Чтение онлайн

— Единая мать? — уже дважды услышав, я заинтересовался этим термином.

— Ах, я же вам не рассказывала, — виновато улыбнулась Лилия. — Единой матерью Владислава называет ту силу, которую использует. Она говорит, что Единая мать разумна. Думаю, можно назвать её нашей богиней, охраняющей Чащу.

— Как интересно, — задумался я.

Надо будет расспросить Владиславу об этом. Если эта их Единая мать совсем не магическая способность, а нечто большее, возможно, она такой же бог, как та черная тварь, только гораздо слабее? Это бы объясняло, зачем ей нужно поклонение, ведь именно вера чаще всего питает богов.

— Думаю, сама Владислава расскажет вам гораздо больше.

Внезапно растение рядом с нами ожило и стало расти. За считанные секунды в метре от нас выросла толстая лоза толщиной с руку, и на её конце сформировалось чьё-то лицо. Оно было женским, и даже симпатичным, но слишком уж грубым и неестественным, учитывая, что состояло из растения.

— А вот и гости. Рада приветствовать вас в Чаще, — голос звучал немного странно, хотя что удивительного, ведь он воспроизводился деревом, не имеющим человеческих голосовых связок. — Савелий, будь добр, проводи гостей ко мне.

Сказав это, лиана стала уменьшаться, пока окончательно не растворилась в другой растительности.

— Это было очень страшно, — поежилась Юлианна.

— А по мне, просто удивительно, — не согласилась с ней рыжая. — Не могла и представить, что эта сила способна на такое. Это растение говорило, двигалось почти как человек…

— Ага… — Юлианну именно это и напрягало.

— Пойдемте, я отведу вас куда нужно, — попросил нас муж Лилии.

Савелий жестом пригласил следовать за ним и двинулся вперед. Лилия осталась с остальными бойцами, им требовался отдых и помощь целителей, а вот мы с Юлианной и Ксюшей направились на встречу с главой Чащи.

Мы прошли через всё поселение, мимо древесных домов и любопытных взглядов местных жителей, пока не вышли на окраину, где в отдалении от остальных строений, посреди поля с алыми цветами, раскинулась странная конструкция. Это была беседка, хотя это слово едва ли подходило для описания увиденного. Десятки тонких стволов молодых деревьев сплетались в подобие купола, образуя полупрозрачный шатер из живых ветвей и листьев. Сквозь просветы в зеленой крыше пробивались лучи солнца, создавая причудливую игру света и тени на мшистом полу.

В центре этого растительного храма в позе лотоса сидела необычная женщина. Вначале я вообще принял её за ребенка, хотя, скорее, подростка, но подойдя ближе, понял, что ошибся. У неё были длинные струящиеся светлые волосы, едва колыхаемые ветром, скромное телосложение без выраженных женственных форм. Но вот лицо было странным. Черты правильные, кожа гладкая и ни единой морщины, но в нем не было той мягкости, что присуща молодости. Словно кто-то вырезал это лицо из дерева, идеально отполировал, но забыл вдохнуть в него жизнь. Ещё очень необычным были её чуть удлиненные заостренные уши, словно у эльфа, хотя таковых тут вроде не водится.

Женщина сидела с закрытыми глазами, но когда мы подошли к ней совсем близко, она их открыла, и тогда любые сомнения в том, что перед нами лидер Чащи. испарились. Взгляд у неё был тяжелым, таким обычно могут смотреть люди, прошедшие через очень многое.

— Князь Градов, — её голос звучал мелодично, но с той же странной отстраненностью, что и её лицо. — Я много о вас слышала.

Женщина поднялась одним плавным движением, и я заметил, что под её босыми ногами мох как будто тянется к ней, словно растения хотели прикоснуться к своей хозяйке.

— Госпожа Владислава, я полагаю? — ответил я, стараясь не выдать, насколько меня впечатлила эта женщина. — Благодарю вас за гостеприимство.

— Это я должна благодарить вас, — она чуть склонила голову, и её волосы качнулись как живые. — Вы уничтожили гарнизон в Запольском и маяки тьмы, к тому же убили лютомора. Одним словом, дали нам передышку, которой так давно не хватало.

— Вижу, вы хорошо осведомлены о том, что случилось.

— Я наблюдала и слушала, — подтвердила она, — но не могла помочь. К сожалению, моя сила слишком ограничена, чтобы пытаться влиять на что-то за пределами Чащи.

Её взгляд скользнул по Юлианне и Ксюше, задержавшись на рыжей чуть дольше.

— Дитя природы, — произнесла Владислава слегка улыбнувшись, обращаясь к снайперше, после чего подошла к девушке и взяла ту за руку. — Твой дар спит. Почему ты не развиваешь его?

Ксюша вздрогнула от неожиданности.

— Я… предпочитаю другие методы, — уклончиво ответила она, явно чувствуя себя неуютно под этим древним взглядом.

— Это неправильно. Таких, как мы, почти не осталось, но с тобой… — Владислава стиснула руку рыжей, и судя по промелькнувшей гримасе, сделала это слишком сильно.

— Госпожа Владислава, — вмешался я и положил уже свою руку на её.

Если бы взглядом можно было убивать, то хозяйка Чащи это бы и сделала в тот момент. Уж слишком острым и холодным он получился, но буквально через миг лицо её приняло безэмоциональное выражение, а она сама отступила.

— Прошу меня простить, если была слишком груба. Такова уж суть природы, и когда я перестаю сливаться с Единой матерью, то мне какое-то время сложно контролировать порывы. Просто ваша спутница, князь, единственный природный маг, которого я встретила за последние триста лет. И тем больнее видеть, что эту невероятную силу она не спешит развивать.

— Погодите… Триста лет? Вам триста лет?

— Да, около трехсот пятидесяти, если быть точным.

— Надеюсь, это не прозвучит грубо, но вы… случайно не эльф?

Мгновение она смотрела на меня удивленно, но затем рассмеялась.

— Я? Эльф? Ну что вы, князь. Мне доводилось слышать об этом народе, но их я никогда не видела, хоть и понимаю, чем именно вызвана такая реакция. Мое тело слегка изменилось за столь длинный прожитый срок и из-за влияния Единой матери. Когда я была юной девой, мои уши были совсем обычными, да и фигура более выдающейся, так сказать. В то время, пока мои знакомые старели, превращаясь в стариков, меня старение сделало такой.

— Понятно… Значит, это влияние магии… — я почесал подбородок.

Никогда о таком не слышал, но учитывая специфику магии природы, не исключено, что всё сказанное — чистая правда.

— Прошу, присаживайтесь, — Владислава сделала приглашающий жест, желая, чтобы мы прошли в беседку, а та при этом на наших глазах стремительно менялась. Появились лавки и стол, сделанные из цельной древесины и веток. — Обсудим, что нам всем делать дальше.