Имперская академия некромантии. Целитель
Шрифт:
— Убери этот взгляд, — потребовала я. — По-твоему, как я должна себя вести? Хочешь, чтобы я закатила истерику и уничтожила половину леса? — с нажимом спросила я. — Будто бы злость и разрушения смогут облегчить боль. Я же из последних сил себя сдерживаю!
— Я понял, — виновато ответил Криштиан.
— И не нужно этой вины в голосе, — огрызнулась я, быстро вскочив на ноги, но те не стали меня держать и я снова осела на землю. — Я могу сама! — резко ответила я.
Попытку помочь мне подняться Криштиан не остановил, состроил невозмутимое лицо, в то время как мое выглядело хуже, чем у Гириха, когда тот злится, подхватил под руки и осторожно поднял на ноги. Убедился, что смогу стоять сама и только потом отпустил и отступил на шаг назад.
— Я хочу убедиться в его словах, — тихо заговорила я.
— Каким образом?
— Мы недалеко от нашего фамильного дома, — ответила я. — Родителям придется рассказать мне правду, хотят они этого или нет, — зло процедила я.
Мы начали двигаться медленно, так как оба были ранены, а времени и сил на исцеление у меня не было. Но по мере того как мы приближались, я все больше ускоряла шаг, а когда показался особняк, совсем сорвалась на бег. Криштиан двигался медленно, поэтому в дом я вбежала одна.
— Мама. Отец! — закричала я. — Мама!
Я быстро забежала во все комнаты, забежала на второй этаж проверила там. Никого.
— Может они в городе? — пробормотала я, спуская на первый этаж. — Уверена, уже все знают, что академия уничтожена. Представляю, как они волнуются.
— Их нет? — спросил Криштиан, переступая порог.
— Нет. Думаю, они в городе или, возможно, во дворце.
— Спроси Удэйм, — подала голос Риша.
— Мы можем покопаться в ее гномьей голове, если откажется говорить, — злобненько захихикала Гирэ.
— Кто такая Удэйм? — переспросил Криштиан.
— Точно. Она у нас больше двадцати лет работает. Гномиха Удэйм должна знать, родители никогда ничего от нее не скрывали, даже то, что я полукровка. Если кто и в курсе так это она, — хмыкнула я. — Удэйм! — закричала я, рванув в сторону пристройки, где та обычно копалась в саду.
— Леди Мельера! — воскликнула гномиха, оторвавшись от грядки с картофелем. — О, леди Мельера! — снова воскликнула Удэйм, мчась мне на встречу. — Я так переживала. О-о-о, одним духам известно как болело за вас сердце. Я послала весть о случившемся госпоже Унисе, но ответа все еще нет. Я места себе не находила.
— Я в порядке, Удэйм, — улыбнулась я.
Приятно видеть ее доброе пухлое лицо, рыжие кудряшки, спрятанные в чепчик, ощущать тепло мозолистых рук, которые нянчили меня в детстве.
— Удэйм, где мои родители?
— Господин Никьес и госпожа Униса сейчас в империи Роуш. Скоро начнутся игры, помните? — заворчала гномиха.
— Я совсем забыла, — взвыла я. — И кому нужна эта империальная битва магических академий, когда у нас тут война назревает?! — процедила я.
— Война?! — вытаращилась на меня Удэйм.
— Позже об этом, — отмахнулась я.
— А кто этот молодой человек? — выглянув из-за меня, спросила гномиха, с интересом и осторожностью рассматривая Криштиана.
— Это Криштиан Олэ Вэльтраг, адепт имперской академии, он помог мне выбраться из академии, когда на нее напали, — ответила я полуправду.
— Пойдем, дорогая, — потянув меня за руку, пробормотала она. — Сейчас я тебя накормлю, чаем напою, и ты мне все расскажешь.
— Прости, Удэйм, но у нас нет времени, мы должны вернуться во дворец, — начала я.
Гномиха сверкнула своими большими раскосыми желтыми глазами, от которых у меня всегда мурашки по телу в ужасе разбегались, и с упреком покачала головой, рассматривая меня с головы до ног. Когда Удэйм хотела меня приструнить, всегда смотрела на меня таким взглядом. На меня он почему-то действовал гипнотически, и я не могла противиться.
— Куда же ты пойдешь в таком-то состоянии?! — недовольно заворчала Удэйм. — Посмотри на себя. Исхудала, а раны эти. О духи. А друг твой, того и гляди, сейчас в обморок грохнется, бледный как смерть! — ужаснулась Удэйм.
— Он всегда такой, — ляпнула я.
— Не выпущу вас, пока не будете выглядеть как нормальные некроманты!
Если бы Удэйм знала, что в большинстве случаев некроманты выглядят именно так, она бы сама в академию пошла, чтобы профессоров и ректоршу уму-разуму научить. Сопротивляться было бесполезно, так что, ухватив Криштиана за руку, потащила следом за собой, чтобы и вправду в обморок не свалился. Пока Удэйм хлопотала на кухне, я решила собраться и заняться нашими ранами. А когда начала лечить Криштиана, я подумала Удэйм и самой понадобится целитель. Мне минут двадцать пришлось успокаивать гномиху, которая пыталась ликвидировать офигевшего некроманта.
— Я доверяю ему, Удэйм, — жестко произнесла я. — Он много раз помогал мне. Ему, правда, можно верить, — ухватив гномиху за руки и крепко сжав пухленькие руки, заверила я.
Удэйм нерешительно кивнула и удалилась хозяйничать на кухню, а я, тяжело вздохнув, вернулась к все еще пребывающему в шоке некроманту.
— Это что, к демонам, только что было? — зашипел он.
— Она же гном, что она тебе сделает, аполоником, что ли до смерти забьет? — фыркнула я.
— Ты ее лицо видела? — огрызнулся некромант.
— Оно у нее всегда такое, — отмахнулась я. — А теперь не дергайся! — приказала я. — Кстати, ты почему опять ранен?
— Пытался клетку сломать, — невозмутимо ответил Криштиан.
— Тебе моего примера было мало?
— Красавчик тебя спасать рвался, — захихикала Риша, за что получила щелбан от рыкнувшего Криштиана.
— Спасать? — не поняла я.
— Когда Адэльен тебя унес, — злобно зашипела Риша, увернувшись от следующей атаки некроманта. А брошенный в нее магический сгусток поймала Гирэ, издевательски захихикав.
Невозмутимость Криштиана начала трещать по швам, отвел взгляд и даже слегка отстранился.
— Переживал за меня? — полюбопытствовала я, продолжая сосредотачиваться на ране.
— Вроде того, — откинувшись на спинку стула, ответил Криштиан.
— Спасибо.
— Знаешь, непривычно видеть тебя такой, — фыркнул некромант.
— А ты не рвись мне на помощь, тогда я буду вести себя как обычно, — хмыкнула я.
Хотя, думаю, он вообще не привык видеть заботу. Будучи полукровкой темных эльфов, он избегал других, именно поэтому кроме Румэйна я больше никого с ним не видела, если не брать во внимание некоторых визжащих и пускающих слюни адепток.