Чтение онлайн

Что касается сельскохозяйственных земель, то на территории империи она принадлежала государству и централизованно контролировалась правительством. Большинство крестьянского населения составляли покоренные немусульмане, и их подушная подать в первую очередь шла в доход государства.

Однако основная часть дохода империи поступала от различных государственных учреждений и предприятий – таможен, портовых сборов, сборов за помол зерна, паромных переправ, сборов за взвешивание грузов, монополии на такие товары, как соль, мыло и воск для свечей. Эти предприятия и службы вместе с некоторыми промышленными предприятиями и природными ресурсами, включая рудники по добыче серебра, меди и свинца, часто передавались государством концессионерам. Это было выгодно обеим сторонам.

Другие средства, применявшиеся султаном в целях увеличения доходов в те моменты, когда он нуждался в больших суммах денег, чтобы поддерживать на должном уровне свои вооруженные силы (которым приходилось постоянно находиться в боевой готовности), включали периодические девальвации денег путем чеканки новых монет и скупки старых по заниженному курсу. Эта мера, равнозначная по эффекту налогу на серебряные деньги, вызывала недовольство народа, особенно когда чиновники, известные как «искатели серебра», направлялись в провинции для досмотра помещений и конфискации припрятанных монет.

Более конструктивным, однако, явился в конечном счете придуманный Мехмедом способ финансировать свои кампании с помощью торгово-экономического развития и последующего увеличения доходов государства.

В этом в общих чертах выражалась суть мудро организованной, тщательно проработанной и строго соблюдавшейся при правлении султана Мехмеда государственной феодальной организации, которая соединяла ко взаимной выгоде его производящие классы и вооруженные силы, ведь главным рычагом администрации в финансовой, социальной и аграрной политике была привязанность к военным потребностям империи.

Общественной и политической основой этого централизованного имперского государства была военная теократия, по сути таковой была и Византия, олицетворяющая принцип «правления Бога».

Задача Мехмеда, как он видел ее, заключалась в том, чтобы устранить или по меньшей мере трансформировать и подчинить своему контролю каждый элемент, который мог бы угрожать или соперничать с его личной властью. Как человек, назначенный Аллахом, он – и только он один – мог править. Именно для того, чтобы гарантировать своей династии постоянное возобновление этого Божественного предназначения, он узаконил практику братоубийства.

Мехмед, перестав часто посещать заседания Дивана, будто бы передал эту привилегию своему великому визирю, однако тайно наблюдал за каждым собранием из расположенного над залом заседания помещения за решеткой – «глаз султана». Это стало общим прецедентом для его наследников. Таким образом, контроль со стороны султана всегда был в действии.

Что касается гражданской администрации, то она была основана на четырех «столпах империи» (символизация четырех ангелов, которые, согласно Корану, поддерживали трон). Первым столпом был сам великий визирь. Титул его был – паша (дословно «нога султана»). Второй столп – правосудие – двое кадиаскеров, армейских судей, один с юрисдикцией на Анатолию, другой – на Румелию. Третий столп – дефтедары – счетоводы, ответственные за финансовую администрацию. Четвертый столп – канцлеры, или государственные секретари.

Все турецкие традиции государственности были отражены в «Кануннаме» – книге законов и регламентаций, где давалось описание иерархии государства, его обычаев и церемоний, его обязанностей и институтов, его доходов и штрафов. «Кануннаме» была полностью составлена к концу правления Мехмеда по его указанию.

Сила и значимость такой административной системы заключалась в том, что она не была наследственной и исключала формирование потомственной аристократии.

В общей социальной структуре Османской империи этого времени привилегии рождения, как таковой, не существовало. Все располагавшиеся ниже уровня абсолютного суверена были равны в глазах закона и своих соотечественников-османов. Их государство было меритократией, в котором привилегии нужно было заработать. Таким образом, эта система предохраняла от политического соперничества абсолютную власть султана.

В своем стремлении создать мировую исламскую империю султан старался сделать столицу – Стамбул – достойной славы Осман ской империи, которая выросла из сельджукского султаната Рума. Мехмед уделял строительству и архитектуре города особое внимание, особенно в зимние периоды, между военными кампаниями, которые Завоеватель вел на протяжении оставшихся двадцати пяти лет своего правления.

Цель этих кампаний – консолидация империи и расширение ее границ.

По наследству Мехмеду перешли враги его отца: Хуньяди – в Венгрии, Георгий Бранкович – в Сербии, Скандербег – в Албании, венецианцы – в Греции и Эгейском море. Он по очереди методично выступал против каждого из них.

Сражение за Константинополь показало, что хорошо укрепленный город может успешно противостоять турецкому натиску. Дальнейшие события в Сербии, Албании и Черногории подтвердили это.

После победы над Византией Мехмед II стал стремиться к тому, чтобы установить господство Османов во всей Передней Азии. В 1461 г. была одержана важная победа над Трапезундской империей на севере Малой Азии. Сам Трапезунд (Трабзон) был атакован с суши и моря. Император Давид и его придворные отказались от борьбы и сдали город на условии сохранения своих жизней.

В 1454–1459 гг. Мехмед II лично совершил несколько походов в Сербию, обезлюдил страну массовым уводом жителей в рабство, после чего объявил о присоединении Сербии к Османскому государству.

В 1461 г. турецкий флот выбил из Эгейского моря генуэзский, в то время как комбинированными операциями турецких сухопутных и военно-морских сил планомерно захватывалось побережье Мореи.

В 1468 г. Мехмед II направил армию в Далмацию и Хорватию; почти одновременно в результате морской десантной операции был захвачен остров Эвбея (1470 г.).

Дипломатические ухищрения Венеции привели к тому, что в войну вступил Иран, однако персидская армия вторжения была разбита турками в Эрзинджанском сражении.

Более десяти лет Мехмед II воевал с караманским беем Узун Хасаном, правителем тюркского объединения племен аккоюнлу, который сумел распространить свое влияние на весь Иран до Хорасана, на Ирак и район Персидского залива. Одержав ряд побед в этой войне, Мехмед II добился установления турецкого господства над всей территорией Малой Азии.

Снова покорив Албанию, турки затем захватили большинство венецианских аванпостов на албанском побережье; тем временем турецкая кавалерия перешла через Альпы из Хорватии во владения Венеции и принялась терроризировать Северо-Восточную Италию. Разгромленные на всех фронтах венецианцы запросили мира, по условиям которого все венецианские земли, завоеванные турками в эту кампанию, отходили к Османской империи (1479 г.). Кроме того, к туркам отошел Скутари, где венецианский гарнизон успешно отразил многочисленные турецкие атаки (1478–1479 гг.).