Империя огня. Амнезия в подарок
Шрифт:
— Почему ты задал только один вопрос? Что, если я стерва или преступница, которая получила по заслугам? Ты можешь быть жертвой, очарованной жертвой.
— Тогда бы ты не стала показывать шрам и отговаривать меня жениться на тебе.
— А если это такая тактика, чтобы вызвать доверие?
— Лери, к чему это все? — прямо спросил молодой человек.
— Ты слишком хорош для меня.
— А может, наоборот? Хватит искать поводы. Если не хочешь быть со мной, так и скажи, но вот эти недомолвки и намеки оставь.
Он прав, надо дать прямой ответ. Но как же трудно это сделать… Я напомнила себе, как все это время мне жилось в Тоглуане, как непросто было уживаться с Брадо Геллом и его семьей, и, решившись, сказала:
— Я хочу быть с тобой. И я не преступница.
— А будь ты ей, — улыбнулся плад, и коснулся нежно моих волос, — я бы стал твоим подельником.
Ну не романтик ли?
Вечером ко мне зашел Мариан; Нереза отошла по делу, так что нам выдалась возможность поговорить наедине. Он долго меня разглядывал, после чего произнес:
— Косметика творит чудеса. Ничего не заметно, разве что чуть-чуть.
— Да.
— Шрам ты скрыла, но что делать с остальным? Произошедшее не замазать кремом и не запудрить.
— Ошибаешься, — возразила я. — Все можно скрыть, если захотеть. Остается только убедить Кинзию. Если она удержит рот на замке, то все будет в порядке. Мне бы только скорее уехать отсюда…
— Уехать… а как же месть? Разве ты такое спустишь?
— Я не в том положении, чтобы позволить себе мстить, — процедила я. — Сколько раз мне еще повторить, что я буду молчать?
Видимо, Сизер не верил моим многочисленным заверениям. Стоя напротив, он смотрел на меня с тем же пронизывающим недоверием, что и Гелл обычно. Неудивительно, ведь Брадо воспитывал Мариана… Хоть они и разные внешне и по характеру, костяк одинаков: богатые плады, обладающие властью, привыкшие к тому, что они – закон.
— Что ты хочешь за молчание? — спросил Мариан. — Какая компенсация тебя устроит?
Наконец, деловой тон.
— Нам с Рензо нужен свой дом, добротный и большой, подальше от Ригларка и Колыбели, — ответила я. — Еще нужны деньги на первое время, чтобы хватало на еду, одежду, мелочи.
— Вам с Рензо… Значит, ты не отказалась от своей идеи? Хочешь выйти за него?
— И выйду. Мы сегодня еще раз все обговорили.
— На что вы будете жить, когда кончатся деньги, которые я вам дам? Рензо отчислили из университета, семья лишила его содержания.
— Разберемся, — сказала я, не желая посвящать Сизера в детали нашей с Мео будущей жизни. Мы-то уже распланировали, что делать, чтобы не сидеть без куска хлеба и ни от кого не зависеть.
Плад посмотрел на меня, не скрывая скептицизма.
— Сомневаешься? — проговорила я. — Все в итоге складывается так, как было задумано. Жених и тот соответствует всем критериям.
— А-а-а, вот оно что, — протянул Мариан, складывая руки на груди. — Я и забыл о твоих критериях… Значит, нашла-таки свой идеал?
— Нашла. Как видишь, он существует.
— Поздравляю. Мало будет прийти к Брадо и сказать, что вы хотите пожениться. Нужно еще доказать, что вы являетесь гармоничной парой.
— Мы уже соединяли огонь, если ты об этом.
— И?
— Огонь Рензо сильнее. Все, как принято в империи.
— Естественно, сильнее, ведь твой-то огонь бесцветен, — проговорил Мариан, и мне послышалась едкость в его голосе. — Брадо все равно не позволит вам пожениться.
— Позволит, если ты поможешь, — невозмутимо сказала я, глядя в глаза мужчины. — Или ты все-таки навредишь мне напоследок?
— Наврежу? — удивился плад. — Зачем?
— Все идет не так, как ты хочешь.
— Откуда тебе знать, чего я хочу?
Я оставила этот вопрос без ответа и сказала:
— Ладно, Мариан, главное, чтобы Кинзия не испортила все и не рассказала мужу правду.
— Она не сделает этого. Я взял с нее обещание молчать.
— Тогда решено. Сделай так, чтобы Рензо предстал в глазах Брадо в лучшем свете. И деньги, конечно… они потребуются сразу, на свадьбу.
— Так уверена, что свадьба состоится?
— Или состоится свадьба, или похороны, — мрачно проговорила я. — Если Брадо отдаст меня Вернику, точно случится убийство: или меня похоронят, или Верника, или… Брадо.
— О Вернике не беспокойся, — уверенно сказал Мариан. — Мы не оставим Брадо выбора. Ты выйдешь за Мео.
Я приподняла брови, удивленная переменой в поведении плада. Только что он был напряжен и скептичен, и вот уже решителен и спокоен, а взгляд кристально ясный.
— Забавно, да, Лери? — сказал мужчина, приближаясь ко мне. — Мы вернулись к изначальной точке. Помнишь, как мы стояли у камина в тот осенний вечер, и я предлагал найти дурачка, который бы тебя содержал, лишь бы ты скорее уехала отсюда? Все в итоге так и случилось. Дурак найден, вы получите деньги.
— Да, все как условлено, — ответила я, сухостью тона скрывая волнение. Спокойная решимость Мариана нервировала меня.
— Поступать по разуму и жениться по расчету привычно для пладов. Но до тошноты противно. Нелегко наступать себе на горло, правда?
— Ты о ч…
Мужчина прервал меня, не дослушав. Сделав еще шаг ко мне, он, продолжил:
— Мы с Кинзией рано потеряли родителей, остались в разваливающемся доме с дедом и парочкой слуг. Нашим единственным богатством были фамилия да драконий огонь в крови. Понимая это, Кинзия вышла замуж за Гелла и тем самым вытащила нас из бедности. Брадо хороший человек, но этого мало для счастья в браке… очень мало. Они с Кинзией и сейчас друга для друга чужие, хотя спят в одной постели и кажутся крепкой парой.
— Не сравнивай нас, — сказала я. — У Геллов есть причины быть несчастными.
— Дело не только в детях, которых у них нет. Они даже не друзья, Лери.
Каждое сказанное Марианом слово нашло во мне отклик. Еще до того, как я узнала, что у Геллов проблемы, почувствовала, что их брак несчастлив. Тяжесть этого несчастливого брака висела туманами над замком, оседала на его стенах, делая их неприветливыми и мрачными.
Если бы Брадо и Кинзия любили друг друга, они бы легче перенесли отсутствие детей, нашли бы спасение друг в друге, воспитали бы приемных, а так… так они словно отбывают вместе повинность и страдают оттого, что не могут выполнить долг и дать империи наследника.