Чтение онлайн

Негативно настроенная публика в РФ в 2014-2015 годах «привыкла» черпать информацию из антироссийских украинских СМИ. Для такой публики украинские СМИ есть «самый авторитетный источник». Следить за украинскими СМИ по Интернету для россиян не составляет никаких сложностей. Имеются признаки, что ведущие русскоязычные украинские СМИ специально «перенастроены» на подрывную работу с российской аудиторией. Вбросы в украинских СМИ часто становятся «генераторами» волн в соцсетях Рунета. Украинские СМИ также активно используются для технологии подмены понятий. Судя по направленности «подмены понятий» в украинских СМИ наши оппоненты в скором времени сосредоточатся на расшатывании ситуации в регионах РФ, прежде всего на Урале, Сибири и Северном Кавказе.

Внедрение новой («антивоенной») оппозиционной платформы осуществляется нестандартным путем. Такие деятели как Касьянов, Навальный, Яшин пока не играют активной роли. Платформа внедряется не через «лидеров оппозиции» (не пользующихся большой популярностью), а как бы «через народ». В соцсетях создается «среда массового недовольства». Негативные темы вбрасываются через «клуб интеллектуалов» (популярных блогеров, медийщиков, идеологов протеста), затем массированно раскручиваются и продвигаются через тематические группы. У попавшего в такую сетевую среду человека возникает искреннее чувство, что кругом все ругают власть, растет протест, и ситуация «вот-вот вскипит». Погруженный в такую искусственную среду человек становится весьма податливым манипуляциям. Сначала создается искусственная реальность – фантом массового протеста, затем провоцируется массовый протест.

Серия террористических атак осени 2015 разрушила иллюзию мирной жизни. 10 октября 2015 атакована Турция, 31 октября Россия, 12 ноября нанесен удар по Ливану, 13-14 ноября по Франции. Теперь «нулевого риска» нет нигде в мире. Сирийская повестка стала мировой повесткой дня.

Террористическая война с Ближнего Востока «выплескивается» в мир. Возникает «новая реальность», которая пока еще не осознана. Общество переживает болевой шок. Растерянность. Паника. Обилие версий. Ожидание новых ударов. Шоковое состояние не дает обществу возможности осознать, что происходит.

Характер идущей мировой войны – информационно-террористический. Террор против гражданского населения неотъемлемая составляющая такой войны. Террор выполняет «служебную роль», будучи триггером последующих информационных и политических атак на то или иное государство. Террор плюс «программирующее» освещение террора есть способ управления общественным сознанием через «шоковые воздействия».

Такой мощи информационное оружие применяется впервые. Его вполне можно назвать «оружием массового поражения». Когда человек введен в состояние «шока», его поведение ему неподконтрольно. Ни ценности, ни здравый рассудок не работают. Работают «рефлексы» в ответ на внешние воздействия. Когда человек в панике, им легко манипулировать. Человек, находящийся на грани паники, способен поверить в самые невероятные вещи.

Люди, охваченные паническими настроениями, обычно легко поддаются внешней «кодировке поведения». Они способны на безрассудные поступки, в том числе, на мало мотивированные акции протеста. Они способны на насилие. Такие люди подвержены вербовке в экстремистские организации, в тоталитарные секты, в радикальные политические течения.

Так же и общество. Шок, наступивший в результате теракта или другого события-триггера, снижает защитный иммунитет общества к внешним воздействиям. Под воздействием шока (или серии шоков) массовое сознание переходит в измененное состояние.

В измененном состоянии общество легко подхватывает деструктивные установки (установки к саморазрушению). Внедрение общественных установок на саморазрушение есть информационный террор. В результате информационно-шоковых воздействий происходит разрушение идентичности. Люди готовы верить в самые фантастические небылицы, готовы совершать поступки во вред себе и своим близким. Деструктив становится массовой моделью поведения, одобряемой «нормой».

Примером массовой жертвы информационного террора является украинский народ. Общественное мнение Украины подверглось серии изощренных информационно-шоковых воздействий в 2013-2015 гг. Надо полагать, что Украина стала полигоном отработки методов информационной войны. Последствия «шоковых воздействий» тяжелые. Надо готовиться к тому, что оружие изменения массового сознания, доведенное до «шоковой» силы воздействия на украинском полигоне, будет применяться в мировом масштабе. А Украина будет оставаться полигоном отработки «сильнодействующих средств» воздействия на массовое сознание.

Информационная кампания деструктивных политических сил по запугиванию россиян по поводу возможных новых террористических атак практически полностью совпадает с пропагандой ИГИЛ и поддерживающих ее структур. Деструктивная несистемная оппозиция, ожидающая скорого «краха режима», заинтересована в новых терактах. «Если Путин победит в войне с ИГИЛ, «режим» окрепнет, и шансов на утверждение демократии в ближайшем будущем не останется». «Желание поражения в войне собственному государству» – на фоне «непопулярной» сирийской войны, экономического кризиса и постоянных угроз террора – вот идеологический фундамент деструктивных политических сил в РФ. «Внешняя оболочка» деструктивной идеологии: «антивоенная платформа», призванная объединить противников режима из самых разных лагерей – от националистов и либералов до северокавказских джихадистов и сепаратистов всех толков из разных регионов РФ от Калининграда до Владивостока. Такую «общенациональную» сборную команду, собранную на антивоенной платформе, можно назвать «новая оппозиция». Их «внутренняя закрытая идеология» – оправдание террора против РФ. С характерным заявлением выступил Михаил Ходорковский сразу после теракта в Париже. Современная Россия «мало чем» отличается от террористической группировки «Исламское государство», не признающей ценность человеческой жизни. Об этом экс-глава «ЮКОСа» Михаил Ходорковский написал на сайте своего движения «Открытая Россия», комментируя теракты в Париже 13 ноября, в результате которых погибли 129 человек. Выдвинут важный идеологический постулат, который войдет в платформу «новой оппозиции». Современная Россия объявляется по сути дела таким же «террористическим государством» как ИГИЛ.

Здесь уместно вспомнить высказывание в Twitter официального представителя Украины в ООН Сергеева о том, что Россия – «главный источник мирового терроризма». Разумеется «совпадение» таких заявлений, сделанных в один день и по одному поводу, не случайны.

С 30 сентября 2015 года – с момента начала операции российских ВКС в Сирии противник находился в ожидании «плохих событий» в отношении РФ. 3 октября 2015 Барак Обама заявил: «Действия России в Сирии – рецепт катастрофы». С подачи непосредственно Обамы в западных СМИ, в Рунете и в социальных медиа была развернута скоординированная кампания «рецепт катастрофы». Нагнетались ожидания предстоящих поражений России, военных потерь и терактов.

Противником был создан типовой сценарий информационного реагирования («рецепт катастрофы») на случай чрезвычайных ситуаций, которые могут произойти в России или на сирийских фронтах:

Как только произошла трагедия в небе Синая 31 октября 2015, в первые же часы после катастрофы данный типовой сценарий реагирования «Рецепт катастрофы» был запущен на полную мощь.

Особое внимание надо уделить той информационной войне, которая развязана против Президента России. Концентрация главного удара на личности Президента не случайна. Тот уникальный патриотический подъем, который держится в России с момента Крымской весны, основывается на высоком уровне доверия населения и элит РФ лично В.В. Путину. Противник уверен, если подорвать доверие к Президенту, государство будет резко ослаблено.

Антиконституционный государственный переворот на Украине, осуществленный при активном участии США и стран ЕС, привел к государственному коллапсу, расколу общества и началу открытой фазы гражданской войны. Вашингтон и его западные сателлиты выступили в роли управляющей силы, покровителей новых киевских властей и сразу развернули информационно-психологическое наступление на противников «майдана».

Особое значение украинского фактора в проводимой против России информационной войне обусловлено стремлением Запада разрушить традиционно братские отношения между представителями единого славянского народа, веками связанного общей исторической судьбой.