Чтение онлайн

Друз занялся моей физиономией, других видимых ранений на мне не было. При этом он бурчал под нос, как обычно.

— Господин совсем с ума сошел, слушать эту девку. Оставили бы меня сломать камень. С чего вам в голову пришло рисковать, вашмилость. И чем рожу-то так обварило? Вот останутся рубцы, даже самая страшная шлюха из легионного борделя в обморок падать будет! Бланш знатный. Кость, кажись, проломлена. И как господин умудрился храм-то разнести? В него, как из катапульты стрельнули, говна ему в фундамент!

Я непроизвольно улыбнулся. Кожа на лице натянулась, все раны разом увеличили интенсивность боли. По десятибалльной шкале примерно на одиннадцать.

Закончив с моими царапинами, Друз наклонился к Гнею. Рассмотрев то, что осталось от рук Владеющего, он покачал головой. Убрал горлянку с мазью в сумку Кассандры. Промыл руки Гнея из моей фляги и наложил сверху относительно чистые тряпицы.

— Рукам звездец. — Деловито доложил он. — Такое не лечится в полевых, кол ему в сраку, условиях. Да и вообще без магии не лечится! Но старикан жив пока. Хорошо, что без сознания, а то от боли бы крякнул уже. Куда полез только, старый пень! Вы все, сука, идиоты, простите за прямоту, вашмлсть! — припечатал он напоследок нашу компанию начинающих вандалов.

Дальше он молчал. Только время от времени проверял состояние бессознательных раненых. Я взял в руки Светлячка и тяжело оперся на развитые боковины его гарды.

Через некоторое время вдали замелькали желтые точки факелов. Я даже не заметил, как красный цвет Фобоса сменился на фиолетовый, когда из-за горизонта выполз Ремидий. Слишком занят был тем, чтобы не грохнуться в обморок. Мою тушу отсюда без башенного крана не вытащишь. Так что я держался, стиснув зубы.

Процессия факельщиков приближалась к нам. Впереди, спотыкаясь, спешил Юстас. За ним легко шагали мои намидийцы, ведя в поводу устангов. И с ними присутствовал еще один персонаж. Жирный мужик в белых с золотом одеяниях, брезгливо задравший полу своего плаща, шествовал, опираясь на посох, украшенный орнаментом из переплетающихся змей. У него был вид, как у старой девы, которую заманили в бордель в трущобах. Добравшись до нашей кампании полутрупов, он брезгливо спросил:

— Господин Максимус Доримед?

— Да. С кем говорю? — Прохрипел я.

— Гай Секонд. — Гай второй, ага. Владеющий из плебов. Но маг, наверное, не слабый, вон посох какой, да и сам весь важный.

— Ты кто такой и откуда взялся? — Спросил я эту жабу. Ну не понравился он мне. Сразу.

— Это колдун благородной госпожи, которая двигалась в одном с нами направлении. Узнав, что патрицию требуется помощь, она приказала своим людям встать лагерем у источника, а господину Секонду оказать вам помощь на месте.

— Позвольте осмотреть вас, господин Доримед. — Ввернул Гай-Жаба. Лежащих на земле раненых он показательно игнорировал.

— Окажи помощь настоящим раненым. Начни с сестры Кассандры. Меня нечего осматривать. Ожоги и сорванная кожа, не угрожают моей жизни.

— Госпожа не посылала меня обслуживать ваших слуг, рабов или животных. — Самодовольно пробулькала эта тварь. — Речь шла только о вас, как равному ей по сословию.

И здесь у меня упала каска на глаза. Я человек довольно мирный. Можно сказать, интеллигент и пацифист. Но, до того, как стать интеллигентом и пацифистом, я рос в подворотнях провинциального российского города в девяностые. А еще этот мудак меня реально выбесил.

Я резко встал ощущая головокружение. Лезвие меча раздвинуло полы его верхней накидки и уперлось в развилку между ног. Левой рукой я сграбастал его за грудки и шипящим голосов произнес:

— Ты сделаешь то, что я прикажу, мудила! Иначе всю оставшуюся жизнь ты будешь петь фальцетом! С твоей хозяйкой я, если что, договорюсь. Осмотри раненых, жирный пидор! И приведи Кассандру в сознание.

Гай, к его чести, не испугался. Он уставился мне прямо в глаза. Несколько секунд мы бодались взглядами, потом он слегка наклонил голову.

— Прошу прощения, ваша милость. Я забылся. Сейчас попробую помочь вашим слугам.

— Эта женщина - молчаливая сестра из обители Смеющейся Богини. — не знаю, зачем я это сказал, но мне дико не нравилось, что жирдяй называл Кассандру служанкой. — Ее имя Кассандра из рода Вирдис.

— Еще раз прошу прощения. — В это раз в его голосе и вправду послышалось удивление, смешанное с опаской. — Я не мог знать о статусе госпожи.

Толстяк засуетился вокруг Кассандры, как подорванный. После того как он сформировал в воздухе несколько светящихся символов и направил их на тело жрицы, она застонала и открыла глаза.

— Госпожа Вирдис. — Поклонился ей толстяк. — У вас травмированы ребра и лицо. Возможно повреждение внутренних органов. Позвольте оказать вам дальнейшую помощь.

Кассандра перевела на меня еще мутный взгляд своих зеленых глаз. Я тут же предложил ей руку. Мне показалось, что так будет правильно. Она оперлась о мою ладонь и рывком встала, выпрямившись во весь рост.

— Благодарю, Максимус. Ты — она ткнула указательным пальцем в толстяка. — Свободен. Я сама закончу свое лечение. Помоги старику. Если он еще жив, конечно.

Что характерно, она вообще не задалась вопросом, откуда взялся похожий на жабу Владеющий. Богиня послала, не иначе.

— Максимус. Лицо. Я сильно изуродована?
– Все же она женщина, а не автомат для нравоучений и молитв. Впервые я видел тень… даже не страха, а обречённости на ее лице.

— Нет, сестра. Ты прекрасна, как Эос. А рана, насколько я могу судить, просто оторванный лоскут кожи. Думаю, твоя молитва залечит все без следа.

— Шрам все равно останется. Постели мне что-нибудь под колени, пожалуйста, мне надо помолиться.

Я взял плащ Друза и сделал из него мягкий валик, положил его на землю.

— Эй, — вдруг сообразил я. — Ты сказала “пожалуйста”, сестра.

— Тебе показалось, Доримед. — Края ее губ коснулась легкая, почти неуловимая улыбка.

После этого жрица опустилась на колени и застыла в молитвенном трансе.

Я проснулся на следующее утро от того, что наш небольшой бивуак атаковала стая злобных байкеров на мотоциклах Кировец. Ну, судя по разбудившим меня звукам.

Я приподнялся на локте и увидел Гнея, который смеялся, глядя на свои сожжённые руки. Ну, наверное, издаваемое им карканье было смехом. С тем же успехом можно было бы посчитать смехом пердеж водопроводных труб в старых советских панельках.

Вчера старик так и не очнулся, несмотря на усилия Гая-жабы и Кассандры. Прогноз от обоих был неутешительный. А сегодня, глядите-ка, с утра пораньше Гней устроил нам концерт в стиле «индастриал».

— Гней. — Я встал с лежанки. — Тебе больно? — Я заметил текущие из его глаз слезы.