Чтение онлайн

– Ничего не поделаешь. Мы обязаны поступить так. Чертов Совет.

– Но ты бы мог полететь со мной.

– Программа принята очень давно. Я же не знал, что встречу тебя.

– Я смотрела события. Там есть ты. Как ты мог возникнуть в моем будущем, если ты улетаешь на другую планету?

– Возможно, позже, ты создашь двойника.

– А-а, точно! Я об этом не подумала. Хотя…

Дин ушла. Она была потрясена тем, как складывается наша жизнь.

Только взошло солнце, мы снова были на крыше. Мы смотрели на эту странную планету и обнимали друг друга за плечи.

– Ты вспоминай меня!

– И ты. Я всегда буду любить тебя. Ты подарила мне божественное время.

– Ты там будешь совсем один?

– Да.

– Но почему?

– Так написана программа. Там есть много дериваций, но я их еще не смотрел.

– Поцелуй меня.

Я привлек Дин, и мы долго касались друг друга губами. У дверей стартового блока мы остановились.

– Прощай, как тело, – наигранно весело сказала Дин.

– Прощай, как тело, – грустно ответил я.

Она отошла на два метра. Потом снова прижалась ко мне. Потом отошла уже метров на десять. Она удалялась. Когда она повернулась спиной и пошла быстрее, я закрыл глаза, запоминая звук. Звук важнее, чем изображение.

***

– Как ты?

– До старта – совсем ничего. Немного грустно.

– Желаю спокойного путешествия. Связь будет еще несколько месяцев. Поэтому – все хорошо.

– Да, все хорошо.

– Я хотела предложить… Когда начнутся сбои со связью… Вот было бы здорово подольше поговорить, правда?

– Надеюсь, так и будет.

– До связи!

– До связи!

Стартовый блок давал некоторую излишнюю вибрацию, но в целом все прошло хорошо. Я отказывался верить в то, что больше не увижу Дин.

Через неделю полета, открыл возможные развития будущего и не нашел там её.

«Да, мы будем слишком далеко друг от друга для возможности еще раз встретиться», – подумал я.

Глава третья. Рукав «М»

Я изучал историю своего проекта уже в который раз. Контейнер с жизнеобразующими капсулами был отправлен на 6529 около тридцати лет назад, когда я только появился на свет, но что-то там было не так, и теперь я уходил в неизвестность.

Все шло вроде бы хорошо. Даже метеорит, который беспардонно снёс блок с одним из планетоходов, не испортил настроение. Я наблюдал, как улетает в вечность целый гараж с жизненно важным агрегатом, совершенно равнодушно. Для этого было две причины. На корабле оставалось еще два основных планетохода. И я слишком уж заскучал по Дин. Я ничего не хотел без нее. Это была не истерика и не боль влюбленного, который вдали от предмета. Гуманное великое искреннее желание быть вместе.

«Жаль, что мы больше не увидимся», – слышал я голос Дин. – «Я не смогу без тебя».

«Она видела меня в будущем. Дин не станет довольствоваться двойником. Что-то не так. У нас не вся инфо о нас. Странно и очень жаль.»

***

– Привет!

– О, привет! Ты сейчас где?

– Прохожу рукав М. Здесь светло.

– Пришли изображения.

– Обязательно.

– Целую тебя. Обнимаю. Как там твой гараж?

– В порядке. Знаешь, здесь так красиво, и это мешает заниматься делом! Я только здесь по-настоящему ощутил, как быстро идет время на Земле.

***

Универсальное демо массивных зрелищ перенасыщало мой мозг. Вселенская красота разила меня и отвлекала от решения оперативных вопросов. Я то моментально засыпал, уставившись в какой-то очередной театр происходящего, то часами, почти не мигая, смотрел на какое-нибудь действо, разворачивающееся в одной из попутных солнечных систем. Все события фиксировались на камеры корабля, и я отправлял Дин смонтированные сюжеты. Зрелища были очень активные, красочные, бескомпромиссные. Правда, логичность, необыкновенная божественная красота и открытость процессов завораживала. Тренировочные полеты в соседние системы были жалкой пародией по сравнению с тем, что происходило здесь и теперь.

– Лир, как ты там, дружище?

– Мек! Привет! Я в порядке! Как твои запросы по Paradoxes? Удалось связаться с Мугом?

– Да. Он в порядке, тебе привет от него. Он ждет тебя.

– Отлично! Спасибо!

– Как состояние?

– Трудно описать. Все очень сложно.

– Не сомневаюсь в этом. До связи!

– Пока!

Я вспомнил лекцию Мека, который под насмешками молодых пилотов стойко рассказывал о сложных эмоциональных состояниях в далеком космосе, которые приводят с суицидам, агрессии и сатанизму. Сейчас эти знания пригодились мне, хоть я отнюдь не был новичком.

Приступы космического безразличия регулярно посещали меня. Когда-то разработанные программы с правилами долгого полета уже давно никем не выполнялись, и, в сущности, все зависело от настроя, физической подготовки и силы духа астронавта.

Я находил много занятий, каждое из которых было полезным, интересным и жизненно необходимым. Но нюансы, возникшие сначала с появлением в моей жизни Дин, а позже – с осознанием невозможности продолжения нашей общей линии, напугали и разочаровали меня.

Ко всем, возникшим в полете состояниям, добавлялось универсальное отвлеченное сознание экспериментальной удаленности, приближающейся точки невозврата, общечеловеческая тоска по себе подобным, физиологическая потребность в касании и любви.

Столпы Центра неустанно произносили рекомендации и хвалили меня. Но были и замечания. Заключительный шепоток Мека запомнился больше всех. Он сказал: «Дружище! У тебя очень сложный фон. Включи анализатор. Послушай свою подкорку. И обязательно сделай это до точки невозврата.»

Я лег в лоно, похожее на ванну с крышкой. Оно напоминало керамический гроб. Закрыв глаза, я почувствовал во рту привкус земляничного сиропа. Именно так пахла полянка, на которой мы однажды лежали с Дин. Дин была обнажена. Я увидел листочки травы. Близко-близко. Потом ослепило солнце. Потом смех, вода. Потом прыжок. Очень высокий. И полет. Недолгий. И снова листик, и снова солнце. И так – несколько раз. Потом поцелуи и нега косновений.

«Разве это такой уж сложный фон?» – думал я, выйдя из лона.

В гостиной я долго трогал пальцами портрет Дин. Губы. Глаза. Юная грудь. Боже, какая пытка!

Я прошел в кабинет адаптации к цикличности новой планеты. На 6529 год был длиннее земного по меньшей мере вдвое. Преобладающим временем года было лето. Суша и океан делили поверхность поровну. Такие скудные сведения о новом космическом доме все же позволяли хоть как-то подготовиться к новоселью.

***

– Я не смогу без тебя. Я погибну, – в очередном разговоре с горечью сказала Дин.