Чтение онлайн

Последние три ладьи, на которых следовал четвертый штурмовой отряд под командованием подпоручика Берегового по приказу следовавшего с ним вместе комбата Рязанского, направились к причалам первого отряда, чтобы развить успех, достигнутый отрядом Веденева. Оставшиеся на ладьях три десятка стрелков простреливали все подходы к морским воротам со стороны причалов.

Тем временем отряд Сванидзе блокировал западные ворота, заняв прилегающие к ним дома.

Высадка десанта заняла не более пяти минут. Отряд Берегового, пройдя через морские ворота, выдвинулся в город по кратчайшему пути к цитадели. От ворот до нее было триста метров по узким кривым улочка. Впереди шли лучники с прикрывающими их мечниками, стреляя во всех, кто выбегал навстречу с оружием в руках. Следом шли морские пехотинцы, расстреливая всех, кто маячил в окнах домов и выбегал в боковые переулки.

Перед единственными воротами цитадели располагалась почти квадратная центральная площадь города, ограниченная с одной стороны стеной цитадели, а с трех других сторон дворцом бея, торговыми рядами и соборной мечетью города. Ворота цитадели уже были закрыты.

Дойдя до площади перед цитаделью, и увидев закрытые ворота, Береговой приказал занять здания торговых рядов напротив ворот, блокировав их. Теперь городское ополчение пробраться в цитадель и вооружиться не могло.

Штабс-капитан Рязанский, находившийся при отряде поручика Веденева, приказал тому оставить на воротных башнях два десятка стрелков и десяток мечников, а всех остальных воинов направить по боевому ходу стены и по улице под стеной к северным воротам крепости, чтобы выбить из них противника и открыть эти ворота.

Отряд из 6 десятков местных пехотинцев и полусотни стрелков морпехов легко выполнил приказ. По пути взяли три башни. Двери башен, выходящие на боевой ход стен, взорвали ручными гранатами. Ими же уничтожили гарнизоны башен. Там и было то, по пять — шесть воинов из городской стражи в каждой башне. Так же легко взяли и две воротные башни. Открыли северные ворота. На воротных башнях оставили два десятка стрелков.

Отсюда отряд Баринова по приказу штабс-капитана двинулся к цитадели, а отряд Веденева продолжил очистку стен и башен от противника, продвигаясь к западным воротам.

Бей города и бейлика Баку достопочтенный Сабир — заде неспешно вкушал на открытой восточной террасе дворца завтрак из тушеного с гранатом, перцем, имбирем и черемшой фазана, затем намереваясь приступить к десерту из спелого инжира, винограда и дыни, когда до его слуха донесся звук сигнального колокола. Звонили со стороны морских ворот. Сорокалетний бей был опытным военачальником. Он в разных чинах трижды воевал с дербентцами в пограничных конфликтах. Бросив недоеденного фазана, он выбежал из дворца, как был, в тапочках и халате, быстро пересек еще малолюдную по утреннему времени площадь и вбежал в ворота цитадели.

Сразу приказал караулу закрыть ворота и бить тревогу в сигнальный колокол. Казармы гарнизона находились в цитадели. Полусотня воинов находилась в карауле на внешних стенах, но, в цитадели еще оставалось 370 воинов. Выскакивая по тревоге из столовой палаты, солдаты бежали в оружейные комнаты, чтобы взять оружие и облачиться в доспехи. Со стороны залива доносился непонятный громкий частый треск, как будто, кто-то совсем рядом ломал сухие палки. Много сухих палок.

В цитадель прибежали посыльные, доложившие, что западные и северные ворота атакованы неизвестным противником, прибывшим на персидских ладьях. Но, начальники врага вроде бы, отдавали команды на языке русов. Это было неожиданно, поскольку русы нападали на Баку последний раз лет 80 назад. Лет десять назад на Баку нападали турки, но Ширваншах отбил нападение. С тех пор сражаться гарнизону не приходилось.

От морских ворот не прибежал никто, из чего бей сделал вывод, что ворота захвачены противником, а караул на них погиб полностью. Убедившись, что гарнизон вооружается, бей поднялся на верхнюю площадку донжона цитадели, господствующую над крепостью и городом. В заливе у пристаней он увидел значительно больше ладей, чем было накануне вечером. Значит, атака идет с моря. Но почему караул не закрыл ворота и не поднял тревогу заранее?

В этот момент охрана бея допустила к нему посыльного от морских ворот. Солдат сообщил, что начальник воротного караула послал его с донесением к бею, о том, что в залив входит караван персидских ладей. Однако, начальник личной стражи бея сотник Аслан не допустил посыльного, сочтя известие не достойным того, чтобы прерывать трапезу досточтимого бея. Торговые караваны входили в залив почти ежедневно.

Первым порывом бея было казнить Аслана, но, он решил отложить это дело на потом, когда он выбьет их города атакующих. К тому же, бей совсем не был уверен, что, получив это донесение вовремя, он приказал бы закрыть ворота. Персидские торговые гости в Баку — дело обычное. Прикинув, что в пришедшем караване примерно из десятка ладей не должно быть больше четырех — пяти сотен воинов, он решил, что это набег грабителей — русов. Пограбив горожан, русы уйдут. Цитадель штурмовать они не будут.

Однако же, если вооружить городское ополчение, то вполне возможно выбить русов из города. Это будет весьма достойно, и реабилитирует бея в глазах шаха за недосмотр, выразившийся в прорыве русов в город.

Бей видел, что горожане — ополченцы переулками пробираются к цитадели и накапливаются в мечети, в переулке за ней, во дворце и в дворцовом саду, но, пройти через площадь к воротам не могут, поскольку вражеские лучники, засевшие в торговых рядах, простреливают всю площадь. Ополченцев там собралось уже несколько сотен.

Вскоре очередной посыльный доложил, что противник в количестве примерно сотни воинов занял здания торговых рядов. Впрочем, это бей видел и сам.

Бей понял, что вражеский военачальник намеренно отрезает путь подхода ополченцев в цитадель. Решение нужно было принимать быстро, пока противник не блокировал цитадель со всех сторон. Солдаты гарнизона уже экипировались и заняли позиции на стенах. Бей решил выбить противника из торговых рядов, опираясь на численное превосходство своих солдат, чтобы пропустить ополченцев в цитадель.

По его команде сотня лучников заняла позиции на башнях и стенах, выходящих на площадь, готовясь подавить стрельбу лучников противника из торговых рядов. 250 воинов выстроились перед воротами цитадели, намереваясь рывком преодолеть площадь, ширина которой лишь немного превышала полсотни шагов.

Взревела сигнальная труба, ворота распахнулись, и воины бея, по пятеро в шеренге, прикрывшись спереди и сверху щитами, беглым шагом устремились через площадь. Больше пяти воинов в броне и со щитами через ворота одновременно пройти не могли. Лучники противника осыпали колонну стрелами, но, ущерб от их стрельбы был минимальным. Щиты, шлемы, поножи и длинные, до колен, кольчуги защищали воинов бея.

Голова колонны быстрым шагом, не разрывая строя, прошла середину площади и приблизилась к торговым рядам на два десятка шагов, когда в окнах, в дверях, и на крышах торговых рядов сверкнули многочисленные яркие вспышки, отлично видимые даже при ярком солнечном свете. Бей увидел, что его лучники, пристроившиеся между зубцов стены, во множестве падают, сраженные. Одновременно по ушам ударил густой оглушительный треск.

Буквально через пяток мгновений, треск повторился снова. Половина воинов колонны, уже выбежавших из ворот, упали на булыжную мостовую.

Залп 6 десятков винтовок в упор был страшен. 11-миллиметровые свинцовые пули легко пробивали щиты и любые доспехи. А останавливающее действие таких пуль было выше всяких похвал. При попадании, они сразу валили пехотинца с ног. Те, кто не был ранен и остался на ногах, спотыкались о павших. Строй колонны рассыпался в обе стороны.

Торговые ряды окутались дымом. Слабый утренний ветерок, дувший с моря, не успевал рассеивать дым. Стрелки перешли на беглый огонь по месту колонны и по воротам, практически не целясь. Тех редких бойцов бея, кто сквозь дым добегал до торговых рядов в упор расстреливали лучники. А самых рьяных брали на острия мечей мечники.