Чтение онлайн

Кстати об огне… Отец добавил, что знает, почему я пошла на такой поспешный брак, и напомнил, что наш союз еще не вступил в полную силу. Только после ритуала в храме мы станем настоящей супружеской парой пладов, а до того момента все можно изменить. Я заявила вчера, что не надо мне никакого наследства, денег, почестей и особого статуса, но Брадо попросил меня повременить с решением, посмотреть, что скажет Священный огонь и вообще – посмотреть да подумать над своей будущей жизнью.

Не могла же я сказать ему, что скорее утоплюсь, чем стану частью его семьи, падчерицей Кинзии… Бр-р-р! Да мы убьем друг друга в первый же день! А Мариан? От него не знаешь, чего ждать. Так что Брадо и не знает, что выбора у меня нет, точнее, я его уже сделала, и он едет рядом со мной, милый, белокурый и ревнующий.

Пленные сильно тормозили нас, так что когда на Дреафрад опустилась ночь, мы были еще достаточно далеко от храма, но даже такой медленный переезд на лошади дался мне тяжело. Изнывая от боли в животе, я без аппетита грызла кусок хлеба, потому что ничего больше в рот не лезло из еды, да пила отвар, который заваривала во фляжке. Травки для заваривания мне дала Нереза; она словно знала наперед, что у меня расстроится желудок.

Ах, Нереза, как мне ее не хватало! Она не могла уехать со мной неизвестно куда, но я договорилась с ней, что когда мы с мужем освоимся и заведем свой дом, я обязательно дам ей знать и, возможно, она приедет ко мне. Я уже скучала по ней, тосковала по ее рассказам и заботе, но понимала, что, скорее всего, Нерезу я к себе звать не стану, разве что как гостью. Это там, в Колыбели, нас четко поставили в роли хозяйки и служанки, но теперь я и представить не могла, что стану ей госпожой. Все во мне протестует против этого дурацкого разделения на пладов и обычных людей; социальное неравенство это вообще нехорошо.

— Что, сильно крутит? — с беспокойством спросил Рензо, когда у меня в животе в очередной раз забурлило.

— Что-то да, — ответила я, морщась.

— Ничего, доедем до храма, ллара тебе поможет.

— Доехать бы скорее, — пожелала я, прижимаясь боком к мужу.

Мы посидели немного у костра и отошли; создав собственный огонь, наш семейный, Рензо разложил около него плащ, готовя для меня спальное место. Опустившись на плащ и подложив под голову сумку, я подтянула колени к животу и замерла в такой позе – так спазмы переносятся легче.

Рензо прилег со мной, обнял, поцеловал в волосы… и зачем-то потрогал мой лоб.

— Лери! Да у тебя жар!

— Наверное, — слабо согласилась я.

— Не «наверное», а жар! Ты прямо как я, легко заболеваешь.

— Ты часто болеешь? — спросила я, мечтая о том, чтобы рядом волшебным образом материализовалась Нереза с ее ласковыми руками и успокаивающим голосом. У меня нет причин сомневаться в заботливости и нежности Рензо, но он мужчина, а я почему-то не воспринимаю мужскую заботу, когда болею.

— Скажем так, я не самый сильный плад, так что простываю и еще как.

— Это разве зависит от силы пладов?

— Императорские эксперты считают, что плады вообще не болеют, но как показывает опыт, болеют и еще как. Это тоже признак вырождения. Я не очень хорошо владею великим искусством, но, может, тебе попробовать выпить огня жизни?

Поднявшись, Рензо взял мою фляжку с отваром и дунул в него бледным огоньком. Как только огонек разгорелся достаточно, плад протянул фляжку мне. Я уже не раз пила огонь жизни, так что без колебаний глотнула отвар в огне – или ставший огненным отвар? Живительное тепло согрело внутренности и немного уняло боль; допив содержимое фляжки, я почти сразу провалилась в крепкий сон.

Мне приснился кошмар. В нем были страшные морды, горящие желтые глазищи, хлопанье крыльев, визгливые, пронизывающие крики, выползающие из-под земли змеи… Еще в нем был огонь, много огня.

Он меня и разбудил. Что-то слепяще яркое взорвалось над самым моим лицом; я зажмурилась и прикрыла лицо руками.

— Прочь! — услышала я хриплый крик, и, узнав голос Рензо, убрала руку. Муж стоял передо мной, качаясь; волосы его были всклокочены, правый рукав куртки висел обрывками, да и вся куртка была словно пожевана.

Пронзительный визг заставил меня снова зажмуриться.

— Слева лезет! Слева-а-а! — заорал кто-то, едва стих этот визг, и Рензо, развернувшись, пульнул огненным сгустком куда-то позади меня.

Ничего не понимающая, я тоже посмотрела влево и увидела нескольких змей из своего кошмара, которые, бешено извиваясь, горели в огне, пущенном Рензо. Что-то зашевелилось прямо под моей рукой, и я, перекатившись, встала и бросилась к мужу. Спрятавшись за него, я вскричала:

— Что происходит?!

Рензо зачем-то взял мое лицо в ладони и посмотрел в мои глаза.

— Обычные, — вымолвил он растерянно.

— А что, должны быть необычные?

— Я не мог тебя разбудить…

— Я болею! Рензо, что творится?

— Твари лезут! Отовсюду! — кратко объяснил плад, и, схватив меня за руку, потащил за собой.

Земля под нами дрожали, летали огненные сгустки, в воздухе сплелись визги, крики и лошадиное ржание, треск огня и деревьев.

Дреафрад горел, трещал и содрогался. Это кошмар из моего сна, но наяву!

Вцепившись в мужа, я в ужасе смотрела по сторонам. Очередной огненный снаряд попал в цель, и на нас упало скрюченное обугленное мелкое существо, бывшее когда-то виверной.

— Что происходит? — выговорила я, таращась на тушку.

— Ты что, слепая?! — психанул один из пладов, красный от напряжения. — Сожрать нас хотят, разорвать!

— Зачем?

Плад метнул на меня испепеляющий взгляд, а потом уже буквально испепелил очередное подползающее существо, по описанию из книг похожее на гивра.

— Они явились среди ночи, тихо, и напали внезапно, — быстро объяснил Рензо, белый, мокрый, с кровью на щеке.

— Ты ранен! — перепугалась я.

— Это чужая кровь, — успокоил он меня, и в доказательство стер кровь с щеки. — Меня только разок цепанули, куртку порвали. Здесь и гивры, прямо из-под земли лезут, так что смотри под ноги, Лери! И не отходи меня, слышишь? Ни на шаг!

— Рензо, сюда! — крикнул Брадо, и мы подбежали к нему и другим пладам ближе. Так, мы оказались у елей, у которых были привязаны лошади и где находились связанные чистокровники. Один из них сумел каким-то образом сдвинуть повязку и заорал:

— Развяжите нас! Развяжите!

Мы отпрянули в сторону, когда очень крупная виверна, ломая ветви, резко «упала» прямо на одну из лошадей и схватила ее. Протащив совсем немного, виверна отшвырнула лошадь, и бедное животное, тут же поднявшись на ноги, бросилось прочь. Сразу несколько огненных шаров полетели в виверну, но она, двигаясь резко и непредсказуемо, ушла от них и скрылась где-то дальше, в елях, производя ужасающий треск; хвоя дождем падала на нас, и воняло паленым, сгоревшим…

Драконоподобные лезли к нам со всех сторон, нападали как с воздуха, так и с земли, а плады обстреливали их огненными снарядами или лучами; это было пламя смерти, и попасть под него я страшилась больше, чем стать жертвой какой-нибудь виверны.