Чтение онлайн

– Но барон, – заметил Аассен.

– Сколько есть таких аристократов, которые понимают свой долг? – отрезала императрица. – Прямо сейчас я отдала распоряжения вигилам по делам утаивания продовольствия. И замечу, треть этих аристократов бывшие военные. А сколько еще будет таких, которые мыслят только в сторону себя?

Она замолчала, ее черты обострились.

– По расчетам Единения, – снова заговорила она. – Империя может катастрофически надорваться в конфликте с Тайдерис. Нам придется меняться, Хагер. Хотим мы этого или нет. Или нас ждет новая гражданская война. И возглавит мятежников уже не паркетный легат навроде Сейруса, который не видит дальше своих интрижек, а кто-то типа Тайфола.

Грестос повернулась к окну. Положила ладонь правой руки на стекло.

– Еще Юлиса Эридис писала об этом, – произнесла она, проведя пальцами по холодному стеклу. – Уже тогда этот вопрос не раз вставал перед Алестис. Юлиса стала императрицей, но часть знати оказалась этим сильно недовольна. А во время Вермилии Эридис (несостоявшаяся Четвертая Императрица из Рода Эридис) Алестис едва не скатились до обыкновенного Рода. Мы погрязли в мелкособственнических проблемках. То есть едва не стали очередными Дакветор.

Аассен нахмурился, так как прекрасно знал эту историю.

– И вот теперь… Теперь когда Империя практически получила инструмент для дальнейшего развития, тут же происходит очередной передел ресурсов! – буквально выплюнула эти слова императрица. – Поэтому, Хагер. Этого нельзя больше допустить. Мы не можем снова сжаться, чтобы накопить достаточно сил. Империя не сожмется, а расколется. Та-Релия, например, совершенно точно упрется. Сенгвар, дроу. Все начнет расползаться. Слишком много вбито клиньев. А потом все закончится с логичным результатом.

Грестос покосилась на Аассена. Хагер сидел с хмурым видом, смотря в пол.

– Это было предложено Единением? – спросил мужчина.

– Как один из вариантов, – ответила императрица.

– И какие еще были варианты? – поинтересовался Аассен.

Грестос ответила не сразу. Она снова провела рукой по стеклу, коснулась холодными пальцами лба. Потом повернулась и обошла стол. И встала прямо перед Хагером. Тот поднял взгляд, смотря на императрицу.

– Один из вариантов уже работает, – произнесла Грестос. – Этот прогноз был сделан еще при матушке. Результат…

– Та-Релия, – закончил за Нейран Хагер.

Грестос молча кивнула.

– Почему ты мне сказала только сейчас? – спросил Аассен.

– Потому что стало очевидно, что этот вариант имеет непозволительный для нас долгий срок реализации, – ответила Грестос.

– А этот? – Хагер сделал жест, видимо, имея в виду только что озвученное для него предложение. – Самый короткий?

– Самый короткий предполагал использование силы, – негромко произнесла Грестос. – К сожалению, он реализовался самостоятельно. И теперь у нас нет других вариантов. У Алестис больше нет нужной репутации. Нам нужен образ неоспоримой, но самое главное, нейтральной силы. Справедливый судья. Не имеющий в качестве приоритета интересы отдельного Рода. И это должно стать правилом.

– Ты предлагаешь мне отказаться от Рода, – глухо произнес Аассен. – От семьи. От детей?

– Нет, Хагер, – императрица подошла вплотную.

Ее голос слегка дрогнул.

– Опорой новой Империи должна стать семья, – продолжила женщина. – Но не Род. При этом надо сохранить все те положительные моменты от факта родословной, но убрать возможность пройти легким путем, только за счет фамилии.

Хагер некоторое время очень пристально смотрел на Нейран.

– Это же утопия, – произнес он, наконец.

– Да, – грустно улыбнулась Грестос. – Поэтому она прекрасно подойдет в качестве Идеи. И точки фокуса…

Саманта впервые видела Ари таким. Точнее чувствовала. Внешне Аринэль был совершенно спокоен. Но Анти ощущала, что все далеко не в порядке.

– Ари, – тихо произнесла она, когда они пошли так быстро, что еще чуть-чуть и перейдут на бег и слегка потянула брата за руку.

Аринэль недоуменно посмотрел на нее, потом нахмурился. И сбавил шаг до прогулочного. Но продолжал молчать, смотря вдаль.

– Они выставили условие? – спросила Саманта.

Ари ответил не сразу. На его скулах надулись желваки.

– Нет, – коротко ответил он. – Ничего особо не выставляли. Просто потыкали палкой, проверяя, зарычу или нет.

Некоторое время они шли молча.

– Парадокс, – заговорил Аринэль. – Но меня пытаются направить. Научить.

– Чему? – поддержала разговор Саманта.

– Как я должен вести себя с принцессой, – поморщился Ари. – Точнее, чему должен научить.

– Это нормально, – осторожно заговорила Анти.

– Это было бы нормально, если бы они сами знали, что и как! – раздраженно произнес Аринэль. – Воспитали, мать их, какую-то…

Парень запнулся, подыскивая менее экспрессивное слово.

– Принцесску! – продолжил он. – Центр, конем их в зад, вселенной! Полезла она, понимаешь, ситуацию разруливать! А ты кто такая, а?! Почему ты решила, что можешь пожертвовать своей жизнью? Она тебе принадлежит?!

Ари уже совершенно отчетливо скрипнул зубами. Саманта же вздохнула. Нет, ее радовало, что братик так взросло рассуждает. Но… Как же он похож на отца («Он сильно похож на Брана» (С) мама Саятана). Без раздумий берет и взваливает на себя проблемы, которые до него тащили не один год, а то и десятилетие.

– Ари, ты слишком строг, – умиротворяюще произнесла Анти. – Здесь не Стена. И такое быстрое и жесткое воспитание просто не требуется. Точнее, не требовалось.

Аринэль некоторое время молча смотрел вдаль.

– Может ты и права, – наконец, сказал он. – Прости, я, наверное, просто немного на взводе.

– А ты на тренировках им тоже самое говоришь? – спросила Саманта.

Аринэль вздохнул.

– Да какое там, – ответил он. – Они ж просто обидятся и все.

– Но собираешься сказать? – уточнила Анти.

– Если останутся, – Аринэль нахмурился. – Или оставят.

– И тебя… напрягает именно это? – спокойно спросила Саманта.

Ари вздохнул, покосился на Анти. А та смотрела на него серьезным взглядом, но с ласковой понимающей улыбкой.