Индульгенция 3. Без права на смерть
Шрифт:
Попросили Мавку рассудить, отчего она жутко покраснела, задумалась и… решила промолчать, потому как ни разу об этом не думала и уже не помнит.
Посмотрев на нее с сочувствием и даже не врезавшись в проезжающий мимо нас грузовик, мы сделали вывод, что ее надо спасать. Даже темный дух прониклась ее бедой.
— Как доберемся до гостиницы, мы тебя трахнем, — пообещала Навка светлой с самым серьезным лицом. Ну, типа как доберемся до постели и дадим лекарство.
И знаете что? Эта… промолчала! Не сказала нет. Не назвала нас извращенцами. Не кинулась в драку… Промолчала!!! То есть, она согласна, что ли? Вот так вот просто? Я от удивления чуть руль не выпустил — благо, с реакцией все хорошо, и встреча с канавой перенеслась на более поздний срок. Но ведь сам факт. Я так запереживал, что даже газку поддал, чтобы, значит, ускорить наше продвижение. Очень уж мне захотелось в доктора поиграть.
Ну, и представив Мавку в костюме медсестры, даже заболеть. Стоп, это ж я доктор — ну, тогда в роли на все согласной пациентки. Снежана пусть будет тогда медсестрой, а Навка моей помощницей-студенткой. Кажется, я даже слюну пустил, но это не точно.
И с чего это вдруг меня так корежит и на баб тянет? Нет, так-то я это дело очень уважаю, но чтобы вот прям такая сильная похоть? На меня это вообще не похоже. Не иначе, как светлые силы веют над головой бедного серого мага.
Дорога пролетела незаметно. Ну, разве что пришедшая в себя баронесса категорически не принимала моих оправданий в том, что я ее подставил. Виноват, и все тут. Я плюнул на это дело — не попал, она увернулась, порычал — не впечатлил. Долбанул по тормозам — очередной вопль и удар по спинке сиденья головой Снежаны.
Нет, все, завязываю с этим. Мне ее реально жалко становится. И почему она все время бьется пустой башкой? Сиськи же тяжелее должны быть. А еще столько раз биться, и ни разу не прикусить себе язык!!! Это ж какой талант надо иметь?
Мы вышли из машины — я злой и униженный тяжестью обвинений. Навка веселая — она злой дух, и когда кому-то плохо, ей хорошо. Мавка что-то загрузилась не по-детски и, кажется, переживает за свой отряд, оставшийся в Вырии. Я тоже за них переживал, но был уверен, что скоро мы с ними увидимся.
А вот Снежана была чем-то очень довольна — не иначе, удары по голове не прошли даром, и она поехала кукушкой. Правда, ее блаженная улыбка всё же сошла на нет, когда мы потопали через лес, дабы не светиться на границе между светлыми и темными землями.
Нет, посты эти были просто формальностью — данью, так сказать, памяти эпохи войн, когда обе стороны активно резали друг друга. Но появляться там сейчас не стоило, вот мы и тащились через овраги.
Я-то человек уже привычный — духам похер, они летят. А вот эта фифа на высоких каблуках сразу оценила прелесть ходьбы по сырой земле. Так что теперь я издевательски лыбился и ее нытье воспринимал, как походную песню. Даже напевать стал. И когда показался просвет между деревьями и выход на трассу, ведущую в Малые Темники, но уже с другой стороны, мы пели все и вполне себе бодро…
Я не чувствую своих ног,
Не пойму, живой иль сдох,
Руки устали, спасения нет,
Силы закончились, где лазарет?..
Глава 3
Глава 3
— Добро пожаловать в страну дураков!!! — торжественно провозгласил я, провожая взглядом уже третью проехавшую мимо нас машину, которая не пожелала остановиться.
— Я не дура, — нелогично заявила Снежана, отряхивая с каблука прилипший комок земли.
— Верно. Ты не дура. Ты хуже. Была бы умной, то сидела бы сейчас в хорошей гостинице и нежилась в ванне. А так таскаешься с нами по лесам и полям с неясными перспективами и грязной одеждой.
— Это ты во всем виноват!!!
— Конечно, я. Никого ж другого поблизости, кроме меня, нет. Женщинам в принципе пофиг, кого обвинять, лишь бы не себя. Ну да ничего — приедем в Москву, и больше ты меня не увидишь.
— Сдохнешь?
— Не дождешься. Поступлю в академию и буду задирать юбки местным красоткам, забыв все это как страшный сон.
— Это я-то страшная?! — взвилась она.
Нет, ну я ж, блять, говорил об отсутствии у женщин логики?! Они слышат только то, что хотят услышать.
— Остановись, чтобы я могла тебе врезать!
— Вот поэтому я никогда на тебе не женюсь — ты злобная и абсолютно неблагодарная личность.
— Тварь!!! — внезапно оскорбилась она и запустила в меня сосулькой тьмы. Промахнулась — прицел явно сбит. Я срубил её в полете мечом — с моим прицелом точно всё нормально.
Убрать меч не успел — едущая к нам машина, взвизгнув покрышками, остановилась и замерла в ожидании скорой расправы. Мы, не веря своему счастью, бросились к ней и еще минут пять успокаивали женщину-водителя, что мы не убийцы, не грабители, а просто заблудились.
Вроде поверила и даже согласилась отвести нас в Большие Темники, куда ей внезапно тоже сильно захотелось. Она сама — честное благородное слово! Ну, а мы и рады не напрягаться — особенно Снежана. Эта сразу плюхнулась вперед, ну, типа дорогу показать, ага. И потом всю дорогу трындела с этой дамой.
А я что? Я устроился позади всех, закрыл глаза и решил вздремнуть, потому как очень устал. Мои духи опять были невидимы, но готовы к бою, баронесса нашла лишние уши и отстала от меня — чем не красота? Поэтому все четыре часа, проведенные в дороге, я благополучно проспал и проснулся, когда мы были уже на месте.
Поблагодарив даму, что высадила нас у вокзала, мы справились о билетах на Москву и были весьма разочарованы, что таких не оказалось. Отсюда можно было добраться максимум до Твери, а уже оттуда и до самой столицы. Но вот беда — поезд тут ходил раз в сутки, отправлялся в двенадцать часов дня, и нам пришлось озаботиться ночлегом, перед этим купив на него билеты.
Лучшая, она же и единственная гостиница «Два Карпа» находилась всего в трех кварталах от вокзала и славилась тем, что в ней подавали именно карпа, во всех видах. Решив, что я против рыбы ничего не имею, мы направились туда, в надежде поесть, помыться и выспаться.
На этот раз я платил уже сам, ибо это были земли темных, и больше скрываться смысла не было. Увидев, кто пожаловал в их захолустье, монументальная дама лет сорока, стоящая за стойкой, едва не умерла от счастья, и сразу цены в гостинице выросли раза в три, а номера сделались класса не ниже княжеского. Был еще императорский, но вся разница между ними состояла лишь в том, что в императорском возле зеркала клали шоколадку, по цене гоночного болида.
Решив, что сладкое вредно, я взял баронский, потому как не гордый и могу обойтись без бесплатной бутылки минералки, которая прилагалась к княжескому.
Снежана, гордо фыркнув, свалила в княжеский, загадочно посмотрев на меня. Но мне было не до всяких дамских заморочек — хотелось спа, жра и немного тра. А всякие игрища в боевой и непонятной политической обстановке я оставил до лучших времен.
— Пошла жара!!! — заорал я, с разбега плюхаясь в старенькое джакузи, с подозрительными подтеками ржавчины по бортам. Но это было все равно лучше воды из речки или дождя с неба. Лавандовая пена создала приятную шапку и я, погрузившись в нее полностью, оставил снаружи только нос. Гидромассаж работал хоть и с перебоями, но спину массировал хорошо — я прям растаял и стал пускать носом пузыри.