Чтение онлайн

Атомы, являющиеся материальными причинами диад, вечны и не могут быть разрушены. Диады разрушаются не потому, что разрушаются первичные атомы, а вследствие разрушения среды, соединяющей их [123] . Древние найяйики считали, что разрушение следствий вызывается непосредственно разрушением их причин, исключая случаи с диадами, где разрушаются не материальные причины, а связующая их среда. Позднейшие найяйики, однако, стали придерживаться мнения, что во всех случаях разрушается связующая среда. Такой взгляд является более приемлемым, поскольку под разрушением имеется в виду постепенное распадение вещей на их составные части. Если процесс разрушения повторяется, но в то же время не отменяет процесс созидания и если разрушение следствий следует за разрушением частей, то должен наступить такой промежуток времени, когда части уже исчезнут, а следствия еще сохранятся, и тогда невозможно понять, где же в этот промежуток времени может находиться следствие: его не может быть в частях, так как их уже нет, не может быть и в атомах, поскольку они не связаны непосредственно со следствиями [124] .

Теорию атомизма системы вайшешики Шанкара критикует по ряду оснований. Начало движения в состоянии распада (пралая) невоспринимаемо. Человеческое усилие нельзя принимать в расчет, ибо его нет. Если в качестве источника принимается невидимый принцип адришты, то где он находится? Если он остается жить в душах, он не может воздействовать на атомы, если же он живет в атомах, то, будучи лишен интеллекта, он не может дать начало движению. Если предполагается, что душа присуща атомам и что с нею соединено невидимое начало, тогда должна иметь место вечная деятельность, но это противоречит существованию состояния распада. Кроме того, невидимое начало, говорят, осуществляет поощрение и наказание душ, и ему нечего делать при возникновении и разрушении вселенной. Шанкара видит затруднение и в вопросе соединения атомов. Если атомы составляют единое целое, то происходит полное взаимопроникновение и, следовательно, масса не увеличивается и созидание вещей невозможно. Если атомы соединяются частично – значит, следует рассматривать атом как то, что делится на части. И, наконец, трудно постичь, каким образом сочетания атомов могут обладать пространственными свойствами, если единичные атомы ими не обладают. Посредством сочетания атомов мы получаем такие свойства, которыми не обладают сами атомы. Можно ли легко представить себе, чтобы мельчайшие и неделимые атомы рассматривались как имеющие цвет и другие подобные качества? Далее, среди вещественных элементов – огня, воздуха, земли, воды и эфира – некоторые имеют больше атрибутов, чем другие: в то время как вода имеет цвет, вкус и может быть осязаема, воздух только осязаем. Этими качествами в какой-то степени должны обладать и сами атомы. Следовательно, атомы воды должны иметь больше качеств, чем атомы воздуха. Но увеличение качеств означает увеличение объема, которое будет трудно совместить с атомарностью, имея в виду, что все атомы имеют одинаковые размеры. Имеются и еще трудности, касающиеся соединения (саньйога) души, манаса и атомов, ни один из которых не состоит из частиц. Далее, атомы должны быть либо всегда активны, либо всегда инертны, либо и то и другое, либо ни то, ни другое. Если они всегда активны. то невозможно разрушение, если они всегда инертны, то невозможно соединение, если они обладают и тем и другим – это внутреннее противоречие, если они ни то, ни другое, тогда активность и неактивность потребуют действующих причин, а эти последние, будучи, подобно невидимому началу, в постоянном соединении с атомами, порождали бы и постоянную активность, или постоянную инертность [125] .

Современное мышление с подозрительностью относится к атомистической гипотезе. Взгляд вайшешики, что смежные или протяженные величины составляются из бесчисленного количества несмежных, лишенных протяженности единиц, является только гипотезой, поскольку ничто действительно существующее не совпадает с какой-либо из этих частей. Мельчайшая частица деления имеет протяженность и содержит бесконечное количество подобных математических единиц.

Считалось, что атомистическая теория вайшешики обязана своим происхождением греческой мысли и появилась, вероятно, в период, когда Индия имела контакт с западным миром, где греческие доктрины получили широкое распространение [126] . При современном состоянии нашего познания трудно сказать что-нибудь определенное по этому вопросу. Однако, кроме общей концепции атома как неосязаемой частицы, между греческой и индийской версиями атомистической теории практически нет ничего общего. Согласно взглядам Демокрита, атомы имеют не качественные, а только количественные различия. Он верил в существование бесконечного множества атомов, лишенных качества и способности к делению, но отличающихся один от другого по внешнему виду, объему, весу, относительному положению и устройству. Для Канады атомы различны по виду, каждый обладает своей отличительной особенностью (вишеша). В результате греческий мыслитель сводит качественные различия объектов к количественным, а мыслитель вайшешики поступает наоборот. Это происходит потому, что индийский мыслитель не разделяет точку зрения греческих философов, состоящую в том, что вторичные качества не присущи атомам. Для Демокрита и Эпикура атомы по своей природе подвижны, а согласно Канаде, они могут быть признаны первичными только тогда, когда мы считаем их покоящимися. Другое основное различие между этими взглядами заключается в том, что Демокрит убежден в способности атомов образовывать души, а вайшешика рассматривает их обособленно, считая атомы и души вечно сосуществующими. Греческие атомисты развивали механический взгляд на вселенную, бог был изъят из мира. Атомы в бесконечном количестве, различные по форме, падают в безграничном пространстве, и, поскольку более крупные падают с большей скоростью, атомы сталкиваются друг с другом. Так, падая в вихреобразном движении, они образуют агрегату и миры. Изменения в движениях атомов, указывают греческие атомисты, бесчисленны [127] . Хотя ранние вайшешики открыто не признавали гипотезу о боге, центральным принципом всей своей системы они сделали принцип морального закона дхармы (адришта). Таким образом, атомистическая точка зрения вайшешики окрашена спиритуалистической тенденцией, которой нет в греческом варианте. Таким образом, имеются отчетливые черты атомизма у вайшешики, которые не могут быть результатом греческого влияния, и непосредственно на почве индийской мысли легко отыскиваются признаки будущей атомистической теории.

До недавних дней атомистической теории придерживались даже в области физики. Однако последние успехи физики неблагоприятно сказываются на этой теории. Масса больше не является неизменной величиной, но считается изменяющейся с изменением скорости. Она распадается на ряд бесконечно малых центров электрической энергии, заключенных в нематериальную оболочку и мчащихся в разные стороны с невероятной скоростью в относительно широких пространствах. Теплота, свет и движение, как считают, имеют вес независимо от материи. Атомы теперь стали системой электронов, которые представляют собой единицы, получающие свой характер от эфира. Атом – это миниатюрная солнечная система с центральным солнцем, образуемым одной вращающейся массой, вокруг которого движутся мельчайшие электроны, повинующиеся закону тяготения, который притягивает Землю к Солнцу. Старая атомистическая теория уже неспособна объяснять новые факты. Судя по ее успехам в науке, она была все же плодотворной теорией. Атомизм заменил анимизм, который был обречен на бесплодие, поскольку наука ушла вперед. Но в Греции, как и в Индии, атомистическая гипотеза развивается как метафизический, а не истинно научный принцип. По сути дела эмпирическая проверка его была невозможна [128] . Атомизм – это система понятий, принятая для объяснения фактов природы. Это не дело наблюдения, а вопрос принципа. Поскольку она претендует на признание на основании порядка и гармонии, которые она вводит в нашу концепцию вселенной, нам ничто не помешает отбросить эту гипотезу, как только мы найдем, что она потеряла свою ценность в качестве средства объяснения.

В то время как субстанция сама по себе способна к независимому существованию, качество, или гуна [129] , подобной способностью не обладает. Оно живет в субстанции и само качествами не обладает. Канада определяет гуну как

"то, что имеет субстанцию как свой субстрат и, кроме того, не обладает никакими качествами и не является их причиной, а также не имеет с ними никаких точек соприкосновения, не соединяется и не разъединяется с ними" [130] .

Сутра насчитывает семнадцать качеств: цвет (руна), вкус (раса), запах (гандха), осязание (спарша), число (санкхья), величина (паримана), индивидуальность (притхактва), соединение (саньйога), разъединение (вибхага), предшествование (паратва), следование (апаратва), познавательная способность (буддхи), удовольствие (сукха), страдание (духкха), желание (иччха), антипатия (двеша) и усилие (приятно) [131] . Прашастапада добавляет еще семь: тяжесть (гурутва), текучесть (драватва), вязкость (снеха), добродетель (дхарма), порок (адхарма), звук (шабда) и способность (санскара) [132] . Делались попытки добавить качества легкости (лагхутва), мягкости (мридутва) и твердости (катхинатва), но они не имели успеха, поскольку легкость есть только отсутствие тяжести, а мягкость и твердость рассматривались как представляющие различные степени соединения [133] . Современные наяйики опускают отдаленность, близость и определенность, поскольку два первые качества зависят от пространства и времени, а определенность есть общее небытие (аньонья-абхва). Качества включают в себя как психические, так и физические свойства.

Качества, принадлежащие вечным субстанциям, называются вечными, а качества преходящих субстанций называются невечными. Качества, существующие в двух или более субстанциях, считаются общими, а существующие только в одной субстанции – специфическими. Цвет, вкус, запах, осязание, вязкость, естественная текучесть, способность к познанию, удовольствие, страдание, желание, антипатия, усилие, достоинство, недостаток, способность и звук являются специфическими качествами, которые помогают распознавать объекты, обладающие ими, от других; а такие качества, как число, величина, индивидуальность, соединение, разъединение, предшествование, следование, тяжесть, вызванная некоторой причиной, текучесть и скорость, являются общими качествами [134] . Они принадлежат субстанциям вообще и являются по своему характеру умозрительными. Они не являются такими же объективными, как другие качества. Число, например, рассматривается как субъективное качество. Тот же самый объект можно наблюдать как в единственном, так и во многих экземплярах. Число, размер, индивидуальность, соединение и разъединение принадлежат всем субстанциям. Между тем как пространство и время не обладают другими качествами, акаша обладает еще звуком. Манас, который рассматривается как физическая субстанция (мурта), имеет семь качеств атомических субстанций вместе со скоростью. Я обладает пятью общими качествами и девятью специфическими: способностью к познанию, удовольствием, страданием, желанием, антипатией, усилием, достоинством, недостатком и способностью в смысле умственной впечатлительности. Бог имеет пять общих качеств и, кроме того: знание, желание и усилие [135] . Качества еще подразделяются на познаваемые и непознаваемые. Достоинство и недостаток, тяжесть и способность не являются доступными для восприятия. Проводится различие также между такими качествами, как цвет, вкус, запах, осязаемость и звук, которые воспринимаются только одним органом чувств, я такими, как число, объем, определенность, соединение, разъединение, близость и отдаленность, жидкость, вязкость и скорость, воспринимаемые двумя органами чувств. Качества я, такие, как знание, удовольствие, страдание, желание, антипатия и усилие, воспринимаются манасом [136] .

Цвет (рупа) есть то, что воспринимается только глазом и находится в земле, воде и свете, хотя только в двух последних он присутствует постоянно. В земле он изменяется при применении теплоты. Допускается семь различных цветов: белый, синий, желтый, красный, зеленый, коричневый и пестрый (читра). Вкус (раса) есть качество вещей, определяемое только языком. Земля и вода имеют вкус. Допускается пять различных вкусов: сладкий, кислый, острый, (кату), вяжущий (кашая) и горький (такта). Запах (гандха) является специфическим качеством, которое может быть обнаружено только органом обоняния. Он бывает приятным или дурным и принадлежит земле. Осязание (спарша) есть качество, воспринимаемое только кожей. Наличие трех видов осязания: холодное, горячее, нехолодное и негорячее – дает нам возможность чувствовать температуру того, к чему мы прикасаемся. Оно принадлежит земле, воде, свету и воздуху. Иногда приходится прикасаться для того, чтобы определить такие качества, как шероховатость, твердость, гладкость и мягкость [137] . Звук (шабда) есть качество акаши.

Число (санкхья) есть такое качество вещей, благодаря которому мы применяем выражения: один, два, три. Из этих чисел единица (екатва) является и вечной и невечной, в то время как другие числа только невечны. Когда мы видим кувшин, мы получаем представление о единице или единичности наблюдаемого объекта. Если мы видим другой кувшин, он тоже определяется как один, и в нем нет двойственности (двитва). Думая об этих двух объектах вместе, мы получаем представление о двойственности. Восприятие всех чисел, кроме первого, зависит от действия мысли (апекшабуддхи) [138] .

Размер (парамити) есть такое качество вещей, посредством которого мы получаем возможность измерить вещь и определять, большая она или маленькая, длинная или короткая. Размер есть вечное качество в вечных субстанциях и преходящее в невечных. Акаша имеет чрезвычайно большую величину (парамамахаттвам), атом – чрезвычайно малую (паримандалья). Размеры невечных субстанций определяются числом, величиной и устройством составляющих их частей [139] . Диады малы, а остальные объекты имеют ограниченную величину.

Индивидуальность (притхактва) является основой различия вещи [140] . Она реальна и невоспринимаема по характеру. В зависимости от природы субстанции, к которой она принадлежит, определенность является либо вечной, либо преходящей. В то время как индивидуальность применима также и к невечным вещам, вишеша, или особенность, применяется к вечным субстанциям. Индивидуальность относится к числовым отличиям вещей, а особенность – к их качественному своеобразию.