Чтение онлайн

— Тебе бутерброд с сыром? — сощурилась я, после чего, добродушно улыбаясь, со смешком сказала: — Так и быть, закажу тебе два бутерброда. Даже три. Для хорошего человека ничего не жалко.

— Злая ты и вредная, — состроил обиженную рожицу Карим. — Все, я в печали.

— Значит, все-таки оди-и-н бутерброд, — коварно протянула я, глядя на приближающегося парня, старательно сдерживающего хитрющую улыбку.

— Я же с голоду умру, — жалобно заскулил этот обаятельный хулиган и, пока я размышляла, что он задумал, нагло обнял меня за талию и развернул спиной к панели пищеблока.

— Несносное создание, нахальное и своевольное, — запыхтела я, изображая бурю негодования, но это нисколько не помешало Кариму за моей спиной оформить заказ.

Ага. А потом звонко чмокнуть меня в щеку, подхватить на руки и закружить по комнате, довольно ухмыляясь.

— Да, я такой, — даже не пыталась оправдываться наглая рожица. — Местами даже хуже, а временами так вообще превращаюсь в нечто упрямое, прилипчивое и неотвязчивое. Только никому не говори.

И он снова чмокнул меня в щеку, после чего отнес в столовую зону и бережно усадил на стул, подленько хихикая. Я же в предвкушении легкого ужина блаженно принюхивалась, украдкой глотала слюнки и, по мере вытаскивания Каримом из передаточного устройства пищеблока контейнеров с едой, все больше округляла глаза. Двойная порция мясного суфле, запеченные овощи с сырной корочкой, свежий салат из огурцов, тройная порция сырников со сметаной и две чашки моего любимого какао.

— Кажется, я попала, — прошептала я, глядя на обилие соблазнительно аппетитных и нереально ароматных блюд на столе, мысленно запихивая все это в свою стройную, но изрядно изголодавшуюся фигуру.

Карим, конечно, та еще прелесть, но я его определенно обожаю!

— Его имя — Виктор Хант. Вдруг поможет.

Виктор Хант. Я догадывался, интуитивно чувствовал, так что сообщение Виктории лишь развеяло последние сомнения. Интересный экземпляр, знать бы, что у него на уме. Не предпринимает никаких действий, просто наблюдает, собирает информацию. Для чего?

Будет мстить за неудавшееся нападение? Вряд ли это входит в его планы: равнодушные не склонны так тщательно изучать тонкости жизни своей будущей жертвы. Да и мстить надо бы тогда уж мне, а не Виталине. Понятно, что Хант теперь не равнодушный, но что это меняет? А то, что, став хейтом, он мог получить приятный бонус в виде высокоразвитого логического мышления. Этого исключать нельзя, значит, версию не отметаем.

Помогает девушке в плаще? Возможно, хотя его поведение и не совсем соответствует такому сценарию. С другой стороны, статус изменился недавно, так что парень может вести себя не как обычно. Я ведь не сразу привык к новой жизни. Пожалуй, эту версию тоже стоит отработать.

Что еще? Заподозрил Виталину в причастности к смене своего статуса? Вряд ли, здравомыслящему человеку в это сложно поверить. Но что мне известно о его здравомыслии? Ничего, так что и этот вариант оставляем. По крайней мере, пока.

Следит по просьбе НИЛЗ? Как вариант. Кудрявцев мог натолкнуть на мысль, что коль уж парнишке удалось стать хейтом, то получится стать и ЭЛ, а он, как сотрудник НИЛЗ, поспособствует ему в этом в обмен на информацию о Виталине, например. Преследуя свои интересы, Кудрявцев очень даже способен на нечто подобное. Да он на все способен. Этот профессор далеко не светлая лошадка.

— Девчонка не промах, — присвистнул Дамир, заглянув через плечо и прочитав сообщение в моем чаттере. — Ты его знаешь?

— Видел однажды, — сказал я, откинувшись на спинку дивана и прикрыв глаза. — Похоже, придется встретиться еще раз. А возможно, и не раз.

— Думаешь, он причастен к нападениям? — Дамир плюхнулся рядом со мной, явно рассчитывая получить как можно больше информации.

— Пока не знаю, — хмуро отозвался я, понимая, что всю правду сказать Дамиру не смогу: не хочу подвергать опасности лучшего друга. — Но почти уверен, что его интересует именно Виталина.

— Хейта? — Дамир толкнул меня локтем в бок. — Ты чего-то не договариваешь, дружище.

— Ты прав, не договариваю, — я повернул голову и посмотрел товарищу в глаза. — Это не моя тайна, и я не вправе ее раскрывать. Думаю, скоро ты все узнаешь. Очень скоро. А пока мне нужно подумать, что делать с этим хейтом.

— Боишься спугнуть? — поинтересовался Дамир, не отводя взгляда. — Тимур, я в чужие секреты не лезу, ты же знаешь, но, если нужна помощь, я всегда готов.

— Спасибо, — хлопнул Дамира по плечу. — Я знаю.

— Можем поприглядывать за ним издалека, — сорвал с языка мою мысль Дамир. — Карима, кстати, предупреди, чтобы смотрел в оба. Хейты — народ импульсивный.

— Само собой. У нас сегодня патрулирование, отправим Ильдара в Академию Искусств. Завтра могу я пойти, а вы со Святом распределите пятницу и субботу. Если ничего не нароем, придется вызвать парнишку на откровенный разговор.

— Идет, — Дамир кивнул, а потом до безобразия ехидным голосом поинтересовался: — Ты уже придумал, каким образом будешь благодарить красавицу-шпионку?

— Нет, — честно признался я и сразу же спросил: — А оно мне надо?

Дамир в ответ громко расхохотался.

— С удовольствием посмотрю, как ты будешь отбиваться, — товарищ согнулся пополам от безудержного хохота. — Что-то мне подсказывает, что эта крошка окажется весьма изобретательной, когда будет требовать заслуженную награду.

— Мы еще посмотрим, кто кого, — иронично усмехнулся я, поднимаясь с дивана. — Пошли уже, тренажерный зал заждался.

В Академии третий день подряд творится овоид пойми что. А все из-за того, что три равнодушные за три дня стали ЭЛ, по одной за день. Ни за что бы не поверил, если бы это не случалось каждый раз прямо на моих глазах. Обалдеть! И самое интересное, что ничего подобного не происходит нигде во всем Ширане, только в главном корпусе Академии Искусств!

Отец сам не свой, а сотрудники НИЛЗ скоро ночевать будут прямо в коридорах и лекционных залах. Датчиков каких-то понатыкали, видеокамер и прочей ерунды. Только что толку? На все кабинеты все равно не хватило, а спонтанное проявление эмоций в девчонках происходило в разных местах: в понедельник — в столовой, во вторник — в спортивном зале на занятии йогой, а сегодня — в аудитории третьего этажа на лекции по этикету.

Вспомнив лицо своей любимой преподавательницы, несравненной Розалии Керро, я расплылся в широченной улыбке. У нее глаза на лоб полезли, когда одна из студенток вскрикнула и закрыла лицо руками после того, как насаждательница хороших манер произнесла очень умную фразу:

— Притворяйся вежливым — и привыкнешь.

А потом чуть в обморок не грохнулась, когда обратилась к этой самой студентке с невинным вопросом: «Вы со мной согласны, Джулия?», а девушка вместо ответа расплакалась, глядя на Розалию синими, как безоблачное летнее небо, глазами. Все бы ничего, но Джулия до этого момента была равнодушной!