Чтение онлайн

– На одном уровне трезвости, – добавил я.

– Вам адвокатам лучше знать, – она сокрушает меня. – Вы можете звать меня Вася, тем более что нам предстоит некоторое время общаться, – после, схватив за хвост, повисшую в кабинете тишину, она добавила: – Просто, так будет удобнее.

– Ну, если так, то я предлагаю перейти на «ты», это тоже одно из условий нашей дальнейшей работы, – после моя наглость, которая, как мне казалось, вполне уместна, была перебита наглостью, превосходившей мою в геометрической прогрессии.

– А Вы не сильно торопите события, Стас? И вообще, почему каждое Ваше предложение начинается со слова «Ну», Вы не уверенный в себе человек? – я, ничего не соображая, начал снова нукать… – Шучу. Расслабься. Давай, конечно, перейдем на «ты», так будет проще, но все же твое «Ну» надо как-то вытащить из тебя, тем более статус адвоката подразумевает четкость во всех отношениях, не правда ли? – этот вступительный диалог был слишком хорош с ее стороны. Этого не может быть. Я влюблялся в нее все сильнее и сильнее, переставая замечать что-либо вокруг. И не дав мне ответить, на свой якобы риторический вопрос, она продолжила. – Ты знаешь, ты поднял мне настроение. Благодарю. Но все же давай я расскажу причину моего прихода сюда, – и, делая попытку настроить себя на рабочую волну, я постарался уверенно согласиться. Изобразив при этом серьезную гримасу на своем лице, сопроводив все это ужасно бестолковым предложением.

– Да, конечно, давайте же, наконец, приступим, – она снова улыбнулась и начала раскладывать бумаги на моем столе, как игральные карты, пытаясь максимально доходчиво объяснить мне что к чему.

– Стас, не так давно, близкие друзья моих родителей передали мне письмо. Оно было от родителей, которые жили в Англии. Они погибли. Попали в автокатастрофу, – наверное, я должен был огорчиться или расстроиться, но я так пристально наблюдал за ней, и так был ей увлечен, что эта информация никак, ровным счетом, на меня не подействовала.

– Сочувствую, – я должен был что-то ей ответить. Она продолжила говорить. В ее голосе вдруг начали проскальзывать минорные ноты. Ей было тяжело делиться этим со мной. Но она держалась.

– В этом письме, указано, что если с ними что-то случится, наследницей их имущества буду я.

– Если можно, поточнее. У тебя есть завещание? – перебил ее я.

– Да, вот взгляни, – передавая бумаги, я поймал ее взгляд. Он говорил мне, что теперь она мне доверяет. А затем я услышал фразу, которая не представлялась мне возможной в нашем вступительном диалоге. – У меня такое ощущение, что я знаю тебя тысячу лет, – и все. Больше ничего. Не единого лишнего слова. Только это. Будто бы эту фразу она готовила и держала в себе долгое время и наконец подвернулась возможность ее сказать. Я не понимал, как реагировать на нее. Ведь она шарахнула по мне этим сочетанием слов так, что не бабочки в животе, а искры в голове стали первой реакцией после весьма увесистого комплимента с ее стороны. Но неожиданно для себя я собрался и ответил.

– Возможно, – что значит, возможно? Я редкостный тупица. И чтобы не заострять на этом провале ее внимание, я предложил ей вернуться к делу. Она согласилась. Но было видно, что делает она это с большим трудом. Ей не хотелось во всем этом копаться. И чтобы реабилитировать себя, я предложил ей, после того как закончим, сходить в кафе и немного отвлечься. Во мне проснулось невероятное спокойствие и былое управление ситуацией. Думаю, это временное явление. Потому что я совершенно не мог предсказать, что она может предпринять в следующую секунду.

– С удовольствием, – отреагировала она, – я, кстати, знаю тут неподалеку одно отличное место, которое тебе непременно понравится, – немного приободрившись, произнесла Вася.

– Отлично, тогда продолжим, – пока я знакомился с делом, она, делая вид, что ей есть чем заняться, начала рыться в своих бумагах. А я продолжил изучать документы. – Судя по твоим бумагам, у тебя есть брат, правда, он никак не может повлиять на судьбу завещания, потому что он не указан в письме, как наследник. Только я не пойму, зачем тебе понадобилась моя помощь?

– Стас, просто брат считает, что он главный наследник имущества, хотя письма не получал. Думает, что я его обманываю, и не верит, что родители не оставили ему в наследство ничего. А к тебе я пришла, чтобы еще раз проконсультироваться. Перед походом к нотариусу.

– Думаешь, он все равно будет бороться?

– Уверена.

– Решение этой проблемы одно, дожидаться нотариального заключения и все. По бумагам, которые ты мне сейчас дала, все предельно ясно. Какого числа тебе назначено?

– Послезавтра.

– Это уже совсем скоро. Осталось чуть-чуть.

«Как же ты красива», – хотелось сказать ей.

– Я все же немного волнуюсь.

– Давай так, если тебе это будет необходимо, то я позвоню своему старому знакомому. Проверенный. Как только все решится, он поможет тебе грамотно распорядиться полученным имуществом, – она незамедлительно согласилась.

– Вот я уже и не волнуюсь.

– Это хорошо. Значит, ты не зря пришла ко мне.

– Сколько я должна? – я совсем забыл, что мои услуги платные. И теперь у меня появился шанс немного выровнять положение. Хотя я практически сдался.

– Любая юридическая консультация у нас стоит тысячу рублей, – мы закрыли финансовый вопрос. Этот момент показал, что я все-таки сопротивляюсь. И у меня есть гордость.

– Обещанное кафе? – спросила Вася. Я, конечно, сделал вид, что это уже совсем вылетело из моей головы, а сам только этого и ждал.

– Чуть не забыл. Только подожди меня секунду, я предупрежу Людмилу, секретаря: ей надо что-нибудь наплести, чтобы директор потом не задавал много вопросов, куда я пропал.

– А ты скажи, что дома оставил очень важные документы, и тебе нужно за ними вернуться.

– Точно, так и сделаю.

А затем она добавила:

– Я точно знаю, что ты помнил про кафе все это время…. – и после она улыбнулась мне.

Мы вышли на улицу. Василиса замоталась большим шарфом, натянула шапку до самых бровей и быстро проверила телефон, не написал ли ей кто-нибудь. Убедившись, что там пусто, она перестала думать о каких-то делах и, посмотрев на меня, взяв под руку, сказала:

– Не думай ни о чем, я просто боюсь упасть.

– Еще не успел.

Все вокруг нас бежали очень быстро. Мы шли медленно. Снег беспощадно бил в лицо. И если всегда меня это ужасно раздражало, то сегодня я посчитал это обычным явлением, которое мне даже нравилось. Василиса рассказывала истории, а я держал ее руку очень крепко и надеялся заблудиться. Вдвоем. Хоть бы мы никогда не нашли это кафе. Но стоило мне об этом заикнуться, как был уже виден фасад и яркая табличка этого самого заведения. Я не подразумевал, что когда-нибудь к этому месту я буду испытывать такие ненавистные чувства.

Мы зашли внутрь все в снегу. Василиса сняла шапку, волосы лежали идеально. Я же судорожно приглаживал рукой непослушные на затылке гребешки, после того, как снял свою.

– У тебя все хорошо, там сзади. Не беспокойся, – заметив мою суетливость, отреагировала Василиса. Я попросил ее повернуться. Отряхивая Василису, я оказался максимально близко к ее попе и на секунду замер. – Ты смотришь туда, куда я думаю?

– Кажется, да, – неуверенно ответил я.

– И как? – вполне серьезно спросила Василиса.