Чтение онлайн

— Ты кто, совершенно не знакомый мне злобный дух, лежащий в моей постели? — попытался я отодвинуться от нее.

— Я тебя сейчас стукну, больно! Хватит уже дуться. Мы все поняли, осознали, прониклись. Спустись к нам с высоты своего величия и обрати взор на бедных девушек, страдающих без верного мужского плеча и ласки.

— Чего?

— Трахни меня — и немедленно!!! Иначе я за себя не отвечаю. И Мавку тоже — хватит ей тут из себя целку-террористку строить. К тому же она готова, и когда я тебя купала, очень внимательно рассматривала твой прибор, забавно открыв рот. Наверное, размер прикидывала. Еще и облизывалась при этом.

— Ты пошлая до мерзости, — отозвалась Мавка, заливаясь краской. — И ничего я не рассматривала. Ты спал и вонял, хотя вроде как мылся и очищался. Но тело, расслабившись, решило избавиться от всего ненужного. Нет, ты не обгадился — просто запах был такой, будто месяц не мылся. Вот мы тебя и искупали — ты так крепко спал, что и не заметил ничего. Служанки пытались помочь, но Навка прогнала этих похотливых дур.

— Ну да. А прежде она заявила, что нефиг смотреть на тебя всяким голым шлюшкам, — хихикнула Навка.

— Убью!!! — Мавка встала и медленно пошла к нам. Ее кулаки окутались сиянием и, кажется, сейчас начнется драка.

Нет, так-то я не против посмотреть, как сражаются девушки — они кричат, срывают с себя одежду. Красота. Но я при этом должен находиться в стороне от этого, а не в самом центре.

— Так, отставить ор и срач! Навка, хватит над ней издеваться. Мавка, прекращай краснеть лицом от ее подколов. Давайте хотя бы один день проживем спокойно и без спешки куда-либо. Я устал — понимаете вы это? Уже столько времени я практически постоянно куда-то бегу, от кого-то спасаюсь или отбиваюсь. Меня постоянно хотят убить. Дайте мне хоть немного времени на спокойную жизнь. Хотите набить друг другу морды — родовая арена примет вас как родных. Где она находится, Навка знает. А я хочу просто полежать на мягкой постели и ни о чем не думать.

— Полежать, это дело. Но сначала тело! — резко подорвавшись, Навка оказалась возле богини. Мелькнули когти, и одежда той упала к ее ногам. Толчок, и Мавка абсолютно голая падает на меня.

— А… — только и открыла рот она, но было уже поздно.

Можно, конечно, продолжать дуться и играть в обиженку, но трахнуть эту стерву я давно хочу, и повод подходящий. Пока она в шоке, надо действовать…

Сжимая ее груди в руках, чуть прижимая соски пальцами, я опускал голову ниже, осыпая поцелуями её живот. Поцеловав её пупок, я провел кончиком языка по нему, вылизав внутри. В этот момент она выгнулась, подавшись животиком ко мне навстречу и обхватив меня ногами.

Мавка сладко стонала, перебирала пальцами мои волосы и подталкивала вниз. Опьянённый её стонами, я со страстным желанием опускался ниже, целуя её тело, водил по нему языком.

Обняв её за обхватившие меня ножки, осыпая поцелуями тело, я опустил голову между её ног. Губами коснулся её промежности, сжал её бедра в своих ладонях, вдохнул её женский запах. Языком коснулся влажных губ, провел по ним, слизывая терпкий сок. Все глубже всовывая язык между раздвинутых губ, я старался ещё и обхватить их своими губами, втягивая их в себя. Услышал очередной Мавкин сладкий стон.

Она начала двигать телом, попкой мне навстречу, почти без остановки приподнимая её вверх ко мне. Я вылизывал её, вгоняя внутрь весь язык, не будучи в силах остановиться, сжимая её крепкие ноги своими руками. Весь подбородок был мокрым от вытекающего сока. Мой член стоял как кол, ерзал головкой по покрывалу, обильно смачивая его смазкой.

— Войди в меня! — услышал я сквозь её стон.

Оторвавшись от её губ, отпустив её прижатые ноги, я приподнялся на руках, касаясь её телом, подтянулся вверх. Обняв её за шею, лег на нее, прижав собой её упругую грудь.

Мавка обняла меня ногами, крепко сжала. Чуть-чуть направив рукой свой торчащий член, всунул тугую головку в её промежность. Вздох вырвался из ее груди, двигаясь попкой навстречу члену, она ещё глубже насадилась на него.

Обняв её за шею, лаская грудь второй рукой, я аккуратно всаживал туго идущий член. Руки девушки обнимали мою спину, впиваясь ноготками в кожу. Влажными губами мы слились в долгом поцелуе. Ее попка все чаще двигалась навстречу мне, член уже не так туго входил в её влажную, чуть раздавшуюся киску, я смело всаживал себя навстречу ей.

Ее стоны все усиливались, ногти с каждым моим толчком сильнее впивались в мою кожу. Несколько движений ей навстречу и… она выгнулась мне животом навстречу, замерла, издав громкий стон. Я почувствовал, как судорожно сжимается её промежность вокруг члена… Прижавшись лицом ко мне, она тяжело дышала, крепко сжав объятья… Я замер.

— Продолжай, — тихо шепнула она, и во мне проснулся разъяренный зверь, от вида это невинно-похотливой мордашки. Дальше я накинулся на нее, желая проникнуть глубже, разорвать, растерзать это податливое тело. Она стонала, кричала, мои руки мяли ее грудь, губы не размыкались с ее губами. Вспышка, и оргазм прокатился по нашим телам, заставив зарычать, застонать, закричать обоих от накатившего удовольствия.

— Моя очередь, — возникла Навка, бесцеремонно перекатывая девушку на конец кровати.

— Побойся богов, женщина! Дай мне восстановиться, — взмолился я.

Но дух крови, мести и страданий была чужда молитвам и взываниям о милости. Ей требовалось сбросить напряжение, ну, и помириться с хозяином. И сейчас было самое лучшее время для этого. О чем она мне и сообщила. Тем более, что мой боец уже был готов к бою — видать, воздержание сказалось. А эта уже была готова ко всему и даже убийству, если нас прервут или отвлекут.

Быстро устроившись на мне, Навка нежно поцеловала меня, прижалась щекой к моей щеке и, крепко обхватив меня, стала подпрыгивать на моем члене, возбуждаясь самым восхитительным образом и заставляя меня самого дрожать от восторга.

Поначалу она двигалась медленно и ритмично, но вскоре нарастающее трепетание ее груди, так крепко прижатой ко мне, и прерывистое дыхание стали свидетельствовать о быстро растущем вожделении. Вскоре она уже яростно извивалась на мне, ее зад дико вздымался и дергался, когда она буйными быстрыми движениями двигалась вверх и вниз по моему твердому и необузданному члену.

Как будто воодушевленная осознанием того, что ее возбужденная норка вот-вот получит блаженное извержение, она крепче, чем когда-либо, прижала меня к себе, страстно поцеловала и принялась меня трахать. Ей не потребовалось много времени, чтобы сломить мою защиту — я же был добровольной жертвой.

Длинными яростными толчками своего дико возбужденного зада она двигалась вверх и вниз по моему, теперь уже неистовствующему, члену, а затем, когда моя невольная и неконтролируемая дрожь подсказала ей, что она преодолела мое упрямое сопротивление, она безумно разошлась на мне ураганом диких рывков и изгибаний, к которым я присоединился своими бешеными толчками вверх, пока, будучи уже не в силах сдерживаться, не начал выплескивать в нее бурлящий любовный сок, — ровно в тот момент, когда она уже была на грани и едва сдерживалась.