Чтение онлайн

— Историк не принадлежал Братству. Он был лишь посвящен в некоторые дела ровно настолько, чтобы дать их борьбе хотя бы видимость объективной оценки. От него требовалось что-то вроде мнения независимого эксперта или журналиста, — ответил Паша. — Видимо, с Бездной он договорился о том же. Его нельзя за это осуждать. Такого подхода требовала его научная методика.

— Ладно, о теологе поговорим позже, — согласился я. — Однако сбрасывать со счетов Евгения не следует.

— У него есть доступ к твоему компьютеру? — спросил Павел, и я не нашел, что ответить.

Все складывалось именно так, как говорил старшина, и представить аргументы в защиту Красавчика с каждой минутой становилось все труднее. Не скажу, что Паша убедил меня окончательно, однако спорить с ним я больше не хотел, по крайней мере до тех пор, пока у нас не появятся новые улики.

— У тебя есть план? — спросил я у Павла.

— Да, — ответил он. — Мы возьмем Красавчика под наблюдение, а ты проследишь за тем, чтобы он не ускользнул, если вдруг заподозрит что-то неладное. Вот, поэтому мне потребовалась твоя аппаратура и оружие… Так что если тебя спросят, зачем ты ездил в аэропорт, отвечай-развеяться.

— Что ответить, я соображу, — угрюмо заверил я Пашу.

— Я понимаю, что дело пренеприятное, однако другого выхода у нас нет, — старшина развел руками и посмотрел на меня с сочувствием.

— Ладно, — я вздохнул и, чтобы скрыть эмоции, поднялся. — Идем, выдам тебе снаряжение.

Мы покинули ресторанчик и, вернувшись на стоянку, открыли багажник планера.

— Эрик! Где тебя носит?! — возмущенно крикнул Красавчик, когда я появился на пороге нашего с ним кабинета в агентстве. — Бросил все дела, уехал в неизвестном направлении! Это что еще за выходки?

— Угомонись, — спокойно попросил я. — Что я пропустил?

— Полжизни! — убежденно ответил напарник. — К нам приходил такой загадочный клиент, что я даже забыл про обед!

— Тогда дело действительно интересное, — я усмехнулся. — Ну, рассказывай, что заставило тебя совершить такой подвиг?

— Я тебе озвучу только один факт, а все остальное ты наверняка расскажешь мне сам, — предложил Красавчик. — Он прямо от порога заявил, что знает о нас все и выведет на чистую воду, если мы не прекратим лезть не в свое дело. А когда я попросил его остыть и выразиться более конкретно, он побагровел и практически зарычал. Потом бросил на стол конверт и с гордым видом удалился.

— Где конверт? — спросил я, осматривая лежащие на столе бумаги.

— Прямо перед тобой, — подсказал Красавчик и подвинул ко мне белый, с прозрачным окошечком конверт и несколько голубоватых листков плотной мелованной бумаги.

Текст был напечатан на хорошем принтере и начинался с выделенного курсивом обращения. Я откашлялся и негромко прочел начало вслух:

— «Господа сыщики! Ваше чрезмерное любопытство вынудило нас пойти на этот беспрецедентный шаг! Мы требуем от вас прекратить какие бы то ни было следственные действия в отношении инцидентов, связанных со взаимопроникновением двух сопредельных пространственных континуумов, известных людям, как Бездна и Земля…»

— Как официально, — заметил я. — И, судя по утверждению о взаимном проникновении, вполне в духе одержимых.

— Ты дальше читай, — посоветовал Красавчик.

— «Ваше вмешательство повлекло за собой неконтролируемое сторонами возмущение субстанции Океана Боли над Бездной и хаотичный рост Реальных Храмов на Земле. Это, в свою очередь, привело к развитию нестабильности как в пространстве Земли, так и в информационных блоках Бездны. Мир людей сделал очередной шаг навстречу глобальной катастрофе, которую могут спровоцировать незафиксированные наблюдателями случаи образования обширных участков Реальных Храмов. Не менее отрицательные последствия имеют возникшие погрешности в согласовании информационных потоков Бездны. Для лучшего осмысления можно назвать их «ошибками» или «сбоями» в памяти. Сотни тысяч агентов сопредельного мира, обращаясь к своему привычно безошибочному источнику информации и получая от него неверные сведения, совершают нелогичные поступки. Это очень часто приводит к непоправимым последствиям. Наряду с катастрофическим воздействием Храмов на сознание упомянутых агентов, такие сбои образуют череду событий совершенно деструктивного характера. Остановить развитие глобальной катастрофы способен лишь возврат к прежнему балансу, при котором площадь Реальных Храмов и количество сил вооруженного противодействия агентам Бездны были пропорциональны присутствию последних на Земле. Исключить подобные процессы из практики вы не в силах, а потому не имеете никакого права в них вмешиваться, ни с точки зрения логики, ни с точки зрения этики здравомыслящих обитателей одного из миров.

В случае, если наше послание вас не убедит и вы продолжите свои губительные попытки вмешаться в процесс сотрудничества миров, обе стороны будут вынуждены принять определенные меры. Такая договоренность достигнута и подлежит исполнению соответствующими органами, в случае вашего отказа, немедленно.

Желаем вам трезвости мысли и рационального подхода».

— Забыли написать «Целуем» и поставить подпись, — сказал Красавчик, когда я закончил чтение.

— Бездна нас страшно боится, — размышляя вслух, заметил я и внимательно посмотрел на партнера. — Почему?

— Кто его знает? — Красавчик пожал плечами.

— Наверное, потому, что не может с нами справиться?

— Что мешает одержимым купить на черном рынке гранатомет и разнести нас на куски вместе с конторой или машиной? — спросил я, продолжая внимательно следить за выражением лица напарника.

— Что ты меня рассматриваешь? — удивленно поинтересовался Красавчик. — Думаешь, я решил выпросить у тебя отпуск таким замысловатым способом?

— Нет, — ответил я и перевел взгляд на второй листок. — А здесь что?

— Десерт, — пояснил Красавчик. — Как я понял, это даты и географические координаты неизбежных, с точки зрения авторов письма, несчастий, которые уже произошли и еще произойдут в результате нашего вмешательства. Я там выделил десяток наиболее интересных…

— Землетрясения? — спросил я, изучая помеченные красным карандашом цифры.

— В том числе, — согласился напарник. — А также пара упавших самолетов, взорвавшийся школьный автобус, рухнувший под сотней автомашин мост, очередная авария на атомной станции, столкновение залитого под крышку нефтяного танкера с круизным лайнером, ну и пара мелочей вроде локальных военных конфликтов…

— Хороши мелочи, — осуждающе сказал я.

— Они мне близки и понятны, а потому и кажутся не такими тревожными. Что делать, например, для спасения детей из горящего автобуса, я не в курсе, а воевать — это мой конек…

— Знаю, — согласился я. — Автобус — это за океаном, где-то в Оклахоме, судя по координатам. Можно, конечно, позвонить Чарли, но он вряд ли сможет убедить свое начальство, что пара диких русских сыщиков обладает даром предвидения… А вот мост рядом, мы можем успеть…

— Постой, — вмешался в мои рассуждения Красавчик. — Мы принимаем ультиматум или нет?

— Твои предложения? — спросил вместо ответа я.

— Мои? — Красавчик недобро ухмыльнулся.

— Я бы предложил надрать мягкие места этим «обеим договорившимся сторонам»… Но ты же все равно не согласишься?

— Отчего же? — возразил я. — Вот только продумаю детали…

— Да! — выдохнул Красавчик, поднимая вверх и затем резко опуская согнутую руку, словно разбивал что-то локтем.

— Не прошло и пары лет, как мы нашли общий язык!

— Русский, — согласился я.

— Послушай, Эрик, — уже по-деловому спросил Красавчик, — ты же не собираешься ехать на какое-нибудь место будущего происшествия?