Чтение онлайн

«Тишина. Ни одного прохожего. Старые каштаны. Странное ощущение, что впереди ждет что-то необычное — как в юности. Хотя ничего необычного быть не может. Кажется, это и называется магией Парижа?»

Он с удовольствием вдохнул сладковатый влажный воздух. Но тут за спиной сильно качнулись занавески, и недовольный голос Ликостратова окликнул его из глубины комнаты:

— Ну и как тебе нравится этот хлев? Мы, асы журналистики, должны ютиться в собачьей конуре! Что я говорил? Самусевич за копейку удавится… Так ты идешь менять бейджик? Кстати, в час дня пресс-конференция руководителей нашей делегации, ты не забыл? Вообще-то официальные встречи завтра, это будет просто торжественный междусобойчик, но все-таки… Все шишки авиастроения, весь журналистский пул, красивые девушки… Можно будет прикинуть перспективы…

— Знаешь, — ответил Данилов, — сходи без меня. В случае чего объясни, что я приболел. Мне что-то не хочется.

— Нехорошо, Данилов! — укоризненно заметил Ликостратов. — Отлыниваешь!

— Сам сказал, что мне можно писать, не выходя из дома, — усмехнулся Алексей. — Нет, в самом деле, авиасалон начнется только завтра, самое важное будет в конце — зачем опережать события? Достаточно, если на передовой у нас будешь ты.

— Вот так всегда, — недовольно покачал головой Ликостратов. — Кто везет, на том и пашут. Хорошо, замолвлю за тебя словечко. Но ты меня скоро не жди — я намерен серьезно разведать поляну. Честно говоря, у меня договор еще с одним изданием — обещал ежедневно обеспечивать их фоторепортажами. Но это коммерческая тайна, Данилов! Если узнает Самусевич, я буду знать, кто проболтался.

— Я не болтун, — успокоил его Данилов. — И весьма толерантный человек. И уж мешать подкалымить я никому не стану.

— Тогда я ушел, — объявил Ликостратов. — Волка ноги кормят. Вечерком закатимся куда-нибудь, а? Обменяться впечатлениями?

— С удовольствием, — кивнул Алексей. — У меня есть на примете один кабачок неподалеку от Триумфальной арки…

— Заметано! Часов в шесть я стукну в твою дверь, — уже выходя из номера, бросил Ликостратов.

Данилов начал распаковываться. Он собирался для начала принять душ и переодеться. Дальнейшие планы казались туманными. Хотелось побыть одному, собраться с мыслями.

Раздался деликатный стук в дверь. Открыв ее, Данилов увидел на пороге серьезного парнишку-рассыльного в униформе отеля.

— Мсье, вам просили передать, — сказал он, протягивая небольшой конверт. — Письмо.

— Мне? — удивился Данилов. — Письмо? От кого? Кто передал?

— Письмо оставили у портье. Один человек, — лаконично объяснил парнишка. — Для мсье Данилофф из этого номера. Вы — мсье Данилофф?

— В общем, да, — кивнул Алексей и взял письмо. — Благодарю. Ах да!..

Он сунул посыльному какую-то мелочь и, недоумевая, осмотрел конверт. Разумеется, вычислить его местонахождение при желании не составляло труда, но зачем? Кому он мог понадобиться? И потом, письмо. Сейчас не девятнадцатый век — телефоны, веб-почта, чего только нет — кто будет посылать с нарочным записки? Смеха ради Данилов понюхал конверт. Нет, духами он не благоухал. Похоже, романтикой тут не пахло. Он надорвал конверт и вытащил письмо, отпечатанное на принтере кириллицей. Оно гласило:

«Улица Тюренн в квартале Марэ. Бар «Нежный дикарь». 13.00. Это крайне важно. И уничтожьте письмо».

Мало сказать, что Данилов был удивлен. Пожалуй, он был здорово сбит с толку. Да, у него имелись кое-какие знакомства в Париже — близкие и не очень, но ни один из его знакомых никогда не позволил бы себе подобного розыгрыша. Это были люди дела, умеющие ценить время и добрые человеческие отношения. Заниматься ерундой в духе студенческих капустников они бы не стали ни при каких обстоятельствах. В том, что записка, скорее всего, дурацкий розыгрыш, Данилов почему-то не сомневался. Слишком невероятно было ее содержание, да и появление тоже. Может быть, пошутил кто-то из коллег? На авиасалон журналисты двинулись табором. Вот эта публика вполне способна на любое свинство.

Самое разумное — выбросить записку в мусор и забыть о ней, но Данилов почему-то медлил. А вдруг это эхо из его прошлой жизни, отголоски его полукриминальных расследований, переполненных всяческими приключениями? Нет, этого не может быть — прошлое похоронено, он отошел от дел, и это всем известно, к нему бесполезно обращаться. Его профиль теперь — оптимизм, воодушевление, синее небо, белые крылья… А если так, зачем связываться со взрывоопасным материалом? Он не хочет начинать все сначала, решительно не хочет. Жизнь без проблем прекрасна.

Но проблемы уже начались. На душе у Данилова было беспокойно, словно он совершил что-то неприглядное или вложил деньги в заведомо гиблый проект.

В конце концов он решил посоветоваться с Ликостратовым. Тот уже покидал свой номер, обвешанный со всех сторон фотоаппаратурой, и Данилов перехватил его на самом пороге.

Надо сказать, что в этот момент Алексей совершенно забыл про детективные наклонности приятеля. А потом уже было поздно. Уяснив суть дела, Ликостратов загорелся и принялся метаться по своему тесному номеру, как пантера в клетке. Фотоаппараты опасно мотались на его груди, точно огромные амулеты, но он не обращал на это внимания.

— Черт возьми, Данилов! — возбужденно говорил он. — Это бомба! Я чувствую — наклевывается материальчик высшей пробы! Нет, серьезно, этого упускать нельзя! Поверь мне, это неспроста.

— А я боюсь, что нам просто подсовывают какую-то глупость, — заявил Данилов, как бы невзначай переадресовывая странное письмо и товарищу тоже. — Хотят, чтобы мы купились. Только я не понимаю, кому от этого выгода.

— Вот именно, что выгоды никакой быть не может! — воскликнул Ликостратов. — Мы с тобой не финансисты, не террористы, даже не дипломатические представители. Мы из солидного журнала, допустим, но, опять же, наш «Оптимум» все-таки не «Форбс», не «Пари-Матч» какой-нибудь… Кому он тут нужен? Ты со мной согласен?

— Но тогда тем более непонятно…

— Вот! Я про то и говорю, что загадка! Эх, времени нет, а то бы я непременно с тобой пошел… Ну, ладно, ты пока один сходи, а вечером все расскажешь, и мы выработаем план действий…

— Какой план? — изумился Данилов. — А если это розыгрыш?

— Ну, тогда… — немного подумав, протянул Ликостратов. — Можно будет вставить эту историю в твой репортаж, как бы добавить перчику… Типа, загадочное письмо, какие-то таинственные тени, какие-то неясные подозрения. Что-нибудь эдакое, с привкусом детективного романа! В ироническом ключе, конечно. Читатель от этого прется… Ты, кстати, этот район знаешь хорошо?

— Бывал пару раз, — пожал плечами Данилов. — Пробегал, скорее. Знакомых у меня там точно нет.

— Значит, будь настороже, — предупредил Ликостратов и показал ему свой мобильный телефон. — В случае необходимости звони — я все брошу и примчусь.

— М-да, у тебя и в самом деле какой-то детектив получается, — недовольно пробормотал Алексей. — А я сыт детективами по горло, предпочел бы, чтобы это была женщина. Но женщины таких писем не пишут. Они вообще ничего сейчас не пишут, кроме эсэмэсок.

— Тем более ты должен пойти! — не сдавался Ликостратов. — А вдруг женщина? Представляешь — парижанка!..

— Слишком хорошо знает русский язык эта парижанка! — с сомнением заметил Данилов.

Он еще раз пробежал глазами письмо. Нет, тон его совсем не казался женским. Если отбросить версию о розыгрыше, такой тон можно было расценивать как тревожный. Но кого мог встревожить визит Данилова?

— Поезжай-поезжай! — похлопал его по плечу Ликостратов. — Пощупай все своими руками. Мне кажется, тут что-то интересное вырисовывается. Не пойдешь — потом все локти себе искусаешь.