Чтение онлайн

Вскоре я пошёл на кухню за едой. По пути встретилась мама, что тут же выпытала, чего это шастаю ночью по дому. Под давлением её возмущения, был вынужден вернуться и пригласить Принцессу поесть на кухне. Мама пригрозила, что если буду её позорить, она перестанет готовить на меня.

Когда мы только отправлялись в Стриодеал, то одеты были в обычную одежду, если так можно сказать про восхищающие меня наряды девушек. На мне свободные штаны и жёлтая рубашка в клетку. Валентина прибыла в дом в стильном наряде состоящем из пальто, тёплого свитера и брюк. Спуститься вниз она предпочла уже без свитера, в одной тонкой атласной майке белого цвета. Она длинная и сначала дурная ведьма заявила, что в брюках ей тоже жарко, поэтому ранний завтрак намерена провести лишь в ней. Я с трудом уговорил надеть хотя бы мои летние брюки из тонкой ткани.

И всё же с учётом потрясающих форм и отсутствующего специфического элемента гардероба, вид получился более чем провокационный. Я готов был расстаться с жизнь от стыда, когда на кухню заглянула мама.

— Всё хорошо, Валентиночка?

— Да. И вкусно.

— Ой, приятно как, — тут же расплавилась мама. — Кушай, красавица, кушай. Такая красивая, что глаз не оторвать. Матус! Смотри, чтобы Принцесса ни в чём не знала нужды. Я пойду дальше спать, деточки…

Мы пожелали ей всего приятного. Наши взгляды встретились. В глазах Валентины заиграло зелёное пламя.

— Слышал маму? Вот расскажу ей, что ты плохо за мной ухаживаешь.

— У меня козыри есть, — вернул я, прикладываясь к кружке с кофе.

— И какие?

— Скажу, что я настолько хорош и обходителен, что ковриком дежурю рядом с кроватью. И даже под ногами у тебя бываю, а когда падаешь, то смягчаю удар.

Валентина залилась смехом.

— Всё так, не спорю. Правда, не совсем смягчил. В целом да, но не во всех местах, — посетовала она и, пока я ещё добродушно улыбаюсь, добавляет: — Впрочем, не переживай насчёт этого. Я не против.

Волна гнева воплотилась в словах:

— Ты испорченная девчонка! Позор рода.

— М-м… приятный комплимент, а что касается рода, то я — есть род и я — есть я. Природе чужда скромность. Мир не скрывает своих порывов и я не буду. Разве что только ради тебя, мой котик, и ради любимой Вероники. Остальные меня не волнуют.

— Спасибо! — искренне ответил я.

Мне удалось ещё часик поспать, а вот Валентина предпочла дожидаться учебного времени бодрствуя. При этом велела ложиться на кровать, а вместо подушки предоставила свои ноги. Я для порядка попротестовал, но всё же прилёг зеваючи. Чтобы не скучать, рыжеволосая дива взяла несколько томов комиксов по моим советам, ну а меня сморил сон. Хорошо, что сильно хотел, не то от такой «подушки» бы лишь устал.

Кортеж умчал Принцессу на час раньше, а я доехал до школы на родном двухподвесе. Соскучился по педалям, хотя казалось бы — всего пару дней не был в Империи. Да и Бастион радует, с удовольствием окунулся в общение с одноклассниками, а потом и в учёбу. Сапа, конечно же, атаковал вопросами, стоило случится длинной перемене, и пока я не дал приемлемого ответа, мешал мне обедать. Рассказывать всё как есть я не стал. В большей степени из заботы о друге. Зачем ему эти лишние волнения и мысли? Достаточно знать, что Агния участвует в проекте имперской важности и за ней приглядывают сразу две представительницы магических родов. Хорошо, что Агния не стала вдаваться в подробности, переадресовав брата на меня. Для остальных мы никуда и не девались. Время в бывшей Изнанке никак не связано со здешним, но не поделиться с братом впечатлениями Агния, конечно, не могла. Удивительно, что ей удалось это сделать, ничего толком не рассказав. Удивительно и грустно одновременно, ибо это очередная ноша для трепетной натуры.

Сапа заметил, что я возмужал и стал крупнее. Как он смог это различить, ведь для меня изменения практически незаметны — не знаю, но, может быть, со стороны лучше видно?

Перед началом следующего занятия успели переговорить с Литяном. Как староста он по-прежнему хорошо справляется, я просто хотел спросить, как у него дела, нет ли каких проблемы, кои с удовольствием помог бы разрешить с учётом обладаемого ресурса, но он взялся докладывать о результатах работы, о готовности и дальше выполнять её с полной отдачей и попросил быть построже: если есть недочёты, то я обязательно должен сообщить об этом. Пользуясь врождённым красноречием, поспешил заверить, что полностью доволен, хотя и не являюсь старкоординатором.

Стоило урокам кончится, как я скорее собрал сумку и двинулся в председательскую. За окном проплывает декабрьский пейзаж, слева череда потрясающих рисунков Агнии. С лёгким стыдом признался себе, что скорее хочу испить кофе приготовленный Вероникой. Знаю, что есть более важная повестка, но аромат, обстановка и атмосфера затмевают всё.

Постучался. К сожалению, кабинет оказался полон членами ученического совета. Встретился взглядом с Вероникой, безмолвно поздоровавшись. Почему-то сразу вспомнились ночные события. Пожал руку здоровяку Сигу, с коим мы теперь друзья и на его лице спецназовская, несколько карикатурная улыбка, но искренняя, просто такая мимика у нашего главного по спорту. Роберт снова с сонным лицом, тоже постарался улыбнуться, пожимая руку. Регина и Светлана приветливо поздоровались, причём Света мне ещё и на отсутствующие на руке часы показала, мол, мог бы и быстрее прийти.

— Прошу простить за задержку.

— Всё хорошо, — встала из-за стола Вероника, а я пусть и осторожно, но с восхищением оглядел, как великолепно сидит на ней форма, — я только начала рассказывать о решении передать пост председателя тебе.

От такого заявления я сразу же растерял всю смелость и, словно бы понимая это, Вероника тут же добавила:

— Присаживайся сюда, — указала она на своё кресло. Тут всё как и было: большой изогнутый стол, документы и широкий ультратонкий монитор. — Что ты хотела спросить, Регина?

Вероника обогнула стол и остановилась, переведя на меня взгляд. Я понял, что нужно выполнить просьбу и смог сдвинуться с места. Весь совет, кроме Роберта, сопровождает глазами.

— Это довольно неожиданно и… — старкоординатор развела руками.

— У нас не только сменится глава, но появилась новая должность — заместитель председателя, — сообщила Вероника, неспешно занимаясь приготовлением. — Им буду я. Это значит, что качественно ничего не изменится, но у меня будет больше времени для отдыха.

— Что-то я сомневаюсь, — всем видом показала скепсис Регина.

— Кто-то ещё хочет кофе?

Роберт попросил двойной, а Сиг предпочёл воду, но остальные, конечно же, только рады получить чашечку из её рук.

— Спасибо за переживания, — нежно коснулась плеча Вероника. — Я постараюсь не перерабатывать.

— А что нам ученикам говорить? — спросила Регина. Мне, конечно, неуютно присутствовать при таком одностороннем обсуждении, но ситуация обязывает.

— Не совсем понимаю вопроса, — обернулась Вероника, а по моей спине пробежал мороз. Во взгляде появилось раздражение, хотя голос по-прежнему идеально спокоен.

— Боги, Вероника, — схватилась Регина за голову, — они же перевозбудятся все из-за этого. Ты, Матус, не обижайся, но вы абсолютно в разных «весовых» категориях. Во-первых, голосование, а во-вторых, у нас в школе полно толковых людей на первую должность. Что прикажешь отвечать на эти вопросы?

Вероника закончила с первой чашкой, добавила молоко и сироп, затем, и я даже дыхание затаил, поднесла ко рту и сделала осторожный глоточек. Видимо, удовлетворившись вкусом, прошествовала ко мне. Я с трепетом принял дар и попробовал взглядом показать, насколько ценю всё это.