Чтение онлайн

Хотелось спросить у этого человека, чего он хочет от нас, но язык почему-то не слушался, слова застревали в горле. Я вскочил на ноги. Мы с незнакомцем были одного роста, однако телосложение последнего говорило о том, что он редко брался за меч. Его сила была в другом. Скорее всего, ученый, помешанный на получение знаний, иначе почему у него такой пронзительный и пристальный взгляд. Какие черные, бездонные глаза! Должно быть, я заглянул в глаза демона и тут же поплатился за свою неосторожность. Рука в перчатке поднялась, как будто, чтобы ударить, но вместо этого швырнула мне в лицо целую горсть золотистой пыльцы. Я зажмурился, чтобы не ослепнуть, и в этот миг услышал непривычный для ушей звук. Смех, ликующий, раскатистый смех, который прокатился по всей чаще. Так отвратительно не может расхохотаться ни одно человеческое существо.

– - Кажется, его уже здесь нет, - как только я смог нормально видеть, то осмотрелся по сторонам. Хотя представлялось несколько невероятным, что человек не являющийся лучшим бегуном может ретироваться с такой скоростью.

– - Берегись, Эдвин!
– пронзительно взвизгнул Доминик. Мы с ним давно уже перешли на ты, и ничуть не смущались того, что принадлежим к двум совершенно разным расам. Когда, я понял, откуда исходит опасность было уже слишком поздно. Огромная птица стремительно набросилась на меня. В голове метнулась мысль, что этот коршун с мощными крыльями и твердым клювом хочет отмстить убийце своих соплеменников, может он хочет нанести рану охотнику в отместку за всех подстреленных птиц. Однако, коршун даже не царапнул меня своими острыми когтями. Он как бы случайно вцепился когтями в мои волосы и дернул, выбившуюся из-под ленты прядь. В следующий миг его крылья рассекали воздух возле верхушек сосен, а в клюве ослепительно поблескивали несколько золотых волосков.

– - Эти птицы любят все, что блестит. Хорошо, еще, что воришка не сорвал пуговицу у вас с камзола, - попытался пошутить Доминик, но его голос звучал совсем не весело. Я снова стянул локоны на затылке лентой и присел под сень дерева, надеясь вернуться к прерванной беседе. Зачем мне расстраиваться из-за какой-то птицы. В конце концов это был коршун, а не дьявол. Но, не смотря на доводы здравого рассудка, на душе остался неприятный осадок.

Я старался не пропускать ни одного летнего дня, и встречаться с ними в лесу или на поляне. Пока стояла теплая погода, мы могли часто обраться, но когда наступит осень, подует холодный ветер и деревья скинут свою листву, маленький народец уйдет назад в свой подземный город. В зимние вечера они будут греться возле гончарной печи или кузнечного горна, и подниматься в верхний мир лишь по необходимости. Крестьянки и пахари прочно закрепили за мной прозвище господина эльфа. Как только они видели меня то тут же снимали шапки и раскланивались, даже девушка, однажды возвращавшаяся от реки с коромыслом, поставила ведра на землю и присела в не очень изящном, зато искреннем реверансе. Некоторые люди все еще верили в существование волшебства и не ошибались. Другие хотя и верили рассказчикам, но подозрительно относились к путешественникам из потустороннего мира.

Новые друзья открыли мне столько своих секретов, что я даже начал бояться, не слишком ли сильно нарушают они уставы своего народа. Ведь нельзя разглашать тайны подземного общества первому встречному, пусть даже он и откликнулся на призыв о помощи. В кузнице гномов существовали четкие правила и свои неписаные законы, никто не должен знать о том, что они живут на самом деле. Пусть люди считают их выдумкой. Ни один человек, даже если он увидит гнома, не должен запомнить это место или знать что-то об убежищах и потайных кузницах. А мне говорливые приятели сами назначали место встреч и указали путь к своему укрытию в пещере. Они говорили со мной обо всем, о законах таинственного общества, о невидимых вратах в иные миры, о колдовстве, науке звезд, алхимии и подводном царстве. Из их слов я понял, что по крупным, торговым городам и мелким княжествам иногда во тьме проносятся существа, настолько очаровательные и могущественные, что один взгляд на них может привести к беде. А ведь я неоднократно сталкивался с подобными созданиями. Взять хотя бы Сильвию или прозрачную крылатую деву. Я мог подтвердить даже на суде инквизиции, что чарующее зло красоты фей пленяет всех без разбора. Стоит взглянуть на них, и ты уже в сетях. Так что же спасло меня от злого очарование и конечной гибели. Гномы объяснили, что я нахожусь под покровительством темной звезды.

Гномы всегда старались принести мне что-то в отплату за мою услугу, слиток чистейшего золота или самородок. Мне было неудобно принимать от них подарки, но Доминик объяснил, что у них в рудниках полно такого богатства, к тому же я спас жизнь их дальнему родственнику, который руководил добычей и обработкой драгоценных камней. Мы договорились, что если в лесу появятся новые "опасные птицы", как их называли гномы, то я стану главным защитником моих просветителей. Я так и не смог добиться от них доходчивого ответа, что это были за птицы, почему они так опасны. Разве их нельзя отогнать заклинанием? Доминик твердил что-то о том, что каждый талантливый ученик магов способен изменять свое обличье.

Рано утром я отправился на еще одну встречу с гномами. На этот раз, хоть и не охотно, но они обещали, что расскажут мне о таинственной силе, которая, как прозрачный купол окружила страну моего отца. А под этим куполом могут спокойно кружить различные крылатые твари и инородные, опасные создания, но со временем невидимая стена окружит всю державу и уже никто не сможет выехать за пределы страны, без разрешения на то нового владыки. Конечно, я боялся такого пророчества, да и не мог не заметить, что корабли все реже прибывают в порт, а купцы, сбывшие с рук свой товар, почему-то никак не могут отчалить назад к своим берегам и тратят червонцы в местной пивной, вместо того, чтобы вернуться к родственникам. Гномы объясняли это тем, что со стороны моря тоже постепенно возникает невидимая стена, некоторые судна все еще различают огонек на маяке, а другие даже в подзорную трубу вместо стен крепостей видят безбрежную морскую гладь. Разве колдовство может творить с моряками такие шутки, чтобы они видели свет маяка и никак не могли подойти к земле, с какой бы скоростью ни плыли. Еще я спрашивал, почему король не велел выпускать меня за пределы страны, не действует ли он по чьему-то приказу, хотя и кажется невероятным, чтобы кто-то мог манипулировать королем целой независимой и богатой страны. В ответ гномы молчали.

Я направил коня шагом к месту нашей встречи, наслаждался видом открывавшихся по пути пейзажей и тихо насвистывал знакомую мелодию. Вдруг у обочины дороги я заметил высокую неподвижную фигуру. Черный плащ незнакомца сильно контрастировал с желтыми кустами акаций и золотистым ракитником. Голову венчала шляпа с серебряной пряжкой, вокруг лицо обвивался темный шарф. Я оставил коня, прежде чем поравнялся с наблюдателем. Это был тот самый человек, который так грубо поступил со мной вчера и сейчас его взгляд был таким пристальным, будто пытался заглянуть мне в душу и продиктовать ей свои правила. Должно быть, это был гипноз, потому, что я почувствовал, что голова кружиться, а самые сокровенные мысли выплывают из закромов памяти, что кто-то мог без труда прочесть их.

Я собрал всю силу воли, чтобы стряхнуть с себя наваждение. Соперник почувствовал мысленную атаку и отступил. Это был настоящий поединок, в котором не надо было применять оружие, только внутреннюю силу и, кажется, на первый раз я победил, хотя опасность еще вернется. Высокомерие незнакомца не уменьшало ни поражение, ни даже то, что он едва доставал до стремени моего коня. Странно, ведь еще секунду назад он ютился на обочине дороги, а сейчас его тонкая рука уже тянулась, чтобы погладить по гриве моего скакуна. Оглушительный, издевательский смех больно резанул по сознанию, будто в курантах заел механизм, и они дребезжали на одной ноте, сильно отстав от времени. А потом тишина, и бесполезно оглядываться во все стороны, ища взглядом соперника, которого уже нет.

На месте встречи с карликами меня тоже ожидало разочарование. Напрасно я выкрикивал имя Доминика и звал остальных своих друзей. Они не пришли на зов, хотя раньше стоило только шепнуть пару слов, как какой-нибудь нарядный гном тут же появлялся, как из-под земли, и склонял передо мной голову в шутливом поклоне.

В пещере тоже было пусто, лишь одиноко стоял в углу остывший кузничный горн. Ведь еще только начало летнего сезона, еще слишком рано, чтобы уходить обратно в подземный город. Ведь гномы обещали задержаться до поздней осени, посмотреть на яркие краски отцветающей природа, да разве пропустили бы они разгар лета, когда в рудниках кипит работа. На дне пещеры что-то ослепительно блеснула, какая-то вещь, упавшая в песок. Я наклонился, поднял ее, повертел в руках. Это оказалась маленькая штора, которая могла бы подойти только на крошечного размера сапожок. Где-то я ее уже видел. Кажется, Доминик очень любил щеголять в миниатюрных шпорах и гордился тем, как мелодично они поскрипывают при каждом шаге. Он бы ни за что не бросил ее в песок. Гномы вообще никогда не относились пренебрежительно к своим вещам. Молот и щипцы кузнецов тоже раньше были начищены до блеска, а теперь их покрывали ржавчина и копоть. Значит, с моими друзьями случилось несчастье, иначе они бы пришли на место встречи. Я опустился на дно пещеры, обхватил колени руками и долго просидел в раздумьях, будто сказочный эльф, который сидит над руинами разрушенного дворца и даже не боится запачкать в пыли свой короткий, атласный плащ и золотые локоны. Надо было что-то сделать, чтобы убедиться, что с гномами все в порядке или помочь им, если они попали в беду. Но кто даст мне магический клубок, чтобы нить привела меня к роковому месту. Мне не надо было даже размышлять, ноги сами понесли меня к злополучному мосту. Конь нехотя тащился за мной в поводу, цокая копытами и испуганно храпя.

Часовые покинули свой пост, что тоже выглядело необычно. Я сам выбрал наиболее добросовестных солдат, которые приучены не отлынивать от работы. Очевидно, на этот раз они предпочли визит в кабак исполнению долга, ведь никто из высших чинов не следил за тем, чтобы они выполняли свои обязанности. Я не решился на опасную переправу и вернулся в замок. Может, стоит снова открыть книгу и спросить у духов, что случилось с моими друзьями. Я сидел в своей башне, перед разожженным камином и держал на коленях тяжелый фолиант, не решаясь отомкнуть защелки. За окном сгущались сумерки, топот копыт и звон цепей опускаемого моста не могли оторвать меня от раздумий. Я беспокоился за гномов. Соплеменники могли устроить над ними суд за то, что они разглашают секреты чужаку. Поток страшных предположений прервался лишь тогда, когда в дверь без стука влетел один из часовых, поставленных мною у моста, и упал на одно колено перед креслом, где я сидел. Его одежда была сильно потрепана, кираса на груди помята, от пышного плюмажа на шлеме осталось всего несколько перьев, и на ножнах запеклась чья-то кровь.

– - В чем дело?
– я отложил книгу и жестом прервал извинения.
– Случилось что-то необычное, кто-то опять явился с той стороны.

– - Это началось прошлой ночью. Их там множество, - пробормотал часовой.

– - Кого?

– - Гарпий, химер. Они как статуи застывают на перилах моста и оживают лишь когда кто-то подойдет достаточно близко.

– - Где двое твоих товарищей?
– я порылся в шкафу в поисках накидки, спрятал за поясом охотничий нож.
– Я ведь отправил вместе с тобой еще двоих солдат. Что случилось с ними? Они мертвы?