Чтение онлайн

«Боевые действия на Восточном фронте в течение марта месяца не подтвердили данную информацию (сведения, переданные Бринкманом и Дином. — В. Л.), ибо бои эти показали, что основная группировка немецких войск, включавшая 6-ю танковую армию СС, была сосредоточена не в Померании и не в районе Моравска-Остравы, а в районе озера Балатон, откуда немцы вели наступление с целью выйти к Дунаю и форсировать его южнее Будапешта.

Этот факт показывает, что информация, которой пользовался генерал Маршалл, не соответствовала действительному ходу событий на Восточном фронте в марте месяце. Не исключена возможность, что некоторые источники этой информации имели своей целью дезориентировать как англо-американское, так и советское командование и отвлечь внимание советского командования от того района, где готовилась немцами основная наступательная операция на Восточном фронте… Это сообщение я считал своим долгом довести до сведения генерала Маршалла исключительно для того, чтобы он мог сделать соответствующие выводы в отношении источника этой информации» [164] .

Аргументы, изложенные в письме Антонова, звучат убедительно и очень дипломатично.

Генерал Антонов в марте 1945 года не знал, что сведения, которые смогли добыть советские военные разведчики о переброске 6-й танковой армии СС в Венгрию, были получены одним из сотрудников ГРУ из британских источников. Это значит, что британская военная разведка имела сведения о том, куда же на самом деле направляется 6-я танковая армия СС. Полковник Бринкман, находившийся в Москве, сообщил 11 февраля 1945 года первые сведения о начале переброски немецкой танковой армии на Восточный фронт. Естественно, за десять дней британская и американская разведки добыли новые сведения о передвижении 6-й танковой армии СС. Дин, передавший Антонову ложную информацию, получил ее из Лондона, где уже было известно, что армия генерала Дитриха тайно перебрасывается в Венгрию. Генерал-майор И. Скляров получил 20 февраля от источника в британском военном ведомстве достоверные сведения о движении 6-й танковой армии СС и своевременно передал их в Москву. Кто же подставил американского генерала Дж. Дина, видимо, уже навсегда останется тайной Балатонского «кроссворда».

Несомненно, Гитлер и его помощники сделали все возможное, чтобы операция «Грей» была проведена незаметно для разведок союзных государств. И все-таки советская военная разведка смогла добыть сведения о переброске немецких войск в район озера Балатон, что и помогло войскам маршала Ф.И. Толбухина выдержать в марте 1945 года сильнейший танковый удар противника, сорвать его замыслы и перейти в наступление…

В 1945 году март и апрель были самыми напряженными месяцами в деятельности Главного разведывательного управления. Заключительный этап Великой Отечественной войны был динамичным и требовал принятия срочных и безошибочных политических и военных решений. Верховный главнокомандующий в первую очередь интересовался точными данными о планах руководства фашистской Германии, о положении на фронтах, о продвижении войск союзников, уже вступивших на германскую территорию, о ходе боевых действий в Албании, Австрии, Венгрии, Польше, Югославии, Италии и многим другим.

В первых числах марта в Генштабе была завершена разработка плана Берлинской операции. 8 марта в 20.00 по приглашению Сталина, который в те дни болел гриппом и три дня находился на Ближней даче, к нему прибыли члены ГКО Молотов, Берия, Ворошилов и Вознесенский. Доклад о плане Берлинской операции, завершавшей Великую Отечественную войну, сделал новый начальник Генерального штаба генерал армии А. И. Антонов. Маршал А. М. Василевский, который руководил работой Генерального штаба с июня 1942 года, в феврале 1945-го был назначен командующим 3-м Белорусским фронтом.

12 марта Сталин почувствовал себя несколько лучше и прибыл в Кремль. Во второй половине дня он заслушал доклад генерала армии Антонова о положении на фронтах, поинтересовался положением дел у маршала Толбухина.

— Генерал Ильичев сообщает, что немцы, возможно, попытаются использовать 6-ю танковую армию СС на одном из флангов своего удара с обеих сторон озера Балатон, — сказал Сталин. — Что вы по этому вопросу думаете?

Антонов ответил, что он получил специальное донесение из ГРУ, в котором сообщается о возможном охвате флангов 3-го Украинского фронта.

— Немцы хотят прижать войска Толбухина к Дунаю, — сообщил Антонов, — и попытаться уничтожить их. Однако у них ничего не получится. Планы Дитриха сообщены Толбухину. Меры по отражению контрнаступления противника приняты.

Сталин отдал генералу армии Антонову необходимые указания…

17 марта Сталин получил от начальника военной разведки специальное донесение, в котором сообщались сведения исключительной важности.

Начальник ГРУ докладывал: «Наш заслуживающий доверия источник сообщил содержание… телеграммы Риббентропа немецкому посланнику в Ирландии. Риббентроп предложил устно через посредников или иным другим путем довести до сведения видных английских и американских деятелей, что Германия защищает Европу от большевизма, и если англичане и американцы этого не поймут, то она вынуждена будет выбирать между миром с СССР и миром с Англией и США».

Сталин, как опытный политик, понимал, что рано или поздно такая ситуация могла возникнуть. Доверяя Рузвельту и Черчиллю, с которыми он в начале февраля провел переговоры в Крыму, Сталин тем не менее не исключал, что на заключительном этапе войны германское руководство может пойти на сближение с США и Великобританией и, таким образом, сдать союзникам большую часть территории Германии…

Начальник военной разведки получил указание сосредоточить усилия на своевременном выявлении контактов между политическими и военными эмиссарами фашистской Германии с одной стороны и представителями США и Великобритании — с другой. Так в последние дни войны военным разведчикам пришлось провести еще одну операцию, которая в ГРУ не получила никакого условного наименования.

К проведению этой операции были привлечены многие разведчики. Они должны были установить места контактов представителей американской разведки и эмиссаров фашистской Германии, выявить участников этих контактов и, естественно, добыть данные о содержании этих переговоров. Одновременно военные разведчики должны были добыть исчерпывающую информацию о том, почему войска союзников перестали встречать на Западном фронте сопротивление немецкой армии. Задачи были определены Верховным главнокомандующим и требовали, как всегда, безотлагательного решения и точных, доказательных ответов. В данном случае от расторопности, собранности и способности, точнее — готовности военной разведки решать подобные задачи зависел успех не какой-либо отдельной фронтовой операции, а сохранение системы взаимодействия СССР, США и Великобритании на завершающем этапе войны в Европе. Можно сказать, что на карту были поставлены итоги Великой Отечественной войны.

Вскоре усилия военных разведчиков дали первые положительные результаты.

24 марта 1945 года, выполняя указания Верховного главнокомандующего, начальник ГРУ генерал-лейтенант И. Ильичев направил в США одному из своих резидентов следующее срочное указание: «Директор — «Морису». По имеющимся данным, немцы не оказывают сопротивление войскам союзников. Желательно выяснить правдоподобность этих данных и планы союзников по дальнейшим операциям в Европе…».

Через три дня Морис сообщил, что, по достоверным данным, которые имелись в его распоряжении, «немецкое Верховное командование меньше внимания уделяет Западному фронту, а сосредотачивает усилия для достижения стабилизации положения на Восточном фронте, которое является наиболее критическим».

Далее Морис сообщал, что «немцы не смогут начать контрнаступление на Восточном фронте приблизительно до середины апреля… В настоящее время разрабатывается план наступательной операции в Верхней и Нижней Силезии с целью окружить большое количество передовых войск Красной армии в этом районе».

Отвечая на вопрос Центра о ближайших планах союзников, Морис сообщал, что «текущие операции американских войск имеют целью захват переправ через Рейн. Одну переправу американцы намерены захватить севернее Рура, вторую — в районе Франкфурта…».