Чтение онлайн

А дальше — рёв покалеченного лося, он валится на бок и перекрывает тропу, а вожак нанхасов ловко спрыгивает с седла, кидает взгляд на меня, затем назад и застывает. До него меньше десяти метров, при желании доплюнуть можно. «Плющ» под сердцем откликается. Я готов ударить северянина, а после этого бежать вслед за десятком Нереха. Но позади вражеского командира встает на ноги шаман. Он выкрикивает неразборчивую гортанную фразу, и призрачная стена, которую видно по колебанию воздуха, возникает между нами. Понятно, это защита. А возьмёт её моё последнее боевое заклятие или нет, неизвестно. Не рискуя, я прижался к гриве жеребчика и направился за своими воинами. Одновременно надо мной что-то просвистело, и с головы слетела чёрная гвардейская шляпа с родовой руной Ройхо, которую я нацепил вместо креста Анхо. Что это было, я не понял. Однако заметил, как в склон слева от меня словно молния вонзилось что-то чёрное с рукоятью. Не задумываясь над последствиями, машинально, проносясь мимо этого места, я подал тело коня ближе к склону и на скаку выхватил из смеси глины и песка чёрный предмет. Это оказался ятаган вожака, который он метнул в меня, но благодаря моему резкому повороту не попал. В памяти отметка, что эти кривые клинки не только рубят, но и летают.

— Хей-я-а! — кричу я и, развернув клинок плашмя, бью жеребчика по правому боку.

Конь ускоряет свой бег, и вскоре без погони на хвосте я выбрался из оврага. Вокруг выхода полукольцом застыли дружинники Нереха с арбалетами в руках, они готовы меня прикрыть. А впереди два всадника, которые галопом несутся к нашему лагерю. Да, нужно поднимать остальных участников нашей экспедиции.

— Уходим! — даю я команду Нереху и устремляюсь за гонцами.

Сержант дублирует мои слова. Воины пристраиваются за мной, и мы от оврага, который за малым не стал нашей могилой, мчимся с такой скоростью, что ветер в ушах свистит. Проскакав ещё через три оврага, мы добрались до стоянки. О том, что рядом нанхасы, воины уже знали, посланцы Нереха нас опередили. Маг держал в руках сразу два амулета. Рольф находился в зверином облике. А Квист был готов с двумя десятками дружинников скакать нам на помощь. Но погоня отстала, видимо, северяне не рискнули преследовать нас после того, что я им продемонстрировал в овраге, а может, они собирались с силами или хотели обойти нас с флангов. Не знаю. Не было времени над этим думать. Надо было драпать, и я отдал новые приказы:

— Квист, вместе со мной в прикрытие! Рольф, вперёд, проверь тропу на юг! Верек, будь настороже, у противника хорошие шаманы! Остальным — вьючных лошадей в повод! Уходим!

Отряд продолжил движение. Однако до вечера всё было тихо. На следующий день тоже. Так закончилась моя первая встреча с нанхасами. Наши пути пересеклись, и случилось боестолкновение, в котором я остался жив и взял трофей, превосходный ятаган, который стальной ирут с одного удара сломал. Потерь с нашей стороны нет, и единственное, о чём я жалел, — это о потерянной шляпе, которую носил целый год. Хорошая вещь, удобная, а главное, я к ней привык. Ну, ничего, отряд выбрался из Мёртвой Пересыпи, северяне остались с носом, а мы с добычей. Но я чувствовал, что боги ещё сведут нас с ними, и считал, что долго ждать не придётся, зима не за горами. Так я думал в тот момент, но не знал, что повторная встреча с нанхасами произойдёт гораздо раньше зимы, всего через пять дней.

— Мак, я против того, чтобы драться с этими странными остверами.

Молодой шаман, ровесник Мака Ойкерена и друг его детских игр, худой и нескладный русоволосый мужчина, закутавшийся в стёганую шерстяную накидку, посмотрел на своего временного командира. После чего он отвернулся, взглядом приподнял с земли крупный сучок и подкинул его в костерок, который горел между ним и сотником.

Ойкерен прищурился, проводил глазами пролетевшую по воздуху палку и произнёс:

— Вервель, ты ведь сам сказал, что в этом отряде только один маг, который слабее тебя. Так?

— Да, — согласился с ним шаман. — Об этом мне поведали духи, которых я навёл на остверов через потерянную тем хватким дворянином шляпу, а они никогда не ошибаются.

— А ещё ты уверил меня, что командир остверов не чародей, а воин.

— И это верно. Он не имеет постоянной связи с энергетиками дольнего мира.

— Тогда объясни мне, Вервель, почему ты против? Нас девять десятков против четырёх. У нас боевые лоси, а у них лошади. Они не ждут нападения с нашей стороны, потому что мы шли не по их следу, а незаметно обогнули по флангу. У них груз, который их связывает, а мы можем свободно маневрировать и готовы к бою. И мы знаем, где они остановятся на следующую ночёвку — в старом имперском форте, который находится в пяти километрах от нас. Слева — осыпи, справа — непроходимая чаща, а враг на руинах. Путь один, а идти в обход остверы не станут, это потеря времени в одни сутки. И значит, ночью мы придём к ним в гости и вырежем всех. За нами сила и эффект неожиданности, и кроме того, с нами ты, а с южанами только один маг, который тебе не противник.

Вервель помедлил, полуприкрыл глаза и ответил:

— Я не понимаю, какова природа заклятья, которое применил встретивший нас в овраге воин. Он впрах распылил Чердыка и пятерых воинов вместе с сохатыми. Всего за несколько секунд. Не обратив никакого внимания на охранные браслеты и на то, что мой старший брат кинул навстречу его силе своих духов. А вдруг у него ещё что-то в запасе есть? Поэтому надо действовать осторожно и, прежде чем лезть в драку, необходимо посоветоваться с более опытными шаманами. А ты бездумно рвёшься в бой, Мак. Так нельзя.

— Ты просто трус. — Ойкерен скривился в презрительной усмешке. — Сколько тебя знаю, ты всегда держишься в тени. А сила оствера ясна. Он применил артефакт, который ты не почуял. Но это получилось у него один раз, да и то только потому, что он нанёс удар неожиданно, когда мы были на марше и не готовы к бою.

— Может, я и трус. Но я жив, потому что почуял неладное и сосредоточился на защите, а не на нападении. И ты, кстати, уцелел только потому, что я тебя прикрыл. — Вервель потёр ладони, посмотрел на лагерь, разбитый северянами в старой роще, в стороне от тропы, по которой должны были пройти остверы. Затем всмотрелся в мелькнувшую между стволами тень, неразборчиво прошептал несколько слов и, повернувшись к Маку, продолжил разговор: — Духи сказали, что остверы возвращаются своим прежним путём и сегодня к вечеру будут здесь. Всё как ты и предполагал. Впереди — оборотень, за ним — десяток конных воинов, а далее основной отряд и лошади с грузом. Решать, конечно, тебе, но моё слово ты слышал. Как бы мне ни хотелось поквитаться с имперцем за брата, я считаю, что нам надо возвращаться к горе Анхат, а разборку с нашим обидчиком продолжим зимой.

— Ты не понимаешь! — Кулаком правой руки Ойкерен ударил в левую ладонь. — Мы должны уничтожить врага!

— Нет. Я всё понимаю. Ты потерял подарок отца, дорогой атмин из небесного железа, и чувствуешь стыд. А есть ещё и Отири, которую ты желаешь хозяйкой ввести в свой шатёр. И сейчас тебя заботит не выживание всей нашей сотни и не выполнение приказа, который, если ты забыл, гласит, что цель нашего похода — разведка окрестностей горы Юххо и уничтожение гоцев. Не-ет! — Вервель покрутил в воздухе указательным пальцем. — Тебя волнует иное. Что подумает твой отец, как тебя встретит ведьма и что она ответит на предложение стать твоей женой.

— Замолчи! — Сотник вскочил.

— Я-то замолчу. Но ответь, я прав? — Шаман был совершенно спокоен.

Мак помедлил, сел обратно и согласился:

— Прав.

— И ради личных амбиций ты готов кинуть своих воинов на врага, возможности которого не до конца известны?

— В моей сотне отличные воины, и при удаче мы возьмём врага в ножи. Я уверен в победе, во мне нет сомнений.

— Уверенность — это хорошо, только не надо путать её с самонадеянностью. Ты знаешь, я буду рядом с тобой и сделаю всё, что должен, отведу глаза часовым и оборотню, постараюсь обесточить магическую сигналку, а затем натравлю своих духов на вражеского командира. И пока мои помощники скуют его силы, воины прикончат этого имперца. Вроде бы все просто. Однако у меня недоброе предчувствие. И существа дольнего мира не говорят мне всего, что знают. И знаешь почему?

— Почему?

— Потому что в жилах вожака остверов течёт старая кровь, такая же, как и у нас с тобой. Он потомок одного из Рунных родов, и в мире мёртвых у него сильные покровители, которые не дают моим бестелесным помощникам навести на этого странного воина порчу или помутить его разум. Мы знаем очень мало, так что осторожность прежде всего. И я рекомендую ограничиться преследованием этого отряда и захватом пары пленников, которые расскажут нам, с кем мы имеем дело, где остверский командир живёт и что он представляет собой как человек.

— Хватит, Вервель! — Сотник взмахнул рукой. — Всё решено! Я послушался тебя в тот злополучный день, когда погиб Чердык, и не погнался за остверами сразу. Но сегодня будет бой. Мы атакуем имперцев ночью, и они умрут. Я всё сказал! Обсуждать больше нечего! Задобри духов, напитай их силой и будь готов к тому, чтобы не дать командиру южан схватиться за артефакт и применить его. Иди отдыхай! Вечером нам понадобятся все твои силы и умения без остатка.

— Ладно, как скажешь. — Вервель помедлил и усмехнулся: — Сотник.