Имперский Курьер
Шрифт:
Ставки для него действительно высоки. По сути, на одной чаше весов жизнь его и его семьи, а на другой — жизнь незнакомца.
— Считаю до трех, — раздался голос главаря. — Раз, два…
— Не могу, — понуро произнес паренек.
Я улыбнулся. Повернулся и посмотрел на отступающего к стене паренька. Он смотрел себе под ноги.
— Молодец, — похвалил я парня.
— Сопляк, — разочарованно сплюнул главарь. — Такая же тряпка, как твой папаша.
— Смотри, как это делается. — Парень с битой уверенно двинул в мою сторону.
Замахнулся он от души, а затем нанес незамысловатый удар, обрушив биту сверху вниз прямо на мою голову.
— Ай, — равнодушно произнес я, когда бита жалобно отскочила от моей черепушки. — Больно же.
— Одаренный! — Глаза человека расширились от удивления. — Босс, он физовик.
Главарь уже направил на меня револьвер, но я был быстрее. Сложил ладонь в форме пистолета и сделал движение, будто достаю его из невидимой кобуры.
— Паф, — произнес я, целясь пальцем в главаря.
Жесты были не обязательны, но сильно облегчали движение энергии через каналы. Так что эфирная пуля действительно вылетела из моего пальца. Невидимая, разумеется, обычному глазу, она попала главарю точно в лоб и почти сразу рассеялась.
Да, недолго мои проекции могут удерживать материальную форму. А еще голова главаря не разлетелась на части. Вместо этого он просто брякнулся на спину, да так, что ноги взлетели выше головы. Это не пуля даже, а так, эфирный горох какой-то. Позорище, одним словом.
— Босс! — крикнул второй.
Замахнулся, снова ударил битой, но я легко перехватил ее в полете. Взмахнул ладонью и впечатал голову ублюдка в кирпичную стену. Тело сползло на землю, а в стене осталась заметная вмятина.
Похоже, мое воссозданное тело значительно превосходит возможности местных неодаренных людей, что в целом неудивительно. Потому они приняли меня за местного мага?
— Стой тут, — сказал я пареньку, проходя мимо. Будто он мог куда-то из тупика сбежать. Но я с ним еще не закончил, только сначала надо разобраться с главарем.
Тот стонал и пытался перевернуться на бок. Скорей всего, сотрясение. Я подошел ближе, подобрал револьвер и уселся на ближайший ящик. Главарь медленно подполз к противоположной стене и с трудом смог принять полусидячее положение.
Посмотрел на валяющегося подельника, на пацана, на меня, на револьвер.
— Даже не думай, парень тебе не подчиняется и ничем не поможет, — спокойно произнес я, выбивая барабан. — Четыре патрона из восьми? Серьезно? У тебя даже патронов нет? Хочешь, покажу классный фокус? Мы с тобой сыграем в игру. У вас она называется русская рулетка, но немного с другими правилами.
Я высыпал лишние патроны, оставив один в гнезде. Вернул барабан на место и посмотрел в глаза главаря.
— Моя игра называется «семь к одному». Я стреляю в себя семь раз, ты в себя — один. Но когда ты будешь стрелять в себя — выбираю я. Если выиграешь, получишь это.
Я показал зажатый между пальцами кристалл третьей ступени. Судя по расширившимся глазам, бандит точно знал, что это такое. А по обильному слюноотделению я понял, что черные камешки стоят дорого в его мире.
— Смеешься надо мной, ублюдок? — сплюнул он.
— Да над тобой уже природа вдоволь посмеялась, хватит с тебя. Семь к одному, сделка?
— Это какой-то фокус? Ты будешь знать, где находится патрон?
Протянул ему револьвер. Одним лишь взглядом предупредил, чтобы не дергался.
Засранец сглотнул, проверил пушку так, будто я мог ее подменить.
— Ты семь раз стреляешь себе в башку? Заряжаю я? Барабан кручу я?
Я пожал плечами.
— Мне без разницы. Где будет патрон, не знаю, — ответил честно. — Ну что, по рукам?
— По рукам, идиот.
— Вот и ладушки, крути. Проверяй, чтоб все честно было. Да крути ты, не ссы.
Он крутанул, но я не дал ему остановить барабан, а вырвал пистолет из рук и сразу приставил дуло себе к виску.
— Знаешь, тут, конечно, весело. — Щелчок. — Но на самом деле одна хитрожопая тварь втянула меня в свои дела. — Щелчок. — А мне это не нравится. — Щелчок. — Все по новой. Считай, заново родился, — Щелчок. — А тут такой подарок — два в одном. Тебя грохну — стану сильней, пацану помогу — стану сильней. Заодно по своим делам кое-что выясню. Три в одном, получается даже.
Пятый щелчок. Самодовольная улыбка главаря постепенно сменялась на тревожное выражение, которое вот-вот перейдет в панику. Но на этом я остановился, потому что почувствовал, что умру через три секунды. Ровно с таким интервалом я давил на спуск. Понятно, проверили, фокус удался, как и всегда. Четвертый глаз Амбера — самый странный из всех. Он единственный обладает встроенной способностью чувствовать смерть владельца. У разных Курьеров это работает по-разному. В прошлой жизни я мог ощутить смертельную опасность примерно за сутки, но не знал, в какой конкретно момент и каким образом умру. В этом теле глаз работает как трехсекундный таймер. Ровно это же произошло со мной в капище, я тогда так удивился, что протупил целую секунду.
Полезно, но не очень. Знать о смерти и суметь избежать ее — не одно и то же. Я не могу предсказать смертельное ранение, после которого проживу еще пару минут, не смогу избежать ловушки, в которой буду медленно умирать. Да и в по-настоящему серьезном бою с сильным противником эта способность будет только мешать, потому что там за три секунды можно умереть десяток раз разными способами.
А что касается этого кретина… Пользы мирозданию от него никакой, но и вреда он вряд ли много принесет. Так, мелкий сорняк.
Передал ему револьвер.
— Твоя очередь.
Трясущимися руками он взял оружие. Бледный, испуганный. Он уже все знает… Все понимает…
— Ну же. Сделка есть сделка, — хмыкнул я.
Как и ожидалось, для таких, как он, это ничего не значит. Он попытался выстрелить в меня, но я был к этому готов. Легким движением перехватил его руку, не давая даже нацелиться. Отнял револьвер.
Курок, спуск, выстрел, стена за спиной главаря окрашивается красным, а переулок заволакивает дымом.