Чтение онлайн

— У меня нет таких мыслей, но… — хотел было начать лечащий врач-психиатр.

— Не переживайте! — резко перебил психиатра Кагари. — Если больной принимает наши препараты, то всё должно быть в порядке. А пока наш коллега будет занят осмотром пациента и сбором анамнеза, мы можем прогуляться до склада, где хранятся препараты. Ведь должны быть соблюдены соответствующие меры хранения.

— Максимум двадцать минут, не более, — растерянно ответил психиатр.

Что же ты делаешь, Кондо Кагари? Не ожидал, что он разыграет такой спектакль. Надеюсь, что это не выйдет для него боком в будущем. Ведь никакой проверки не предвиделось. Конец рабочего дня нам существенно облегчил задачу — всё начальство уже разъехалось по домам. А психиатр оказался уж слишком доверчивым.

Кондо Кагари и лечащий врач направились в сторону склада с лекарственными препаратами. Что ж, не буду терять время зря. По самочувствию было всё относительно неплохо, но до сих пор закрадывались мысли, что блокировка Сахасрары может сыграть со мной плохую шутку.

Я вставил ключ в замок. Интересно, а Маниш вообще сможет со мной вести диалог? Если его накачали нейролептиками, то, вполне возможно, что затея была изначально неудачной. Пора узнать, как обстоят дела у несостоявшегося гуру.

Я вошёл внутрь палаты. Лежал он в абсолютном одиночестве. Руки и ноги были привязаны к изголовью кровати. Я подошёл ближе.

— Не ожидал тебя здесь увидеть! — усмехнувшись, заявил гуру. — В этот раз даже без говорящей змеи.

— Нам нужно поговорить, Маниш, — обратился я к пациенту психиатрической лечебницы.

— Тебя подослал сюда сумасшедший старик? — недовольным тоном поинтересовался гуру. — Видимо, никак не может нарадоваться, что меня упекли в дурдом.

— Нет, я здесь по собственному решению. К Чирандживи это не имеет никакого отношения, — сухо ответил я.

Странно, его накачали нейролептиками, но он вполне складно ведёт диалог. Это проявление его новых способностей или психиатр преувеличил, сказав, что его прилично накачали препаратами?

— Тогда я не понимаю, зачем ты сюда пришёл, — усмехнулся Маниш Ачария.

— Мне хотелось бы поговорить о силе, которая у тебя недавно появилась, — намекнул я на видение чакр.

— Ха, а с чего ты взял, что я собираюсь с тобой разговаривать на эту тему? Да и почему на тебе медицинский халат? Кто тебя вообще сюда пустил? — гуру попытался повернуть голову в сторону коридора и позвать психиатра. — Доктор! Доктор!

Я прекрасно понимал, к чему он клонит. Маниш был готов вести лишь диалог, потенциально выгодный для него. А предвзятость из-за моей связи с Чирандживи действовала ему на нервы.

— Я работаю врачом, но не в этой больнице, пожал я плечами. — Поэтому у меня не возникло особой проблемы, чтобы добиться аудиенции с тобой.

— Доктор, значит, — серьёзно задумался Маниш Ачария. — Может, ты как-то можешь мне помочь отсюда выбраться? Готов заплатить любую сумму. Только на воле, сейчас у меня нет доступа даже к мобильному телефону. Сам понимаешь.

Маниш качнул головой, указывая на привязанные руки, намекая на всю беспомощность своего положения.

— Чтобы ты вышел и опять стал обманывать людей? — усмехнувшись, поинтересовался я.

— Как тебя зовут? — поинтересовался гуру. — Так нам будет проще выстраивать диалог. Я не знаю о тебе ничего, кроме того, что ты таскаешь с собой змею и общаешься с этим безумным стариком.

— Аджай Сингх, — сухо ответил я.

— Не пойми меня неправильно, Аджай, но эти люди сами мне отдают свои деньги. Можно ли это назвать мошенничеством?

— Вполне, ведь в твоих словах долгое время не было правды, — ответил я. — Видеть чакры ты стал совсем недавно, Маниш, зачем лукавить? Да и помощь от тебя вполне сомнительная.

— Ты так в этом уверен? — серьёзным тоном спросил гуру. — Многим людям я помог разобраться с их внутренними проблемами. А по твоей логике можно и психологов назвать мошенниками. Они же ведь тоже не вносят какие-либо существенные коррективы в жизнь человека. Просто показывают человеку то, что он в упор отказывается видеть. Взгляд со стороны.

— Да, уверен, — сухо ответил я. — Явно же были люди, которым твоё учение только навредило.

— Да, были, — признался гуру. — Правда это — сугубо их вина, а не моя. Я не волшебник, Аджай, чтобы вытянуть человека из кучи коровьего навоза. Что мне нужно сделать, если ему там комфортно? Знаешь, сколько людей живёт в мире, богатеющих невероятными идеями? Они ровным счётом не хотят ничего в своей жизни делать, но при этом желают все блага этого мира. Женщин, денег, дорогих машин и свой коттедж на острове Гоа. Но за это нужно бороться! Они сдаются, даже не начав борьбу.

Дьявольская харизма. Маниш Ачария очень умело подбирал слова, чтобы убедить собеседника в своей правоте. Возможно, что я согласился бы с ним, если бы не был таким упёртым человеком. Да и мои убеждения лежали совсем в другом русле.

Разве можно брать с человека деньги, если ты действительно не можешь оказать ему помощь? Он просто наживается на наивных людях. Да, многим из них вряд ли можно как-то помочь. Мировосприятие взрослого человека сложно переделать на свой лад. Но тогда зачем вообще браться за это?

— Мне эта ситуация напоминает хирургов, которые берут деньги перед операцией. А потом человек лежит с рецидивом заболевания и без денег, — нахмурившись, заявил я. — Не надо мне заговаривать зубы, Маниш.

— Я до тебя пытаюсь донести очень важную мысль, Аджай, — каждое слово гуру тщательно выговаривал, словно это было заклинание. — Я не мошенник, не пророк и не святой. Ту же самую мысль я пытался донести до старика. Многие люди наживаются на других. Мир — это пищевая цепочка, где сильный ест слабого. Такие правила! Я делаю все возможное, чтобы помочь человеку. Ведь нет никакого принуждения? Хочешь — купил, не хочешь — не купил. Всё честно. Помогли мои лекции — ты молодец, не помогло — это твои проблемы. Ведь ты ничего ради этого не сделал… Твоему старику не нравится, что я использую медитации и информацию о чакрах, чтобы продвигать своё понимание этого мира. Ты ведь слышал, что медитации — достаточно популярное явление среди европейцев? Якобы настроение улучшает, день становится продуктивным. Они даже ничего не понимают в этом, но ведь продают свои услуги. Собираются как идиоты и медитируют.

— А в этом есть какая-то потенциальная опасность? — поинтересовался я, проигнорировав попытку оправдаться. — Чем это может навредить человеку?

— Кхм, — несостоявшийся гуру усмехнулся. — Тебе известно такое понятие, Аджай, как тёмная ночь души?

— Первый раз об этом слышу, — ответил я.

— Разве старик не рассказывал тебе об этом? — искренне удивился Маниш Ачария.

— Видимо, мы ещё до этого не дошли, — отрезал я.

— Это не очень приятное состояние, которое обязательно испытает каждый человек, стремящийся к осознанности, — предельно серьёзным тоном объяснил гуру. — Когда границы реальности становятся размытыми, а чувства обострены до своего максимального значения. Привычное восприятие мира рушится. Возникает невыносимый страх. Это тёмная ночь души, Аджай.