Индульгенция 4. Без права на сомнения
Шрифт:
— Надо. Мне это очень надо. Формально ты темный и не можешь присутствовать на их занятиях. Но ты владеешь и светлой магией, так что запретить присутствовать тебе не смогут. И вот там ты должен показать свое превосходство перед ними.
— Звучит как бред, если честно, вы уж простите. Зачем бы мне мало того, что настраивать против себя преподавателя, так еще и беспределить? Не вижу своей выгоды.
— О, нет! Выгода есть, уж ты мне поверь. Позиции светлых в академии сейчас слабы после унижения. И они землю роют, так хотят взять реванш. Тебе надо не просто показать, кто тут главный светлый — а ты можешь им считаться, — но и убедительно показать, что развитие темных магов лучше, гармоничней и правильней. Кстати, Ирина сама этого хотела — ну, чтобы ты пришел к ней на урок.
— Будет обливать презрением и ругать за разбросанные по всему дому носки?
— Ага. Не любит она тебя сильно. Так что лучше сразу поставить ее на место.
— Ладно. Это уже интересно. Но что конкретно я получу за свои старания?
— О-о-о-о-о, награда тебе понравится, уж ты мне поверь! А это аванс, — встав, она медленно пошла ко мне, расстегивая пуговички на блузке….
Глава 11
Глава 11
— Видар, ты куда про…пал? — внезапно вбежала к нам Танька и испортила весь интим.
— В общем, Видар, полагаю, ты меня услышал, — пуговички на блузке училки словно по волшебству оказались быстро и незаметно застегнуты. — Надеюсь на тебя. А ты, Темноводная, почему не на лекции?
— А ты еще кто такая? — подозрительно сощурила та глаза.
— Я ваш преподаватель по боевой магии. Вот, проводила твоего одногруппника домой после драки со светлыми.
— Твари!!! — лицо подруги исказилось гневом.
— Ну что ж, не буду вам мешать. Увидимся через час на полигоне.
Развернувшись, она ушла, плавно покачивая бедрами.
— Кажется мне, она хотела тебя трахнуть, а я помешала, — задумчиво проговорила Танька, изучающе глядя на меня. Потом усмехнулась: — Точно помешала — вон как твой аргумент выпирает!
Устало сдув челку с глаз, она подошла к накрытому столу, увидела на нем графин с лимонадом и потянулась к нему, отвернувшись от меня. И поэтому стала легкой добычей, оказавшись слишком близко ко мне.
Я одним рывком преодолел расстояние между нами, прижался к ней сзади, с удовольствием провел рукой по мягкому и горячему молодому телу.
Моя ладонь уверенно, по-хозяйски спустилась вниз по ее бедру, скользя по плотной ткани формы, затем снова поднялась вверх, уже по голой коже, и сдвинула коротенький подол, оголив нежную округлую попку, разделенную на две половинки кружевной тканью черных стрингов.
Танька тут же попыталась отстраниться от меня и одернуть юбку.
— Видар, ты что творишь?! — пискнула она, округляя глаза и повернув голову.
Я ничего не ответил, вместо этого пробрался пальцами под ткань трусиков и сдвинул их в сторону, освобождая дорогу к её киске.
Танька все еще слегка сопротивлялась, делала слабые попытки одернуть форму, но я уже держал её за бок чуть ниже талии, потому опустить юбку у неё как-то не получалось.
— Прекрати, не сейчас!
Я быстро достал крепко вставший член, смочил его слюной и не спеша засадил его ей на всю длину, настойчиво проталкивая его в тугую и не очень податливую киску несколькими движениями.
— Вот так, впусти его, впусти… — приговаривал я, медленно проникая в её щелку.
Танька металась, пока ещё надеялась, что я засуну не до конца или почему-то «одумаюсь», а когда ощутила, как член вошел полностью, несколько раз ткнувшись в её половые губы яйцами, ошеломленно охнула.
— Ах ты скотина! — прошипела она, подавляя сладкий вздох. — Сволочь наглая! — выдохнула она ещё раз.
Внутри её пещерка была горячей и хорошо увлажненной, видимо, она сама хотела почувствовать этот ствол внутри себя не меньше, чем я хотел ей его засадить.
Она ещё немного покрутилась, якобы пытаясь бороться, но ещё буквально три глубоких размеренных движения — и её поза начала меняться. Ноги раздвинулись, спина прогнулась, попа выпятилась, а руками Таня упёрлась в стол. Тело начало послушно работать в знакомом ритме. Её киска была действительно очень тугой, плотно обхватывала мой член, но сейчас я двигался в ней как по маслу. Принялся увеличивать темп, комнату наполнил характерный звук шлепков тела о тело.
Я понял, что могу больше не держать её так крепко, потому что она уже не сопротивляется, так что можно дать рукам больше свободы. Принялся шарить руками по её фигуре, ладонь скользила по её нежному животику. Животики — вообще крайне недооцененная часть женского тела, хотя лично я почему-то больше всего кайфую именно когда трогаю эту деликатную зону. Есть в этом даже что-то мистическое, не зря в старославянском языке «жизнь» и «живот» — это синонимы.
Насладившись бархатистой кожей и мягкостью её слегка округлого животика, моя рука поднималась выше, к груди, принялась сжимать её аппетитные сиськи через ткань мягкого лифчика без подкладки.
Форма и лифчик невыносимо мешали, но что поделать, некогда было её раздевать полностью. Вскоре пальцы нащупали через ткань затвердевшие соски, затем опять спустились вниз, пробрались к низу живота, где меня ожидало покалывание слегка отросших волосиков на выбритом лобке.
Наконец я добрался до половых губок и нащупал клитор, упругий и набухший от возбуждения. Я начал сильно и бесцеремонно натирать его, после чего подруга поплыла окончательно, стала выгибаться и подмахивать, двигаясь мне навстречу, шлёпая задницей по моему животу.
На каждом её выдохе раздавался сдавленный, как будто слегка жалобный, но невероятно сладкий стон. Мои яйца затвердели и подтянулись к члену, превратившись в упругие комочки, от ритмичных шлепков по ним по низу живота разлилось сладкое ноющее чувство.
Стимуляция клитора принесла свои плоды, девушка несколько раз отрывисто прикрикнула, мелко затряслась всем телом и пару раз выгнула спину. От её соков член уже буквально хлюпал внутри, я держал её крепко и не дал соскочить со ствола, пока она кончала, но на пару мгновений замер, чтобы она пришла в себя. С удовольствием ощущал, как всё её нутро пульсирует, сжимая мой член.
Когда её перестало колбасить, я продолжил движения и почувствовал, как подступает мой оргазм, член затвердел словно каменный и был готов взорваться струями семени в любой момент. Тогда я решил немного оттянуть финал, вынул член и повернул её лицом к себе, сгрёб за затылок и прижал к своему лицу, впившись в её губы поцелуем. Она отвечала, играла с моим языком, даже немного постанывала, при этом мой горячий и влажный от её смазки ствол упирался ей в живот, а она подразнила его, обхватив ладошкой и сделав несколько движений вперёд-назад. Её губы стали совершенно послушными и отзывались на мои поцелуи с жадностью. Я стащил с нее ставшие бессмысленными трусики, она переступила их одной ногой, они так и остались висеть на её левой щиколотке, словно браслет.