Империя - I
Шрифт:
Наша концепция позволяет по-новому взглянуть на его труд. Он становится не таким уж странным. Более того, – естественным. В самом деле, если «монгольское» – великое завоевание в значительной степени было славянским, то нет ничего удивительного, что у многих западно-европейских народов есть часть славянской крови. Что, собственно, и утверждает Орбини.
В то же время, наша концепция не нуждается в подтверждении книгой Орбини.
Скорее наоборот, именно его утверждения о происхождении многих западно-европейских народов от славян становятся осмысленными только в рамках нашей Новой Хронологии, основанной на статистических результатах [1]…[5].
Еще раз напомним читателю, что Орбини, скорее всего, западно-европейский автор. Его мнение – это мнение средневекового западно-европейца. Оно заслуживает внимания.
5. Одни воевали и побеждали, а другие проигрывали, но писали историю
Орбини начинает свою книгу с глубокой и, как мы теперь понимаем, совершенно верной, мысли.
Одни воевали, а другие писали историю.
Мы кратко сформулировали ее современным языком.
Для полноты процитируем здесь и один из соответствующих фрагментов у Орбини. Напомним, что книга Орбини была опубликована в 1601 году.
«Никакоже удивительно есть, что слава народа Славянского, ныне не так ясна, как оной довлело разславитися по Вселенней. Ежели бы сей народ, так достаточен был людми учеными и книжными, как был доволен военными и превосходительными оружием; тоб ни един другой народ во Вселенней, был в пример имени Славянскому. А что протчие народы, которые зело были нижше его, ныне велми себя прославляют, то не ради чего иного, токмо чрез бывших в их народе людей ученых» [78], с.1.
Читая сегодня исторические хроники, мы неизбежно оказываемся под влиянием национально-субъективного взгляда летописца на происходящее. Каждый хронист естественно старался представить свой народ в наиболее выгодном свете. Битвы, где побеждали его соплеменники, – может быть даже незначительные, – он описывал особенно ярко. Другие сражения, может быть гораздо более важные и решающие, но где его народ проигрывал, хронист излагал скупо или даже вообще мог скромно умолчать о них.
Это естественно. И всем понятно. Но возможно не все отдают себе отчет, что об этом нужно постоянно помнить при чтении старых хроник.
Орбини замечает далее, что наличие в государстве исторической школы, труды которой дошли до нас, и военные победы этого государства, – как правило, две вещи, друг с другом не связанные. Бывало так, что наиболее удачливые в военном отношении империи не создавали собственной пышной истории. И наоборот, слабые в военном отношении государства иногда компенсировали этот недостаток написанием исторических хроник, весьма преувеличивающих их военную мощь и историческое значение. Не могли победить на поле боя, – приходилось побеждать на бумаге. Особенно эта практика была распространена в средние века, когда грамотность была редкостью. И далеко не везде существовали исторические школы.
Замечание Орбини состоит в том, что в славянских странах своей крупной исторической школы в прошлом не было. Или ее труды до нас, и, кстати, до Орбини не дошли. В силу тех или иных причин. Например, были уничтожены в эпоху Реформации XVI-XVII веков. В то время, как в других странах, – и в первую очередь, в Италии, – такие исторические школы существовали. И сегодня мы учим древнюю историю в значительной мере опираясь на точку зрения этих школ XVII-XVIII веков.
Именно этим объясняется, что на протяжении всей «античности» итальянский Рим якобы безраздельно господствовал, – но лишь на бумаге, – над всем тогдашним миром. И его бумажные железные легионы сурово давили бумажных варваров – германцев, славян и прочих.
Недаром говорят: «Бумага все терпит».
Такие «бумажные теории» бывают далеко не безобидными. Некоторые доверчивые почитатели «могучей древнеитальянской истории» пытались уже в нашем веке возродить былой дух Римской, якобы, итальянской империи. Яркий пример – Муссолини. Красивый, но бумажный миф столкнулся с грубой реальностью. Что произошло дальше – хорошо известно.
Конечно, вклад Италии в мировую цивилизацию всем известен и неоспорим: итальянская архитектура, живопись, опера, литература. Италия оказала огромное культурное влияние на все остальные страны Европы.
Но зачем же ко всему этому добавлять еще и великую славу якобы завоевателей всего мира, покоривших, – как нас пытается убедить скалигеровская история, – Германию, Галлию, Англию, Испанию, Персию, Египет, Балканы, Кавказ?
Замечание Первое.
Представив себе эту скалигеровскую версию в сегодняшних терминах, мы увидели бы, что дивизии (легионы) современной Италии,
– вторглись в ГЕРМАНИЮ,
– захватили ФРАНЦИЮ, ИСПАНИЮ, ПОРТУГАЛИЮ, затем
– РУМЫНИЮ, АВСТРИЮ, ГРЕЦИЮ, СЕРБИЮ, ХОРВАТИЮ И БОСНИЮ,
– затем ТУРЦИЮ, СИРИЮ, ПАЛЕСТИНУ, ИРАН, ИРАК,
– пересекли Ла-Манш и покорили ВЕЛИКОБРИТАНИЮ.
– И, наконец, подчинили себе ЕГИПЕТ, АЛЖИР И МАРОККО.
Мы лишь перечислили те страны, которые якобы завоевал итальянский Рим в «античные» времена.
Конечно, что в разные времена маятник военного превосходства может несколько сдвигаться. Но в такой ли степени?
Достоверно известная нам история последних веков показывает, что военное соотношение сил в мире колеблется, но изменений таких масштабов обычно не претерпевает. Что мы видим сегодня, то, в общем-то было и раньше.
Замечание Второе.
Возможно, нас спросят: а что же мешало русским достойно отразить в летописях свои замечательные военные успехи? Вот например, итальянцы расписали даже якобы несуществующие свои военные достижения. Чем же объясняется такая «русская скромность»?
Мы бы ответили так.
Дело прежде всего не в скромности, а в фактическом поражении России на политической арене в XVII веке в результате великой смуты. На русский престол взошли Романовы – фактические ставленники западной дипломатии. Хотя через некоторое время Россия «переварила» это западное вторжение, след его в русской культуре оказался весьма глубоким. И этому, видимо, есть некоторое психологическое объяснение.