Чтение онлайн

– Да. Это называется сказать про себя. Бывает так, что мы говорим вслух одно, а про себя другое.

– А почему?

– Так бывает, Ина.

– Я не хочу так.

– Почему?

– Потому что я тогда все путаю. Почему мама сказала, что плакали, а подумала, что не плакали? Я не понимаю. Плакали или не плакали?

– Это про что?
– Спросил Марек.

– Про то как умерла моя другая мама.

– Ты ей сказала, Кори?!

– А что мне было говорить? Врать что ли?

– Врать плохо.
– Сказала Ина.

– Откуда ты это знаешь?
– Спросила Кори.

– Это плохо, потому что плохо. Не может быть так, что бы плакали и не плакали. Это не правда!

– Ты хочешь знать правду?
– Спросила Кори.

– Да.

– Твою маму никто не любил, поэтому никто не плакал, когда она умерла.

– Я ее любила!
– Заплакала Ина.
– Моя мама умерла, а никто не плакал!

– Тогда ты сама плакала, Ина.
– Сказал Марек.

– Когда?

– Когда умерла твоя мама. Ты этого не помнишь, потому что была совсем маленькой. И ты плакала. А сейчас не надо плакать.

Ина действительно восприняла все довольно легко. Вскоре она уже забыла об этом и все стало на свои места. Если кто-то говорил и думал по разному она уже не обижалась, а просто говорила про вранье.

– Ну и шустрая же ты.
– Сказал Марек, когда она вот так же подловила его на мелком вранье.
– Ничего от тебя не скроешь.

– А почему я слышу вранье, а ты не слышишь?
– Спросила она.

– Потому что ты такая уродилась, что слышишь вранье.
– Ответил Марек.

– Уродилась уродиной?

– Нет. Ты не уродина. Ты красивая. Только не все это видят.

– А почему?

– Потому что люди видят красоту по разному. Одному нравится одно, другому другое.

Марек сидел с бумагой и ручкой.

– А что ты делаешь?
– Спросила Ина.

– Я пишу.

– Что значит, пишу.

– Пишу слова на бумаге. Ты слышишь слова, которые люди говорят про себя, а я вижу слова, которые люди могут оставлять на бумаге.

– Как это?
– Удивилась Ина.

– Вот так.
– Ответил Марек.
– Смотри.
– Он написал крупными буквами имя Ины.
– Это слово «Ина».

– Это, значит, я? Да?!

– Да.

– Значит, я тоже могу видеть слова на бумаге?

– Можешь. Тебе надо учиться.

– Я хочу!
– Воскликнула она.

Марек стал ей объяснять как пишутся буквы и слова, как из слов составлять буквы и как их читать.

Он учил ее несколько дней и на четвертый день понял, что она научилась читать.

– Просто удивительно.
– Сказал он.
– Два с половиной года и она умеет читать.

– Может, она в десять уже будет взрослой.
– Сказала Кори.

– Нет. Она будет взрослой в двадцать два. Она ратион.

– Что такое ратион?
– Спросила Ина.

– Это ты.

– Я Ина.

– Ты Ина и ты ратион.

– Почему?

– Так называется твой вид.

– А твой вид как называется?

– Мой - человек.

– Почему?
– Удивилась Ина.
– Человек называется человек?

– Да. Потому все и говорят, что он человек, она человек. Это такой вид. А у собаки другой вид.

– Какой?

– Собака.

– А кошка это кошка?

– Да.
– Ответил Марек.

– Теперь я поняла.

Вновь шли дни. Ина играла с Лапиком, а затем пришла к Мареку.

– А Лапик не хочет учиться.
– сказала она.

– Лапик еще маленький.
– ответил Марек.

– Почему?
– Удивилась Ина.
– Он больше меня.

– Он больше тебя, но он еще маленький для человека.

– Значит, я уже не маленькая для ратиона?

– Нет, ты еще маленькая.

– Почему? Я же умею читать.

– Что бы стать большой тебе надо еще долго расти. Тебе будет двадцать два года, когда ты станешь большой.

– А это сколько?

– Вот столько, еще столько и еще два.
– Ответил Марек, показывая пальцами сколько.

– А почему у меня когтей не столько, сколько у тебя пальцев?

– Потому что у тебя такой вид.

– Ратион?

– Да. У всех ратионов столько же когтей, сколько у тебя.

– А что ты пишешь?
– Спросила Ина.

– Я пишу про тебя.

– А почему?

– Потому что люди хотят про тебя знать.

– А они не знают?

– Знают, но не все. Я пишу, и они это узнают, когда прочитают.

– А почему ты им не скажешь сам?

– Я не могу говорить все всем. Людей очень много. Если я буду им все говорить, меня все время не будет дома. А так я написал и отдал бумагу. Все кто хочет, может прочитать.

– А я тоже могу прочитать?

– Ты же все знаешь про себя.

– И вправду.
– Проговорила Ина.
– Пойду, Лапику скажу, что ты пишешь.

Она ушла, а Марек продолжал писать.

Подходил к концу третий год. Видимо от постоянной болтовни Ины Лапик стал не плохо говорить. Сама Ина стала больше похожей на семилетнюю по меркам людей. Она уже хорошо читала и не редко сидела с книжками вместе с Лапиком и читала ему сказки.

– Я думаю, сейчас нет никаких оснований для беспокойства на счет нашей Ины.
– Сказал Марек, выступая на комиссии.
– Она не проявляет агрессивности. Ее инстинкты охотника проявляются только в лесу, когда она встречается с каким нибудь зверем. Она легко управляется с ними. Ей было достаточно одного раза сказать, что нельзя нападать на кошек и собак. Она легко прошла через понятие, что она не человек, а ратион. Практически без проблем она узнала о смерти своей настоящей матери. В ее три года она имеет интеллектуальное развитие примерно равное семилетнему человеку. Я считаю, что все идет как нельзя лучше. Если же еще вспомнить прошлогоднюю детскую эпидемию и то как с ней справились с помощью слюны ратиона, то она вполне заслужила свое место среди людей.

– Но ведь еще не все пройдено.
– Сказал Председатель.
– Ей только три, а что будет, когда ей будет тринадцать? И что будет, когда она станет взрослой и поймет все до самого конца? Вы должны подумать как ей объявить о том кто она в действительности.

– Я думаю, что сумею это сделать.

– Вам следует поторопиться. Она уже умеет читать и может легко прочитать в книгах что-то, что может перевернуть ее сознание.

– Я это предвидел и все книги с подобной информацией надежно закрыты. А у нее есть достаточно книг, которые предназначены для детей. Сейчас я думаю еще об одном деле. Она должна узнать что такое город. Увидеть его. Увидеть многих людей.