Императрица
Шрифт:
Даже если это будет последнее, что я сделаю.
Глава 17
Хейвен
Вот же блииииин.
Это было чертовски напряженно.
Мое сердце бешено колотится о ребра, и мне кажется, что каждый нерв в моем теле воспламенился от желания.
Влечение, которое я испытываю к Лео, не дает мне покоя, но я пока не готова перейти к следующему шагу.
Буквально вчера я проклинала его и посылала к черту. Потребуется нечто большее, чем то, что он предоставил маме безопасное жилье и обращался со мной как с нормальным человеком, чтобы я простила его за то, что он похитил меня и заставил выйти за него замуж.
Я заглядываю в холодильник и достаю банку содовой. Не успеваю я открыть банку, как Лео забирает ее у меня и открывает.
На его лице появляется горячая ухмылка, когда он возвращает ее мне.
— Я не хочу, чтобы ты нагружала левую руку, пока она как следует не заживет.
— Спасибо. — Я проскакиваю мимо него и направляюсь к двери. Когда я пересекаю фойе, Лео обнимает меня за плечи и подводит к раздвижным дверям, ведущим на веранду.
— Давай посидим немного на пляже.
Он отпускает меня, чтобы открыть двери. Когда мы выходим на улицу, я делаю глоток апельсинового газированного напитка, который мне очень понравился ранее.
Сегодня вечером немного прохладнее, но не так холодно, как в Уайтфише.
— Какие здесь зимы? — спрашиваю я.
— Неплохие. Ночи бывают холодными из-за ветра, дующего с океана.
Мы спускаемся по ступенькам на пляж, и, пройдя немного, Лео снимает пиджак. Я останавливаюсь рядом с ним и смотрю, как он кладет его на песок, а затем жестом предлагает мне сесть.
Ладно, не буду врать. Это довольно мило.
Я сажусь и вдавливаю дно банки в песок, чтобы она не перевернулась.
Лео садится прямо рядом со мной, наши бока и руки соприкасаются.
Он сгибает ногу в колене и кладет на нее руку, прежде чем посмотреть на меня.
Я поджимаю ноги под себя и смотрю на океан, в то время как Лео не отрывает от меня взгляда ни на секунду.
— Из-за тебя я чувствую себя неловко, — бормочу я.
— Почему?
— Потому что ты пристально смотришь на меня.
— Почему из-за этого ты чувствуешь себя неловко?
Я пожимаю плечами и набираю немного песка в правую руку, а затем пропускаю его сквозь пальцы.
— Просто так.
— Разве можно меня винить? — бормочет он, и в его голосе появляются соблазнительные нотки, которые оказывают на меня странное гипнотическое воздействие. — Как я могу не смотреть на самую красивую женщину на этой планете? От тебя невозможно отвести взгляд. Ты – невероятное произведение искусства.
Лео ошеломляет меня этими словами, и из меня вырывается нервный смешок, в то время как мое лицо вспыхивает.
Я откидываюсь назад и смотрю на ночное небо, бормоча:
— Посмотри на звезды, Лео. Они намного красивее.
Он ложится спиной на песок, подложив руку под голову, чтобы использовать ее как подушку. Похлопывая себя по груди, он говорит:
— Ложись.
Я знаю, что раньше говорила маме, что мы должны извлечь максимум пользы из нашей ситуации, но, возможно, это уже перебор.
Следует ли мне бороться сильнее или просто смириться с тем фактом, что я замужем за Лео?
— Перестань слишком много думать, — бормочет он, и его тон звучит почти нежно. — Пожалуйста, ложись, Хейвен.
Этот дружелюбный и кокетливый Лео гораздо лучше, чем тот мудак, который похитил меня и заставил выйти за него замуж.
Желая, чтобы это странное спокойствие между нами длилось дольше, я ложусь и кладу голову ему на плечо. Он обнимает меня, и я прижимаюсь к его груди. Я чувствую, как его дыхание согревает мои волосы, прежде чем он целует меня в макушку.
Приятно знать, что он может быть нежным.
Глядя на мерцающие над нами звезды, в моей голове всплывает воспоминание, и я шепчу:
— Stellina.
Лео напрягается подо со мной, и я мгновенно чувствую перемену в его поведении.
Мирное спокойствие исчезает, и когда я запрокидываю голову, то вижу, что черты его лица напряжены, как будто ему больно.
— Я сделала что-то не так? — спрашиваю я, приподнимаясь.
Он крепче обнимает меня и прижимает к себе, качая головой.
— Просто никогда больше не произноси этого слова.
— О. — Очевидно, что это слово задело его за живое. — Могу я спросить, почему?
На его лице снова мелькает боль.
— Об этом я ни с кем не говорю.
Я никогда не воспринимала Лео как человека, способного чувствовать боль. Он был для меня лишь безжалостным боссом мафии, который берет то, что хочет. Но, лежа на пляже, я понимаю, что он тоже способен на эмоции.
Какое-то время Лео остается напряженным рядом со мной, но потом, наконец, снова расслабляется.
Он спрашивает мягким тоном:
— Что тебя злит?
— Если кто-то мешает мне читать.
Его грудь сотрясается от беззвучного смеха.
— Только это?
— А еще быть похищенной и насильно выданной замуж за босса мафии, — добавляю я и удивляюсь, что в моих словах нет резкости.
— Это и так очевидно. — Я слушаю, как он делает глубокий вдох, а затем говорит: — Прости, Хейвен. Я должен был поступить лучше.
Он двигается, частично перекатываясь на меня. В итоге моя голова оказывается на его бицепсе, и когда он смотрит на меня с раскаянием, я чувствую, что моя решимость еще немного ослабевает.
— Мне следовало пригласить тебя на ужин, как и полагается нормальному мужчине.
— Да. Обычно так поступают все нормальные люди.
Его голос звучит низко, глубоко и ужасно соблизнительно, когда он говорит:
— Я обещаю пригласить тебя на тысячи ужинов.
— А что, если наше первое свидание окажется неудачным? Я же после него не смогу отделаться от тебя.
На его лице расплывается улыбка, и я смотрю на этого чертовски сексуального мужчину, как ошеломленная идиотка.
— Первое свидание не будет неудачным, — говорит он очень уверенно.
— Это мы еще посмотрим, — шепчу я.