Империя террора. От «Красной армии» до «Исламского государства»
Шрифт:
– Я Саддам Хусейн, президент Ирака, – раздался голос, – я готов к переговорам.
Появился заросший волосами человек с седоватой всклокоченной бородой. Он скрывался двести сорок девять дней.
– Привет от президента Буша, – сказал американский солдат.
Убежище Саддама было больше похоже на могилу. Сходство усугублялось отсутствием света и низкими сводами – распрямиться в полный рост он не мог. В отличие от своих сыновей, которые предпочли смерть в бою, Саддам и не думал сопротивляться. В момент ареста у него был пистолет и два «калашниковых», но совершать самоубийство он тоже не стал.
Перед американскими солдатами стоял человек, утративший чувство реальности. Он, возможно, был даже рад, что все закончилось. У него еще оставалось семьсот пятьдесят тысяч долларов в сотенных купюрах.
В пятнадцать минут шестого утра Райс позвонила Бушу:
– Прошу прощения, что разбудила вас, сэр, мы его поймали.
– Фантастика, – произнес довольный Буш. – Ты уверена?
– На сто процентов.
Поимка Саддама имела большое психологическое значение, хотя спасавшийся бегством бывший хозяин страны уже никем не командовал. Рассказы о неуловимом и неуязвимом Саддаме, который по-прежнему руководит сопротивлением, оказались мифом. У него не было даже телефона. Два последних человека, которые остались верны своему президенту, переправляли его из одного безопасного места в другое.
14 декабря Саддама на вертолете доставили в Багдад. Его бывшего соратника Тарика Азиза попросили подтвердить, что это действительно бывший президент. Затем позвали врача. Он попросил Саддама открыть рот – вдруг у того все-таки есть капсула с ядом, которую он раздавит в самый неподходящий момент. Убедившись, что капсулы нет, врач занялся более реальной проблемой – вшами, которые завелись у Саддама.
После санобработки Саддам поступил в распоряжение сотрудников Центрального разведывательного управления, мечтавших его допросить.
Американские военные власти так и не назвали человека, который помог им найти Саддама, обнаруженного 13 декабря 2003 года неподалеку от Тикрита. Считается, что Саддама Хусейна выдал его телохранитель (и родственник) Аднан Абд-аль Муслит. Он входил в число небольшого круга телохранителей, которые знали о передвижениях бежавшего из Багдада 9 апреля Саддама. Но Муслита арестовали в Багдаде 29 июля 2003 года, а Саддама взяли только через пять месяцев…
Смертоубийство в Ираке продолжалось уже без участия человека, который все это затеял.
«Карманные» палестинцы
В 1959 году египетский президент Гамаль Абд аль-Насер пообещал палестинцам создать им государство. Его слова вызвали взрыв энтузиазма среди палестинцев. Они поверили, что египетская армия поможет им с победой вернуться в Палестину и уничтожит Израиль.
Насер же надеялся с помощью палестинского национализма одержать победу на фронте внутреннего соперничества с другими арабскими лидерами, прежде всего с лидером Ирака генералом Абделем Керимом Касемом, который тоже претендовал на дущее место в арабском мире и рассчитывал на палестинцев.
14 июля 1958 года генерал Касем совершил военный переворот, уничтожил правившую в Ираке ветвь Хашимитских королей и нацелился на другую ветвь королевского семейства, правящую Иорданией. Генерал призвал отобрать Западный берег реки Иордан у Иордании, а сектор Газа у Египта и создать на этих территориях палестинское государство.
Ни Египет, ни Иордания это предложение не поддержали.
В феврале 1963 года генерала убили. Власть перешла к партии БААС, президентом сначала стал генерал Хасан эль-Бакр, затем Саддам Хусейн.
В апреле 1968 года Сирия создала свою палестинскую организацию «эль-Сайга», которая по количеству бойцов, оружия, денег вполне могла конкурировать с ФАТХ Арафата. «Эль-Сайга» не считала необходимым создание палестинского государства, а требовала объединения всех арабов под эгидой великой Сирии.
Тогда и Ирак обзавелся собственной палестинской группой – Фронт арабского освобождения. Секретные службы Саддама Хусейна вербовали и уже существующие палестинские организации. Начали с группы, которую возглавлял доктор Иссам Сартави.
Со временем Сартави стал лидером умеренных внутри ООП и открыто признал право Израиля на существование, поэтому в апреле 1983 года боевики Нидаля убили его в Португалии…
Роман Сартави с иракцами продолжался три года, в это время он часто встречался со своим будущим убийцей Нидалем. Сартави быстро понял, что служить другому государству опасно для палестинского дела и присоединился к максимально независимой ФАТХ. Нидаль шел обратным путем.
Не поставив в известность руководство ООП И ФАТХ, Нидаль 5 сентября 1973 года организовал свою первую самостоятельную акцию. Пятеро его боевиков захватили посольство Саудовской Аравии в Париже.
Еще через два месяца люди Нидаля совершили угон самолета. Абу Айяд, второй человек в ФАТХ, писал позднее: «Захват самолетов оказался бессмысленным делом. За исключением самой первой акции, заставшей израильтян врасплох, сионистские лидеры отказывались вступать в переговоры с угонщиками. Зато захват самолетов серьезно помешал нам убеждать мировую общественность в значении нашей борьбы».
За «самодеятельность» Нидаля исключили из ФАТХ.
Лагерь в квартире
Его это не смутило. Он давно жаждал самостоятельности и создал с помощью иракских спецслужб собственную организацию. Ему дали радиостанцию, помогли организовать информационное агентство и издавать газету; она, правда, выходила настолько малым тиражом, что даже израильская разведка с трудом добывала экземпляр для своего архива.
От Саддама Хусейна группа Нидаля получила полную монополию на устройство палестинцев в иракские институты: студентом мог стать только тот, кто обещал помогать Нидалю.
Группа Нидаля, насколько можно судить по отрывочным сведениям, никогда не превышала четырехсот человек. В значительной степени они связаны между собой семейными, клановыми отношениями. К тому же, Нидаль всегда верил в силу денег, в материальный интерес и платил своим людям вдвое больше, чем Арафат своим.
В его организации строго соблюдали конспирацию. Каждая акция поручалась отдельной ячейке, о которой другие члены организации ничего не знали. Им не разрешали встречаться друг с другом. Вся информация передавалась специальными курьерами. Даже когда людей Нидаля ловили, они могли выдать лишь одного или двух товарищей по борьбе.