Чтение онлайн

— ЧТО?! — изумленного ужаса в усиленном динамиками голосе Шейны было столько, что она и оглушила и чуток отрезвила меня — Не может быть! Он один из молодых столпов рода Браво Бланко! Он…

— Он предавший вас дерьмоед! — процедил я, крутя в пальцах пластину — И вот доказательство. Пока мы в этой сраной каморке, окруженной стенами потолще, нас не найдут. Но как только высунем жопы наружу… нас мгновенно обнаружат и снова кинутся по следу. Та Выдра… машина быстрая, пилот тоже явно не новичок, но даже будь на его месте я сам и в своем родном экзе… даже у меня не получилось бы отыскивать юрких крыс раз за разом… Надо было раньше это понять. Но я устал… с-сука как же сильно я устал… Следовало догадаться еще когда нас отыскали на той парковке… а о чем кстати ты тогда нашептывал Сусане, ублюдок? А?

Трясущийся декламатор шипел кровавой слюной и молчал. За него ответила златовласка:

— Он хотел, чтобы мы убедили Шейну пристрелить тебя, а затем дождаться похитителей и сдаться им, убедив, что Шейну трогать нельзя и она должна стать частью будущей сделки по обмену. Я отказалась. Так нельзя! Но я не знал что он… что он… предал нас…

— Я не предал! — прохрипел высокородный — Я… я просто устал быть на третьестепенных ролях! Я хочу играть более важную роль! Хочу присутствовать на советах с самой Седьмицей! Но меня не замечают! И я… я согласился, когда мне предложили… клянусь — тебя, Сусана, пальцем бы никто не тронул! Нас бы обменяли самое позднее через неделю, и мы стали бы героями! И тебя бы тоже заметили! И… и ты могла быть стать моей женой… мы бы сплели наши ветви в истоме… у нас был бы сын!

Драчливый Клоун шевельнулся и… голова высокородного улюдка оказалась зажата в медленно сжимающейся ладони. Ухмыльнувшись, я отошел на шаг — чтобы мозгами не забрызгало, прислонился к противоположной стене и принялся наблюдать и добавлять Шейне решимости своими словами:

— Давай, уродина — жми! Сделай ему тыквенный тост с мозговым джемом… Но как же я не допер. Ведь первый неправильный сигнал — почему погоня продолжается так упорно даже после кучи смертей, после очевидного провала операции. Тут не те условия, слишком много риска… но они продолжают упорно нас искать. И вот до меня дошло — они боятся. Они так и не узнали почему операция сорвалась и предполагают худшее — этот упырок на чем-то прокололся, потом во всем признался и продолжает петь певчей птичкой. А раз они так испугались — значит, знает он очень немало и нельзя, чтобы он добрался до дома. Но при этом они пока не уверены и все же хотят взять их живьем, а не кусками… Шейна, сжимай уже пальцы… пусть брызнет мозжечковая птичка…

Зарычав, я ударил кулаком в стену:

— УБЕЙ ЕГО УЖЕ!

Встряхнув головой, вскинул глаза и увидел испуг в глазах вжавшейся в угл Сусаны.

— Выдохни — буркнул я, прилагая все силы, чтобы не броситься на все живое в этой каморке и не начать стрелять — Это стресс выходит… у меня либо кровавым поносом — либо через агрессию. Дерьмо… Шейна!

— Да?

— Либо уже убей — либо хватит ему прическу делать!

Шейна медленно разжала руку и экз выпрямился. Покрутив в пальцах пластину, я подкинул её на ладони и спросил:

— А эти трахнутые флеборры быстро плавают по мелководью?

— Более чем.

— Помнишь того подранка в соседней комнате? Ты задела картечью.

— Помню.

— Поймай ее живьем, всади ей в жопу эту пластину и швырни ее в ту шахту мусоропровода которой мы сюда поднялись и где тот поток, что нас едва не унес — приказал я — Поняла?

— Я быстро.

— Давай.

— Ба-ар…

— Уже вернулась? Или я в кому впадал?

— Не убивай его — попросила она — Его надо доставить в башню Браво Бланко живым.

— Нахера мне это?

— Тебя озолотят — за нее ответила Сусана — Ты поднимешься как истинный герой на лифте на верхние уровни башни Браво Бланко, где тебя встретит мой отец… и лучшие наши врачи. Хотя…

— Хотя?

— Тебя озолотят даже если эта гнида сдохнет прямо сейчас — Сусана мило улыбнулась, глядя на одноухого высокородного.

— Госпожа!

— Шейна! — прошипел я — Иди и пихай пластину в жопу с иглами! Или я ее тебе в жопу запихаю и сделаю отвлекающей приманкой! На следующий забег наперегонки с гребаной Выдрой меня просто не хватит!

— Я поняла… ох… — экз шатнулся, сработали гироскопы и он выпрямился — Я в порядке. Я в порядке…

— Да тебя никто не спрашивал, мать твою, в порядке ли ты! Бегом, гоблин! Бегом!

— Кто?!

— БЕГО-О-О-О-ОМ!…

Глава двенадцатая.

У меня в глазах что-то взрывалось. Яркое. Радужное. Много. Сквозь эти частые вспышки перед зрачками и комариный писк в ушах, я пытался понять, где нахожусь, но вокруг было черное марево с мигающим на груди жалким светлячком вечной лампы. Руки и ноги остервенело работали, но зачем — этого я не знал…

Что я вообще делаю? Где я?

Комариный писк в ушах перерос в оглушительный вой, чернота вокруг осветилась фейерверком в глазах, вдруг посерела, посветлела и… я вынырнул, ощутил это лишь на инстинктах, пока тонущий в углекислоте мозг медленно крошился внутри черепа, сделал несколько жадных глотков воздуха и… осознал себя достаточно, чтобы придушенно заорать, подзывая идущую мимо длинную лодку.

Загорелые до черноты полуголые парни среагировали мгновенно и оказались рядом в считанные секунды. Крепкие руки работяг выдернули меня наверх и, сжимая что-то в кулаке, я рухнул на дно лодки. Глянул на ладонь, увидел обмотавшую её веревку, вспомнил и захрипел, тыча ей в склонившиеся надо мной лица. Те вроде поняли, сдернули веревку, начали быстро выбирать из воды в четыре руки, пока я с хрипами трясся на дне лодки под лучами палящего солнца.

Изумленные вопли… и в лодку одно за другим валятся три привязанных к веревке мертвых тела. С хрипом поднявшись, я с размаху бью ближайшее по щеке. Мотнувшаяся на шее голова ударилась о скамью, а я навалился на труп сверху, надавил на грудь… и меня оттолкнули в сторону. Сверкнули навахи, веревки за секунды были разрезаны, тела встряхнуты, вялые рты разжаты, животы вдавлены и… наружу хлынула вода.

Усевшись, я пытался понять, сколько мы пробыли без кислорода, но мозг буксовал. Похоже, этого я не узнаю никогда…

Но помню, как добравшись до очередного тупика, когда Шейна вылезла из сдохшего Клоуна и упала на пол, я понял, что это финал нашего путешествия. И дальше либо вверх — либо в смерть. Смотать с экза веревку, связать всех, проорать по два раза что им следует делать, когда внутрь хлынет вода, я сбросил с себя все оружие, отжал запоры на перекошенной двери, с сочащейся из косяка водой и… выбил ее, позволяя океану зайти в гости. Терять нам было уже нечего — уловка с маяком сбила их со следа ненадолго, что позволило нам оторваться, вот только все доступные маршруты схлопнулись до единственного возможного и все превратилось в забег почти по прямой…

Первой закашляла златовласка, скорчившись на дне лодки, хрипя, пуча глаза и блюя. Следующим «завелся» декламатор. А Шейна… она просто лежала, глядя мертвыми глазами на меня.

Дерьмо…

Поднявшись, я оттолкнул выпрямившегося лодочника, рухнул рядом с тупой девкой и, встряхнув её как половую тряпку, бросил на край борта животом, навалился сверху. И еще раз. Из открытого рта хлынула струя воды, потом еще одна. Мне кинулись помогать, уложив ее опять на дно и повторив все реанимационно-сексуальные мероприятия с самого начала: вытягивание языка, нажимное лапанье сисек, слюнявые лобзания и наконец-то послышался ее хриплый кашель.