Инферно. Последние дни
Шрифт:
— Ты принарядилась.
Я улыбнулась.
— Ну, мы идем в не совсем обычное место, знаешь ли.
Он растерянно оглядел себя: футболка под кожаной курткой, джинсы.
— Я не думал… В смысле, сейчас же два утра.
— Ш-ш-ш, Мос. Ты выглядишь великолепно. — Я наклонилась и подхватила Зомби. — Пошли. Нас ждут чертовски трескучие ступени.
— Ладно… И кот с нами?
Я вздохнула. Почему все всегда бросают на Зомби удивленные взгляды? Он никогда не сует нос в их дела. У него свои занятия, свои любимые местечки. Зомби тоже нуждается в спасении. И он понимает. Если бы Зомби мог говорить, он рассказал бы нам, что надвигается.
Но ничего этого я, конечно, говорить не стала. Сказала лишь:
— Его ждет свидание с деревом.
— А-а…
Мос улыбнулся и неслышно открыл дверь.
Сейчас, в отсутствие вонючего солнца, снаружи было гораздо лучше.
В прекрасном мягком звездном свете я видела мертвые листья на земле и посверкивающую в траве паутину, в которой плясали пойманные насекомые. Воздух был влажный, насыщенный запахами и звуками.
Я опустила Зомби и проводила его взглядом, когда он заскользил между грудами блестящих пластиковых мешков. В темноте горы мусора оживали, это чувствовалось в тянущемся глубоко изнутри ветерке.
Я приложила руку к одному мешку, почувствовала его прохладу и гладкость. От него пахло, как в моей комнате, как от моей ночной одежды, как от чего-то общего для меня и Зомби. Реагируя на мое присутствие, небольшие сотрясения внутри груды усилились.
— Семья, — пробормотала я, ощущая наше родство всем своим существом.
— Ну да, твоя семья. — Мос с нервным видом оглянулся на мой дом, как будто опасался, что на крыльце вот-вот вспыхнет свет и появится папа с дробовиком в руках. — Куда мы идем?
От запаха его беспокойства голод внутри меня снова забил ключом, и я пожалела, что не прихватила с собой чеснока. Взяла Моса за руку и потянула его по улице.
— Туда, где я смогу показать тебе что-то очень важное.
— Хорошо.
Он, словно в трансе, следовал за мной. У первого перекрестка, однако, я в замешательстве замедлила шаги.
Я выросла на этой улице, но за последние два месяца все здесь изменилось. Это был какой-то новый мир — множество запахов, рассыпанных в воздухе звуков и территориальных границ. Старые карты у меня в голове теперь не годились, уличные знаки сбивали с толку.
— Как пройти к станции метро, Мос?
— Мы поедем куда-то подземкой? Сейчас, типа, два тридцать.
— Нам не нужно на поезд. Просто помоги мне вспомнить. — Я сжала его руку, глядя в широко распахнутые, жаждущие глаза. — Некоторое время меня держали взаперти, ты же знаешь.
— А, да. — Он взволнованно сглотнул. — Конечно. Вон туда.
Я последовала за ним. Знакомые приметы местности проступали сквозь новую реальность — пустой участок земли на расстоянии одного квартала, живой от мечущихся по нему крошечных фигурок; мой старый детский сад, качели на игровой площадке скрипят под ветром; лучший ливанский ресторан в Бруклине. Его мусор, тоже шевелящийся и как будто живой, пах прогорклым медом и турецким горохом.
«Лус украла у меня все это», — подумала я.
Она хотела излечить меня от новых ощущений, держать взаперти от этого роскошного, полутемного мира. С каждым шагом я узнавала больше… Во мне еще осталось достаточно безумия, чтобы понимать.
Мос привел меня к станции метро, и я потянула его ко входу на лестницу, с головокружительным ощущением ликования впитывая подземный шум — типа как когда меня пронизывала la musica. Зверь грохотал, радостно извиваясь внутри меня.
— Но я думал, мы не…
— Мы не поедем на поезде, — сказала я. — Это просто путь напрямик.
— Путь напрямик? — недоверчиво переспросил он.
— То, чего ты хочешь, можно получить только под землей, Мосси. Но поверь, тебе это понравится на вкус.
Он удивленно вытаращился, но потом кивнул. Я улыбнулась и, прикрыв глаза, потянула его вниз, в свет флуоресцентных ламп. Его пульс трепетал под моей рукой.
С каждым шагом притяжение становилось все сильнее.
Мос тоже чувствовал его, как будто воздействие этого притяжения проникало сквозь мою кожу в его — электрический ток желания. Или, может, он чувствовал исходящий от меня запах — здесь, под землей, я просто источала его, зверь внутри меня подскакивал, вопя, что он почти свободен. Что бы ни было здесь, внизу, оно разорвало сдерживающие меня путы Лус. Я взволнованно провела языком по зубам.
«Не смей… есть… Мосси».
Однако остановиться и не идти вперед я не могла.
Позади меня Мос тяжело дышал, его глаза блестели, точно мокрое стекло. Когда я спрыгнула с платформы на рельсы, он не сказал ни слова, просто остановился на мгновение, а потом сделал то же самое. Его губы налились кровью, сердце пульсировало в горле. Я могла бы взять его прямо сейчас, но знала, что чем дальше мы зайдем, тем лучше будет. И потянула его во тьму туннеля.
Гравий хрустел под ногами, повсюду, издавая острый запах, бегали крошечные создания. Мои друзья, моя семья.
Потом я подошвами почувствовала дрожь… Опасность.
Мос заставил меня остановиться. Он тоже что-то почувствовал.
— Дерьмо! Это поезд?
Опустившись на колени, я приложила руку к рельсу.
— Осторожней! Он…
— Не бойся, Мос. — Я взмахнула свободной рукой. — Вон тот электрический. Этот просто чтобы слушать…
Гладкий, холодный металл под моей ладонью подрагивал, но не от приближения поезда. Все вокруг нас содрогалось: гравий, железные балки, осветительные лампы на шнурах. Сама земля сотрясалась от страха.
Призывая меня к борьбе — la lucha. [43] И Моса тоже.
И внезапно я поняла то, что лекарства Лус скрыли от меня, и что я лишь мельком ощущала в своих песнях. Это создание под землей, это создание, заставляющее землю содрогаться, было нашим врагом.
И зверь внутри меня был создан для того, чтобы сражаться с ним.
— Мы должны быть осторожны. Он рядом.
Мос шумно втянул носом воздух.
— Я слышал это, Мин, на репетициях. В твоей музыке.
43
Борьба (исп.).
— Умненький Мосси.
Он покачал головой.
— Но почему это имеет… запах?
— Потому что оно имеет тело. Оно реально и очень опасно. И, по-моему, прямо сейчас нам не стоит встречаться с ним, поэтому тс-с-с…
Я потащила его дальше в туннель, к следу, оставленному этим старым врагом, — самое подходящее место, чтобы вдохнуть жизнь в зверя внутри меня.
По мере нашего приближения я ощущала, как рвутся остальные путы Лус, как соблазны, и клубки, и споры зверя растекаются по моему организму. В конце концов, я поняла, как это работает. Здесь, внизу, зверь внутри меня вовсе не хотел съесть Мосси, он хотел дальнейшего распространения себя.