Чтение онлайн

Традиционно науки о человеке (физиология, психология и др.) рассматривают человеческое сознание как природное и социальное явление, вне аспекта его искусственного воспроизведения. Однако и здесь при решении, например, психофизиологической проблемы современный анализ приводит к такому выводу: "С большой степенью вероятности можно утверждать, что биологическая эволюция не использовала все потенциальные пути саморазвития материи и что поэтому творческая мысль способна нащупать такой вариант самоорганизации, который на фоне биологической самоорганизации выглядит действительно оригинальным" [24]. Кибернетика в виде машинного интеллекта дает крите

129

рий искусственного воспроизведения мышления. Это обстоятельство приобретает решающее значение в познании конкретных механизмов естественного (человеческого) разума. Необходимость работ по созданию искусственного (машинного) интеллекта вызвана прежде всего несовершенством человеческого мышления - невелик объем памяти, мала скорость переработки информации, медленно обучение, трудны вспоминание и выборка, неизбежны искажения. Кроме того, выявлены все виды биологических лимитов интеллектуальных способностей, начиная от ограниченного числа элементов в мозгу до небольшой продолжительности жизни человека и предельности непосредственного информационного восприятия. Нет оснований считать, что для будущих вычислительных машин такие ограничения будут иметь силу. Искусственный интеллект может быть лишен этих "недостатков" человеческого мозга.

Специалисты в области искусственного разума полагают, что создание последнего - лишь дело времени. На этом пути стоит прежде всего проблема сложности [25]. В свое время Ламетри попытался доказать материальное единство человека, преодолеть дуализм души и тела. Поскольку мир в то время считался "бимодальным" - предполагалось, что он состоит либо из простых систем типа часового механизма, либо из слишком сложных систем типа человеческого мозга, Ламетри ничего не оставалось, как сравнить человеческий организм с часовым механизмом. В настоящее время оценка сложности изменилась. Электронные вычислительные машины представляют собой кибернетические системы, по уровню сложности приближающиеся к человеческому мозгу. В решении проблемы машинного мышления важно осознание того, что логико-информационное содержание человеческого мышления есть процесс объективный; его можно воспроизвести отдельно от человека в системах из неживых элементов при условии их большой сложности [26].

В зарубежной литературе по искусственному интеллекту доминирует подход, провозглашающий: "Искусственный интеллект - это по существу инженерная дисциплина. Мы хотим строить разумные системы" [27]. В настоящее время вместо единой общей теории искусственного интеллекта существует ряд теоретических дисциплин, которые должны изучаться теми, кто выбрал искусственный интеллект своей специальностью. К ним относятся математическая логика, структурная лингвистика, теория вычислений, теория информационных структур, теория управления, статистическая теория классификации, теория графов и теория эвристического поиска. В число основных направлений этой области входят автоматические методы решения задач, "понимания" и перевода языков, доказательства теорем и распознавания зрительных образов и речи. Все это говорит о том, что проблема искусственного интеллекта - это, по существу, проблема кибернетики. Кибернетическое освоение мира, с одной стороны, опирает

130

ся на систему логико-математических абстракций и упрощающих идеализаций, а с другой - вызывает к жизни устройства, функционирующие в реальном масштабе времени. Например, теорию роботов отличает от формального доказательства теорем то, что она соотносится с реальным миром; роботы конструируются также из физических реальных вещей. Поэтому наука об искусственном интеллекте нуждается не только в технических, но и в более общих кибернетических и методологических принципах, выполняющих регулятивную функцию в научном исследовании и осуществляющих с помощью соответствующих понятий основную стратегию, ориентированную на социальные ценности. Концептуальный анализ этих понятий составляет задачу философской науки.

Философские выводы и будущее кибернетики в значительной степени зависят от ответа на следующие вопросы: могут ли машины в своем развитии достигнуть того, что правомерно было бы назвать интеллектом? Существует ли заслуживающая внимания перспектива объяснения интеллекта живого существа, в особенности человека, через его физическую структуру? Эти вопросы, относящиеся к осуществимости машинного интеллекта, обсуждаются, например, К. Штейнбухом [28]. Ответить на них однозначно, по-видимому, невозможно, так как для этого еще нет достаточных оснований. Первый вопрос предполагает различные ответы, при этом сказывается неопределенность понятия "интеллект", а также готовность (или не готовность) исследователя смело экстраполировать научно-техническое развитие. "Я убежден, - подчеркивает М. Минский, - что на протяжении жизни одного поколения очень немногие области интеллектуальной деятельности останутся вне сферы возможностей машин, т. е. проблема создания "искусственного разума" будет по существу разрешена" [29].

Некоторые авторы полагают, что несмотря на быстрый прогресс развитие машинного интеллекта будет отдаленным. "На сегодня, - пишет Б. В. Бирюков, спор о возможности создания искусственного мозга, проявляющего черты человеческой психики, бесплоден. Разговоры о мыслящих машинах без кавычек это перенесение антропоморфных представлений в область кибернетического конструирования. В такой постановке вопрос "Может ли машина мыслить?... вряд ли принадлежит к числу актуальных философских проблем, выдвинутых кибернетикой" [30]. Для большей точности необходимо отметить, что в приведенном высказывании говорится не столько о машинном моделировании мышления, сколько о моделировании человеческой психики вообще. Вместе с тем нужно сказать о том, что наши представления подчас отстают от действительного прогресса в этой области. В самом деле, если мы будем располагать программами, способными к самосовершенствованию (а проблема эта становится на практические рельсы), то процесс развития будет быстрым. Так

131

как машина будет улучшать модель самой себя (в соответствии с ее моделью внешнего мира), мы сможем наблюдать феномены, которые характеризуются понятием "интеллект". Поэтому на вопрос о том, считаться ли с будущим развитием машинного интеллекта или этого не делать, очевидно, следует ответить положительно. Принятие позитивного подхода стимулирует развитие.

Мнения по второму вопросу, относящемуся к физическому объяснению человеческого интеллекта, также сильно расходятся. Один из самых "веских" аргументов против машинного интеллекта состоит в следующем: то, что выполняют кибернетические машины, нельзя назвать мышлением, так как это лишь физическая модель мышления, не имеющая с ним, кроме внешнего сходства, ничего общего. В данном случае наблюдается своего рода интеллектуальный "фетишизм", в результате чего понятие интеллекта наделяется какими-то ирреальными свойствами.

Кибернетический подход к проблеме интеллекта предполагает признание неразрывной связи живого и неживого [31]. А. А. Ляпунов с позиций развиваемой им концепции управляющих систем живой природы [32] высказывает убеждение в том, что жизнь и сознание можно будет в конечном счете понять через анализ лежащих в их основе физических процессов. Г. Франк пишет: "Можно предположить, что к концу нашего столетия возникающая ныне "наука о духе" ознаменуется тем, что она не будет больше говорить о "духе" и его производных, а скорее разложит его на компоненты и через систему информации и информационных процессов лишит его спиритуальности" [33].

В той мере, в какой действия машины влияют на среду, разумная система должна содержать модель самой себя. Рассуждения о форме такой модели ведут к любопытному выводу о том, что разумные машины неохотно будут верить в то, что они только машины. М. Минский приводит следующие доводы. Наша модель "самого себя" имеет двойственный характер, включая часть, касающуюся физической или механической среды, и часть, связанную с социальной и психологической стороной [34]. Мы вынуждены рассматривать обе эти части порознь по той причине, что не имеем удовлетворительной физической теории умственной деятельности [35]. Мы не можем отказаться от такого разделения до тех пор, пока не создадим объединенную модель. Если мы спросим машину, что она за существо, она не сможет ответить "прямо" на вопрос, она должна исследовать свою модель (или модели). И она должна ответить, что, по-видимому, является чем-то двойственным, имеющим две части - "душу" и "тело". Даже робот, делает вывод М. Минский, если его не снабдить теорией искусственного мышления, сохранил бы дуалистический взгляд в данном вопросе [36].

Это замечание способствует выработке необходимых предпосылок научной теории интеллектуальной деятельности как естественных, так и искусственных систем разумного поведения и на

132

правлено против дуализма, рассматривающего функционирование организма как следствие взаимодействия "души" с "телом". Оно показывает неправомерность и ложность виталистических представлений о духовной деятельности.

Специалисты в области человеческой психологии считают, что психическое может быть объяснено только психологически, то есть на основе психических процессов. Это положение было канонизировано длительной традицией, но верно ли оно? По-видимому, правомерно поставить вопрос о совместном развитии психологии и кибернетики [37], по крайней мере, если речь идет о создании единой теории интеллектуальной деятельности. На сегодняшний день для объяснения психических процессов через физические структуры нет ни логически проведенных доказательств, ни логически подтвержденных опровержений. Но кое-что уже сейчас говорит в пользу того, что для такого объяснения достаточно физических структур. Современная научная теория мышления исходит из того, что, несмотря на всю свою сложность, процесс мышления так же познаваем, как и любой другой природный процесс.