Чтение онлайн

– Анета, дорогая, вы абсолютно здоровы.

Доктор Новотны положил на стол снимки УЗИ и рентгена. Вывел на экран рабочего компьютера результаты анализов и повернул так, чтобы Кинских могла видеть.

Энн сплела пальцы в замок. Она помнила, как долго рассматривала себя в зеркале после посещения Тройского особняка. И как еще ранее вытягивала деревянный кол из своего тела.

– Сердце тоже в порядке? – беспокойным голосом уточнила она.

Доктор Новотны нахмурился и снял толстые очки в массивной оправе. Энн знала его с детства, но не решилась бы спросить напрямую, нет ли у нее внутри отметин от кола и не отмерло ли что-то после смерти и воскрешения.

– В полном. Вы молоды и здоровы.

– Скажите, а я могу попросить еще направление на МРТ мозга? Раз мы проверяем все тело?

Пожилой мужчина поднял брови и снова нацепил очки.

– Вас беспокоят головные боли, мигрень, светочувствительность, перепады давления? – перечислял он.

– Вы знаете, да. Мигрень в последнее время бывает регулярно, – соврала Энн. – Я… я давно откладывала превентивный осмотр, но несколько дней неважно себя чувствовала и решилась прийти.

А в мыслях она строила предположения: у нее точно должен был отмереть мозг или его часть; а может, у нее опухоль, и все, произошедшее после кражи короны, – плод воспаленного разума?

– Направление я вам выпишу. Хотя вы никогда ей не страдали. Мигрень может быть вызвана стрессом, усталостью или женским циклом.

Город очистило дождем, и солнце робко выглядывало из все еще грозных туч. Редкие лучи падали на крыши домов, зажигая их особенным охристым цветом, играли бликами на шпилях, подсвечивая их смертоносную остроту.

Энн улыбнулась. Она представляла Прагу старинным проигрывателем с любимыми пластинками. Каждый камень только и ждал, чтобы рассказать свою историю, были бы уши и глаза, влюбленные в их красоту. Она вспомнила гордый взгляд Карла на мост и резиденцию. Так смотрят на результат собственных долгих и кропотливых трудов. Что он чувствовал в тот момент? Ее одолевали любопытство и вопрос: кем он был на самом деле? Энн все так же мысленно отмахивалась от фактов, не понимая, как их принять. После сна, в котором она бегала волчицей, Энн не покидало ощущение, что она влипла во что-то нехорошее и точно в скором времени увидит упыря, на могилу которого рухнула.

Карлов Университет привычно встретил Энн разноголосым шумом вечно спешащих студентов. Высокие потолки огромного холла гулко прокатывали эхо далеко вперед, словно давая голосам опережать людей. То тут, то там мелькали учащиеся в футболках и толстовках с логотипом UK [29] и гербом заведения.

Она прошла из главного здания на территорию исторического факультета.

– Пани Кинских! – окликнули сзади.

Энн мысленно чертыхнулась, но изогнула губы в вежливую улыбку, оборачиваясь.

– Пани Кинских! – строго позвал ее мужчина с волосами, будто припорошенными пеплом. Он тяжело дышал и, очевидно, гнался за ней уже какое-то время.

– Вы пропустили подготовительный онлайн-урок с учениками из Оксфорда!

– Что вы, профессор Повзбудны, как можно! Я перенесла лекцию на сегодня и как раз спешу в аудиторию.

Мужчина недоверчиво хмыкнул и разблокировал планшет, который держал в пухлых пальцах. Что-то просмотрев, он поднял на нее тяжелый взгляд.

– Да, все верно. Кажется, я забыл об изменении в расписании.

«Конечно, вы забыли. Вы же подписываете уйму документов не глядя», – подумала Энн, все так же пытаясь сохранять милую улыбку на лице.

– Ничего. Если позволите, я пойду на лекцию?

– Конечно. – Голос профессора стал ниже и милостивее. – И, пани Кинских, вы помните о завтрашней открытой лекции? Готовы выступить? К нам приедет большое количество потенциальных студентов, поэтому ваша легенда должна влюбить их в предмет.

Энн с грустью подумала, что на легенду знаменитого рода Кинских клюют все падкие на фэнтези подростки.

– Да. Я понимаю, как это важно.

Они распрощались, и Энн выдохнула с облегчением. Профессор, строгий старик, дорабатывал на посту последний год и, казалось, решил достать весь факультет постоянным контролем и чрезмерной опекой.

Лекция удалась, и полтора часа пролетели незаметно. Когда Анета отключала рабочий компьютер от учебной сети, студенты еще возбужденно переговаривались между собой, делясь впечатлениями. Кинских торопливо собралась и покинула здание факультета истории.

По дороге к парковке она долго взвешивала все «за» и «против» поездки за ответами. Энн собиралась навестить дядю – графа Франтишка Кинских [30] . Они мало общались: все же ветви, на которые разделился их род, не пылали друг к другу особой любовью. Однако Энн знала, что дядя очень гордился своим происхождением и буквально по крупицам собирал раннюю историю их рода. Не так давно он даже основал телепрограмму «Голубая кровь», посвященную знатным чешским родам.

Путь в несколько часов по забитой трассе до замка Костелец над Орлици [31] прошел в раздумьях о вампирах, странной организации в Трое и в большей степени о мертвеце, который утверждал, что он Карл IV.

«Если предположить, что Карл – это Карл Люксембургский, то почему он так странно себя вел? Хотя… А как должен был вести себя только восставший из могилы король? Сойти с ума от всего современного? Орать? Кто тогда я? На мне зажила смертельная рана. Так не бывает!»

Энн крепче стиснула руль и повернула на дорогу к замку. От роя мыслей можно было свихнуться. Если кто и знал что-то об особенностях рода, так это троюродный дядя из костелецкой ветви.

Энн припарковалась и вышла из машины. Замок важно расположился среди парка. Двухэтажный, частично утопленный под землю и закрытый низкими двускатными крышами. На элегантном фасаде справа выступала часть с колоннами, симметричная своей сестре на противоположной стороне. Из-за высоты местности восточную часть отстроили как огромную террасу. Оттуда по обе стороны спускалась винтовая лестница. Над парадным входом в массивном щите красовался фамильный герб с тремя серебряными волчьими клыками. Энн нравился Костелец над Орлицы как по стилю, так и по характеру. Гордый и восставший из руин, отстроенный практически заново в стиле бидермайер и ампир.

Дядя вышел навстречу, и Энн поразилась тому, что он нисколько не изменился за те пять лет, что они не виделись. Твердая поступь, прямая осанка, подтянутая фигура. Лишь волосами полностью завладела седина, и светлая борода украшала лицо. Граф Франтишек Кинских широко улыбнулся ей и развел руки. А Энн, как когда-то в детстве, легко влетела в теплые дядины объятия.

– Энн, так рад, что ты решила навестить меня, – проговорил он ей в волосы. – Жаль, что не предупредила заранее, я бы организовал нам шикарный ужин.