтение онлайн

Он увидел, как его отец схватил телефон со стола, встал, набрал кому-то и начал расхаживать. Данте ждал, кислота в его венах просто смотрела на человека, пожирающего его заживо.

— Дэмиен Марони, — рявкнул его отец в трубку. — Где он? — пауза. — Нет, его нет на объекте. Был пожар. — пауза. — Да, я хочу, чтобы его нашли. — он повернулся к Данте, его глаза были спокойны. — Я не знаю, где он, но его найдут.

Данте наклонился вперед, его взгляд был безжалостен на мужчине.

— Тебе лучше надеятся на это, отец. Или у нас с тобой будет совсем другой разговор.

— Не смей угрожать мне.

Данте молчал, позволяя своим глазам говорить, каждая капля ненависти, которую он испытывал к этому человеку и к самому себе, становилась для него видимой.

— Если ты не найдешь моего брата, мне нечего терять, — тихо сказал ему Данте.

— Она в моих руках, — сказал ему отец. — Ты глупо привязан к ней. И она в моих руках, сын.

Данте намеренно слегка ухмыльнулся.

— Хорошо. И тебе лучше позаботиться, чтобы с ней ничего не случилось.

— Или же?

— Или я уйду.

Тишина между ними была напряженной. Данте никогда раньше не делал такой угрозы. Но раньше он не был готов. А сейчас был.

— Ты не можешь уйти, — Ищейка Марони вошел в его пространство, его палец указывал на грудь, его глаза были недоверчивыми.

— Я могу и я уйду, — сказал он отцу, схватив палец и сжав его. — Если хоть один волосок на ее голове пострадает, я уйду. Все твоё наследие разрушится. Лоренцо Ищейка Марони станет не чем иным, как пищей для сплетен без наследника.

— Я бы убил тебя раньше.

Как и ожидалось.

— И между тобой и Тристаном ничего не будет, – сообщил Данте отцу. — Теперь, когда он стал взрослым, почему ты думаешь, что все еще жив, отец?

Это потрясло его. Он увидел это.

Данте похлопал его по плечу.

— Думать, что она пешка, было твоей самой большой ошибкой, старик. Так что, скажи своим сторожевым псам, чтобы они охраняли ее. Если она заработает хотя бы порез, это окажется на твоей репутации и на кону твоя шея.

— Я не допущу, чтобы ты запачкал нашу кровь какой-то обычной маленькой шлюхой.

Какой напыщенный мудак.

— Эта, обычная маленькая шлюха, однажды станет матерью моих детей, отец, — улыбнулся Данте мужчине. — Твои внуки. Будущие Марони.

— Если ты будешь с ней, я перережу ей и ее матери глотки, — выплюнул отец.

Триумф прокатился по нему. Он маневрировал своим отцом именно там, где он хотел.

— Значит, пока я держусь от нее подальше, ты оставишь ее в покое?

— Она собиралась попасть в аварию, — сказал отец, заставляя живот Данте сжаться. Хотя он уже подозревал это. — Но ты научился торговаться, сынок. Я не буду трогать ее, пока ты не выбросишь ее из головы. Найди кого-нибудь другого, чтобы трахаться.

Данте стиснул зубы, зная, что сейчас не время склонять чашу весов этого шаткого равновесия. С этими словами, он повернулся, чтобы уйти, но остановился.

— Ох, и с сегодняшнего дня ее мать, работает у меня, а не у тебя. Те же правила применяются и к ней. А теперь я оставлю тебя искать моего брата.

Он знал, что его отец найдет, сгоревший труп мальчика, подростка на краю участка. Данте сомневался, что его отцу могло прийти в голову, что его разыграли. Его брат находился за океаном, в безопасности в чудесном доме с друзьями, которых он приобрел в центре, и жил хорошей жизнью вдали от этих игр, а не был пешкой на доске. Данте больше никогда его не увидит, никогда не рискнет, что кто-нибудь найдет его до Дэмиена, ради его собственной безопасности.

Данте знал, как только Амара рассказала ему о щедром предложении его отца, ее жизнь была потеряна. Его отец собирался нарушить ее ритм, и он, блядь, не мог этого допустить. Таким образом, он устранил единственное влияние, которое его отец имел на него в течение многих лет, спланировал фальшивую смерть своего брата и защищал девушку, которая владела его сердцем, даже когда он сломал ее.

Что-то забилось в его груди, вспоминая последний раз, когда он видел своего брата несколько недель назад, почти такого же роста, как он, достаточно умен, чтобы понять, что Данте ему говорил. Дэмиен понимал, что брат любит его, поэтому ему пришлось отпустить его. Он всегда будет следить за ним, но, пока старик не умрет, они не могли больше видеться.

С Амарой ему пришлось залечь на дно. Ее жизнь висела в неустойчивом равновесии между угрозой отца и обещанием Данте. Ожидание стоило того. Ожидание стоило того.

Хотя он воображал, что она скажет ему, чтобы он пошел к черту, если появится, ее голос низкий, скрипучий и, блядь, запутывает его сердцебиение, как всегда. Он не думал, что она знает, как сильно он любит ее голос. В его мире выстрелов и криков ее голос был нежной молитвой, свидетельством того, что после бесконечного шума была жизнь.

После этого есть жизнь.

Старик еще не мог умереть. Было слишком много переменных, которые повлияли бы на множество жизней, если бы его убили.

Данте много раз представлял, как убьет его, истязает по-разному за все, что он сделал со своей матерью, своим братом, Рони, Амарой. Он хотел прокрасться в его комнату и перерезать его горло во сне. Он хотел войти в его кабинет и пустить пулю между его глаз. Он хотел завести его в комнату для допросов и заставить его часами истекать кровью.

Данте питал ненависть, которую он испытывал к этому человеку, скрывая ее под легкой улыбкой, все время планируя по крупицам разделить свое королевство, перемещая части, пока не осталось ничего, кроме голых основ империи, которую Данте построил.

Еще не время.

Но однажды это время придёт.

И в тот день Данте будет курить чертову сигарету, наблюдая, как он истекает кровью, и вернется домой, чтобы трахнуть девушку, которую любит.

Глава 12

Амара

18 / 19 лет

Новый город был для неё незнакомым, усугубляемым тем, что она была совершенно одна.

Она скучала по маме, по своему лучшему другу, по сводной сестре.

Она скучала по холмам, лесам, пейзажам.