Чтение онлайн

Четвертая по Значимости причина – это дефицит государственного бюджета, который не только не был предотвращен путем ужесточения налогового сбора, но и резко возрос в связи с падением производства, сокращением реальных доходов у предприятий.

Налоговые поступления составляют 11–13 % ВВП, а расходы федерального бюджета – 20–25 % ВВП и, следовательно, его дефицит – 8 – 10 %. [25] В Западных странах этот показатель не превышает 5 – 6 %. Дефицит государственного бюджета увеличивается из года в год. Если в 1992 году он составлял 3,5 трлн. руб., то в 1993 году – уже 15,3 трлн. руб., а в 1994 году приблизился к 60 трлн. руб. [26] , в 1995 году намечался 73 трлн. руб. (для расширенного правительства 80,2 трлн. руб.) [27]

Этот дефицит до сих пор более чем на 4/5 покрывался за счет централизованных кредитов Центробанка, а следовательно, носил инфляционный характер. Не случайно, что в бюджете на 1995, 1996 гг. предусмотрены иные формы покрытия дефицита.

Бюджет 1996 г. также утвержден с дефицитом в 88,55 трлн. руб., или 3,85 % к валовому внутреннему продукту. Он будет покрываться за счет внутренних источников – в размере 56,1 трлн. руб., внешние источники составят 32,45 трлн. руб. [28]

Пятая причина инфляции в РФ – это непродуманное снятие ограничительных, Защитных торговых и валютных барьеров. Это открыло шлюзы для импорта пользующихся спросом продовольственных и других потребительских товаров. Большинство из них не являются предметами первой необходимости, но зато имеют очень высокий уровень коммерческой рентабельности (алкогольные и прохладительные напитки, табачные изделия, шоколад, аудио- и видеоаппаратура, автомобили). В связи с этим доля продуктов питания и сырья для их производства в общем объеме импорта из стран дальнего зарубежья увеличилась, по данным МВФ, с 15 % в 1990 г. до 27 % в 1992 г. Согласно сведениям российских ведомств, после этого она возросла с 23 % в 1993 г. до 30 % в 1994 г. Таким образом, за 1990–1994 гг. доля продовольствия в импорте России из дальнего зарубежья выросла приблизительно вдвое. По сообщению МВЭС, на продовольствие и потребительские товары, вместе взятые, в 1994 г. приходилось около половины всего импорта. [29] Более дешевое импортное продовольствие и некоторые промышленные потребительские товары существенно потеснили на внутреннем рынке соответствующую отечественную продукцию, а это значительно усугубило сокращение ее производства. В первую очередь данный процесс содействовал спаду в сельском хозяйстве. В 1994 г. объем продукции сельского хозяйства по сравнению со среднегодовьм показателем 1986–1990 гг. составил всего 45–50 %. Конечно, по-детски приятно взглянуть на прилавки, ломящиеся от импортных газировок и водок, но взрослым пора бы уже задуматься о конечной цене этого изобилия и последствиях для страны. Ведь легкодоступность и вседозволенность импорта продовольствия имела своим косвенным последствием затруднение ввоза в Россию инвестиционных товаров. Огромный рост инфляции, последовавший за либерализацией цен, повлек за собой стремительное повышение курса доллара на российском валютном рынке. Последний возрос со 110 руб/дол. в начале 1992 г. до 5000 руб/дол. в мае 1996 г. При этом основной движущей силой повышения курса доллара к рублю является спрос на валюту для приобретения продовольствия и предметов потребления. Повышение же курса доллара, в свою очередь, существенно снижает возможности импорта средств производства, которые и без того были относительно дороги на Западе по сравнению с российским уровнем.

Угроза «импорта» инфляции возрастает по мере вытеснения с внутреннего отечественного рьика продукции отечественного производства импортом. Доля импорта промышленных товаров длительного пользования в их реализации достигла в 1994 году 70–80 %. По данным Торгово-промышленной палаты России, импорт обеспечивает в настоящее время (1995 г.) около 40 % всего розничного товарооборота. А помощник президента по экономическим вопросам А. Лившиц считает, что потребительский рынок Захвачен уже на 55 %, и прогнозирует увеличение доли товаров из-за рубежа на этом рынке к 1996 году до 70 %. [30]

Все более важным становится внешний фактор инфляции, связанный с процессом долларизации. Если за весь 1993 г. чистый приток наличной СКВ из-за рубежа составил порядка 5, 7 млрд. дол., то только в 1-ой половине 1994 г. этот показатель достиг уровня 8,3 млрд. дол., а за 1995 г. – 20 млрд. дол. США. [31]

За три месяца 1996 года коммерческими банками уже ввезено 5,83 млрд. наличных долларов и в апреле т. г. еще 3 млрд. только долларов. [32] В ходе симпозиума «Международные операции российских банков», состоявшегося 20 января 1995 г. в Дипломатической академии МИД РФ, была высказана мысль, что долларовая денежная масса сейчас вдвое превышает рублевую денежную массу.

Фактическое превращение наличной иностранной валюты в том или ином объеме в один из компонентов внутренней денежной массы действительно создает дополнительный очаг возбуждения «инфляции спроса». Приобретаемые в России доллары увеличивают величину суммы цен товаров и услуг в стране, а следовательно, нуждаются в дополнительном платежеспособном рублевом спросе со стороны предприятий, банков и населения. Только в 1994 году расходы в России на покупку валюты составляли примерно 50 трлн. руб. Если купленный За рубли валютный товар – доллары, марки, фунты стерлинги и т. д. – находится в Запасах (резервах) как внутри страны, так и За ее пределами, то его эквивалент (рубли) остается во внутреннем денежном обращэ-нии, усиливая инфляционный процесс. Иностранная валюта в России официально не выполняет денежные функции средства обращения и платежа (за исключением «черного» рынка), т. е. в стране нет законного параллельного обращения других валют, кроме рублей.

Вывоз долларов за границу равносилен экспорту других товаров, что обостряет инфляционные процессы внутри страны. По имеющимся оценкам валютные резервы юридических и физических лиц за рубежом достигали на начало 1995 года суммы более 50 млрд. дол. [33] По данным Центробанка, около 20 млрд. дол. выручки от экспортно-импортных операций в 1995 г. не были использованы для закупок.

Шестая причина – инфляционная налоговая политика государства.

Налог на добавленную стоимость – один из наиболее мощных стимуляторов инфляционного роста цен. Причем методика налогообложения играет в этом главенствующую роль. При действующем механизме базой налогообложения является не официально декларируемая даже в названии налога «добавленная стоимость», а весь оборот.

Любой производитель на всех производственных переделах добавляет к цене своей продукции или услуги 20 %, т. е. происходит накручивание цены, своего рода «капитализация» НДС на всех этапах. А бюджет получает только разницу между взятым с покупателя и уплаченным поставщикам порядка 10 %, причем со значительным разрывом по времени. Конечному потребителю это несет многократное увеличение цены. Еще один методологический огрех связан с тем, что налог на добавленную стоимость исчисляется с учетом акцизов, т. е. принцип однократности налогообложения, который заложен в НДС, нарушается постоянно и безнаказанно.

В ставках подоходного налога упор сделан в основном на средний класс и ниже среднего (по российским меркам).

Пока налогообложение больше построено по держимордовскому принципу: давить и не пущать.

Седьмая причина, перекликающаяся с пятой, но имевшая и до сих пор имеющая такое катастрофическое значение, что ее следует выделить.

Это антигосударственное разрешение значительную часть хозяйственных операций, сделок купли-продажи осущэствлять с наличными деньгами. В 1994 году наличная денежная масса (МО) составляла 34, 3 % [34] от безналичной, в 1995 г. – 40 %. [35] Плюс к этому миллиарды долларов, которые тоже активно участвуют в налично-денежных процессах, несмотря на все запреты. Особенность налично-денежного оборота в том, что его очень трудно учесть и проконтролировать. Но он чрезвычайно удобен, если нужно уйти от налогообложения. Мощный толчок этому процессу был дан в 1992 году.

Восьмая причина – это нынешняя макроэкономическая политика властей. Вчерашняя, да и сегодняшняя государственная антиинфляционная политика ориентируется на трактовку инфляции как исключительно монетарного явления, сводимого только к инфляции «спроса», и поэтому ограничивается простым торможением всеми возможными способами роста объема денежной массы. Она практически игнорирует фактор «инфляции издержек».

Между тем инфляционный процесс в России имеет чрезвычайно сложный, комплексный, многогранный характер. Скачкообразное повышение цен на энергоносители, сырьевые материалы, металл, транспортные услуги, связь, т. е. момент «инфляции издержек», приводит к значительному повышению стоимости готовых изделий.

Что касается борьбы властей с «инфляцией спроса», то существенным ее дефектом является отсутствие анализа структуры совокупного платежеспособного спроса, учета социального среза этого спроса. Осуществление реформы в России сопровождается стремительным расслоением общества, делением его на собственников и несобственников, соответственно на богатых и бедных.

Ведь наиболее действенное инфляционное давление на потребительские цены оказывают именно богатые слои населения, так называемые «новые русские». Конечные продавцы ориентируются при установлении цен в первую очередь на возможности богатых. В результате значительная часть населения оказывается практически неплатежеспособной.