Чтение онлайн

Я провела рукой по серебристому металлическому корпусу, а затем открыла двери, запустив утренний воздух. Привычная погрузка заняла совсем немного времени — Лиум подавал снизу, а мы с Флейм принимали.

Бегло проверив готовность систем к полёту, все заняли свои места: я пилотское, Лиум штурмана, а Флейм — пассажирское.

Далее всё шло, как по маслу — Флейм называла адреса, Лиум сверялся с курсом, а я плавно вела наш аэростат по сереющему небу то к одному, то к другому дому. Потом она выскакивала из салона, подходила к двери и вручала посылки и письма, либо оставляла последние в почтовом ящике. Флейм очень любила видеть радость людей, когда они получали ожидаемую, а то и неожиданную вещицу от кого–то за сотни километров.

Работа была не особо сложной, и мы то и дело напевали с Лиумом песни нашей любимой группы. Флейм закатывала глаза — она любила другую. Тогда мы включали встроенный проигрыватель, и там играла музыка, которая нравилась всем.

К полудню у нас осталось всего одно письмо. Оно было плотно запаковано, с несколькими почтовыми марками и печатями, довольно объёмное и с предписанием: «Отдать лично в руки». В подтверждение последнего, там стоял штамп «Заказное», а их иначе передавать нельзя. Такие случаи — редкость, и стоят недёшево. Но и за выполнение компания ручается имиджем, а он, как известно, дороже денег.

— Какой там адрес, говоришь? — уточнила я.

— Ясный Хутор, 1, профессору Й. В. Палеасу, — прочла Флейм и нахмурилась. — Странное название! Где это вообще?

— Без понятия, — ответил Лиум, вертя карту так и эдак. — По всей области ничего такого нет.

Я сдвинула брови.

— Там больше ничего не сказано?

— Тут так много всего написано, что одно наложилось на другое, — ответила подруга. — Нельзя, что ли, нормально писать?

— И всё же, поищи хорошенько. Вдруг, там есть какие–то подсказки, — попросила я.

— Ищу. Лиум, погляди, может, вместе разберёмся, — предложила она, подходя к переднему сиденью. Я предусмотрительно сбавила скорость, почти зависнув в воздухе.

— Хм, почтовый индекс, код страны, номер оплаты, ещё один код страны… — бормотал Лиум. — Сколько же отделений почты оно прошло?

Зафиксировав аэростат, я приподняла очки и тоже посмотрела на конверт. И правда, надписей там был целый вагон и небольшая тележка, и многие накладывались друг на друга.

Но хорошенько присмотревшись, можно было различить набор цифр, почти перекрытый одним из поздних штампов. Первым его заметил Лиум.

— Как думаете, что это может быть?

— Может, очередной код. Их тут куча, — предположила Флейм.

— А может, и нет. Смотрите, он написан теми же чернилами, что и адрес получателя — значит, это писал отправитель. И это напоминает мне…

— Координаты! — закончила я.

— Именно, — кивнула он, и принялся шарить по карте в поисках нужной точки.

И вскоре, таки нашёл её — далеко на севере от Тарлина, в глухой пустоши. В ней десятки лет никто не жил из–за холода и неразвитой инфраструктуры. Там нельзя было заниматься ни фермерством, ни наукой, потому что для обоих так или иначе нужно было тепло, а выделять финансы на постройки и отопление зданий в таких местах никто не собирался.

— Там же никто не живёт! — воскликнула Флейм.

— Видимо, кто–то всё–таки живёт, — возразил Лиум. — Но туда лететь часа три минимум, и надо тепло одеться.

— И проверить прогноз погоды — там бывают бураны, из которых даже на трёхместнике сложно вырулить.

— Тогда, может, подождём до завтра? — предположила подруга.

— Но завтра будут новые заказы, — напомнила я. — И кто знает, во сколько мы управимся. Сегодня нам повезло, и паром был один, но обычно их два. А значит, дел будет невпроворот.

— И что нам делать? — задался вопросом Лиум.

— Попробуй связаться с базой и узнать, есть ли у них сведения про погоду в том регионе. По поводу тёплой одежды — возьмём наши зимние пальто.

— А если мы задержимся там на дольше? Три часа туда и столько же обратно. Плюс мы можем там застрять, а еды у нас никакой. Да и я уже сейчас голодная, — пожаловалась подруга.

— Можем купить, — нашлась я. — Залетим в харчевню на перекус. В пригороде их полно.

— А ещё там связь лучше, и я смогу узнать прогноз погоды.

Долго лететь не пришлось, и мы вскоре заметили придорожное заведение со скромной вывеской.

Кирпичные стены в нём исполосовали металлические трубы и вытяжка, а под большими окнами расположились деревянные столы, кое–где со стульями, а кое–где с лавочками. За прилавком стояла полная и уже немолодая, но аккуратная женщина, протиравшая вымытую посуду. Мы заняли один из столиков у окна, и заказали сытные сэндвичи, а раз уж мы собирались в дорогу, то взяли ещё кое–чего с собой и набрали воды. Пока мы обедали, Лиуму удалось узнать прогноз погоды, и самое ясное небо обещали…

— Сегодня? — переспросила Флейм.

— Именно. Потом циклон, и ближайшую неделю, а то и пару–тройку, туда лучше не соваться.

— Значит, завтра туда лететь уже поздно, — заключила я.

— А если не доставим письмо в течении трёх дней, нам светит выговор, — напомнил Лиум, отпив апельсинового сока.

— Ой, да кто там об этом узнает? — отмахнулась Флейм. — На самом деле, им вообще всё равно.

— Не всё равно. Мы должны доставлять всё, что получаем на складе. И лучше, в течении одного дня, — не унимался Лиум.

— И как они это проверят? — скептически подняла бровь блондинка.

— По наличию подписи в бланке.

— И ещё отправитель может пожаловаться, если он ждёт ответ, — добавила я.

— Вот именно!

Флейм слушала это всё с выражением полнейшего скептицизма.

— Какие же вы наивные, — наконец изрекла она. — Аж удивляюсь, как я до такого докатилась, что с вами двумя, такими честными, общаюсь. Подпись в бланке подделывается, а до отправителя будет очень долго доходить, что что–то не так. И к тому времени, всё уже будет так.

— Во–первых, это могут обнаружить, и тогда нам попадёт. Во–вторых — и что важнее — это некрасиво с нашей стороны. Мы должны выполнять свою работу, как и всякий другой.

— Ну, не на Ясный же хутор переться! И что этому профессору там понадобилось?..

— Не знаю. Но я даже не слышала о нём.

— Вам не кажется, что это всё как–то странно? — задумался Лиум. — Похоже на десятый выпуск комиксов про врача с неопределённым именем.

— Возможно, — тут пришлось согласиться. — Но, судя по всему, тянуть нам некуда. Все на борт, — пригласила я, и мы двинулись к выходу.