Чтение онлайн

Вот такая наша первая неделя здесь. Обнимаю вас, пишите, как вы!

Пройдя жернова Джайпура, Агры, Дели, мы оказались в Ришикеше. Нет, не так – Индия подарила нам Ришикеш.

Горячие, шумные, многолюдные, страшные и жесткие города остались позади. А этот – как благословение. В первые же минуты здесь я увидела Гангу – и отвела глаза. Мы шли по подвесному мосту, над бурлящей рекой изумрудного цвета, а вокруг ей в ответ зеленели предгорья Гималаев. Мое сердце разрывалось от счастья. Говорят, умереть в Индии – значит, выйти из круга перевоплощений, освободить душу навсегда от бренного тела и перейти на другой, не физический план существования. Сердце билось о грудную клетку, словно хотело выпрыгнуть прямиком в эту воду: «Подожди, подожди, еще успеем», – сказала я ему и отвела глаза.

В жизни бывают моменты, когда надо собрать все силы и быть не просто бойцом, а выносливым и не знающим жалости к себе бойцом. Чтобы развернуть штурвал своего судна, пройти через неминуемую очищающую бурю… И тогда все, что можешь – верить в Того, кто больше тебя, дышать и идти за Ним, делать то, что должен, минута за минутой приближаясь к новым берегам.

А привыкнешь к жесткости хлещущих волн, забудешь прежнюю жизнь, перестанешь ждать конца этого безумного периода, увидев в нем свою прелесть, как вдруг все стихнет. И – солнышко, благодать, тишина, нежность, какое-нибудь красивое место. Но главное, небеса будто прорываются под тяжестью даров и они сыплются, сыплются на тебя. Словно проверяя – теперь наоборот! – выдержишь ли такой напор счастья?.. В последние месяцы со мной это постоянно случается.

… Через час я уже ступала в ледяную Гангу, изумрудную, бурлящую, чистую, мощную, мощнее древности, в священную реку, в мать-Гангу… И она смывала. Всю боль расставаний, весь стыд моих беспомощных слез и слов, всю горечь разочарований, весь груз прошедших любовей и все иллюзии нынешней…

«Любовь – это Путь», – прошептала Ганга внутри меня. Мой личный Путь: множество обличий Бога в разных мужчинах рядом со мной. И когда я отпускаю одного и впускаю другого, на самом деле – за всей сменой декораций – любовь не прекращается, просто поворачивает в новое русло, обращаясь к новой форме, которую принимает Бог.

Потом мы пошли на водопад. Карабкались по камням, по уступам, долго лезли вверх, к небу. Как вдруг… Много-много капелек, паутина из воды, висящая в воздухе. И разрывая ее посередине – неширокий серебряный столб. Высокий, но мягкий водопад. Можно стоять под ним и вода будет литься прямо в темя, прямо в тебя. Я вошла в прозрачное сияющее облако и задохнулась. Стояла и всхлипывала. Сделала шаг, еще шаг – лицо, голова, волосы, все тело. Столб воды. Стало совсем невозможно дышать, невозможно стоять.

… Не стирай, не стирай, не стирай, пожалуйста! Я так любила все это… Ну зачем ты уносишь, я ведь верила, что все правильно… Я так любила…

Вышла, отдышалась. Вода звала, казалась нестрашной со стороны. Может, мне просто почудилось? Может, я просто устала, взбираясь на эту высоту? Гипервентиляция, давление, что бы там еще сказали люди науки? Я приблизилась снова, вошла в паутину капелек. Нет, не почудилось. Значит, я пройду все, что нужно. Подняла руки над головой, протянула их воде: забирай! Ту, которой я была и которой теперь никогда не буду… Перед моими закрытыми глазами побежали крапинки, звезды, серые быстрые линии. Это вода сжигала и рассеивала в огромном мире мое старое, ненужное нутро, в котором больше не было ни правды, ни смысла. Я стояла и беззвучно, бесслезно плакала. Потом, когда все закончилось, ринулась под струю, вжалась руками в окружающие скалы, словно пытаясь раздвинуть и спрятаться в них.

Шатаясь вышла из воды. Пьяная от серебряной пустоты внутри. И одновременно наливающаяся новой силой, пока зашифрованной, пока невыразимой…

Ришикеш

Как я могу любить кого-то одного? Я не могу. Я люблю и этого человека, и того, и еще вот этого… Андрей ворчит: «Ну да, у тебя все хорошие!». А как по-другому? Разве по-другому – это правда? Нет, это не правда. Потому что ведь и на самом деле все хорошие – у всех есть душа. Я глажу коровок на улице, глажу дерево в парке, глажу свою спутницу по плечу, глажу свои четки из разноцветных камушков. И все откликается – потому что все живое, все – части Бога.

Ощущая эту многомерность любви и взаимодействия со всем и всеми, теперь смеюсь и удивляюсь: как долго пыталась соответствовать каким-то «правильным» концепциям в мужеско-женских отношениях! Люби одного, служи одному, не смотри на других. Может, для кого-то так и верно. Но для меня – нет. Как запереть свое сердце, ограничить его тепло, силу? Как убедить себя, что это – грязь, грех, искушение, просто потому, что, например, душа находится в теле противоположного пола? Она ведь так красиво сияет…

Как можно обещать кому-то свое сердце навсегда? Как можно обещать – кому-то одному? Любить – это шире, чем только одного человека. Любить – это раскрываться навстречу, видеть красивое, самое лучшее в другом и дальше – во всех людях, с которыми сводит жизнь…

… Нет, не просто в людях. Душа зашифрована, запрятана в личность. Личность имеет свои мысли, свою эмоциональную палитру и заключена в тело. Эдакая матрешка. Я смотрю своими глазами в глаза другого человека. От тела к телу. Мы обмениваемся мыслями, взаимодействуем на уровне чувств. От ума к уму, от сердца к сердцу. Но я стараюсь рассмотреть и его Душу. Возможно даже, своей Душой чувствую притяжение к его Душе, если мы должны научить друг друга чему-то, если нами когда-то было решено пройти вместе некий путь. И в этом случае выстраиваются все внешние «матрешки» – физическое притяжение, интеллектуальное сопряжение, эмоциональное совпадение… Но только – если есть совпадение на уровне Душ. Тогда неважны внешность, социальные различия, расстояния, разница в возрасте – все меркнет, ведь это внешнее, и возможно, оно даже специально именно такое, какое есть, потому что относится к будущим урокам, которые люди друг другу дадут.

Мы с Андреем созванивались по скайпу два раза за эти полторы недели. Но так всего не ухватишь: один раз я бурно рассказывала ему про Индию (еще из Дели), вчера он говорил про работу, был уставшим. Много вопросов. Конечно, рискованно и непредсказуемо было с моей стороны вот так, после всего четырех месяцев отношений, собрать рюкзак и укатить в бессрочное путешествие. Но… это же я. Кажется, он не слишком скучает – работа поглощает все внимание и время. Что ж, значит, сейчас так правильно. Что я могу знать о его дхарме, внутреннем духовном долге? Может быть, и мой долг на нынешнем этапе жизни, раз уж мы в отношениях, – развиваться в собственной практике, поддерживать его тихо и спокойно, просто своим примером.

Поймала себя еще вот на какой мысли: у меня совершенно исчезло ощущение «это МОЙ мужчина». Может, только с ним так, а может, оно вовсе исчерпалось. Это – Душа, рядом с которой я прохожу определенный отрезок пути. Мне даже не дано знать, насколько длинным он будет. Очень трепетное ощущение почтения, уважения, нежности, внимательности, восхищения – без притяжательных местоимений. Хотя, конечно, социум мыслит другими категориями, и когда меня спрашивают о том, есть ли у меня партнер (даже когда брамин спрашивает, замужем ли я! ), обращаюсь мыслями к Андрею.

Здесь, в Индии, я часто думаю о смерти – она все время рядом. Правила дорожного движения (вернее, их отсутствие), второе место в мире по уровню смертности от СПИДа, уровень жизни (трущобы, нищенство, антисанитария), Варанаси – город мертвых…

А параллельно с этим в Москве умирает от скоротечного рака дочь маминой подруги – врачи дают еще несколько дней… Вчера созванивались по скайпу, мама говорит, что засыпает и думает обо мне, просыпается и думает обо мне. Я понимаю: она смотрит на подругу-ровесницу, которая уже готовится хоронить свою девочку. Ее дочь старше меня на 5 лет…