INKOGNITO
Шрифт:
Улыбается. Господи да сколько можно скалиться?
– Приятно быть тем, кто обескураживает тебя, маленькая.
Нет, ну это невыносимо!
Я дергаюсь, чтобы встать, но… мужчина резко отрывает спину от кресла и крепко сжимает меня в объятиях. Не даёт уйти. Как и обещал… не сбежать.
– Всему своё время, Лейла, – тихо говорит он.
– Да уж, Аарон, – шиплю тоже тихо. – Всему своё время.
Его пальцы ныряют в мои влажные волосы, проводят по локонам, достигают головы… и массажируют её мягко. Боже, прекрати.
– У тебя очень красивые волосы, – мужчина направляет мою голову, чтобы я смотрела ему в глаза. – Густые ресницы, глубокие глаза… – его уста подрагивают в микро-улыбке. – Очень соблазнительные губы, склонные к сопротивлению…
Сглатываю. Откуда столько слюны скопилось?
– За этим приятно наблюдать, – черные глаза полны уверенности.
В зрачках Келлера я вижу своё отражение. Вижу себя его глазами. И вправду роскошная. И в его взгляде я еще сильнее. В его глазах я вдруг – не разгадана им. Не могу сдержать улыбку, потому что это несказанно радует меня. Не всё потеряно и уравнение еще не решено…
Губы Аарона приближаются ко мне.
– Даже не думай, Келлер, – упираюсь ему в грудь. – Эти губы правда умеют сопротивляться.
– Знаю, хочу это ощутить… – заявляет хрипло. – …как сопротивляется твоя улыбка.
Черт, я что до сих пор улыбаюсь?
Осознать не успеваю, потому что мои губы накрывают. Горячо и влажно с мужским стоном. И почему все прекрасные любовники такие маньяки? Несправедливо, боже…
Сопротивляюсь.
А он своими настойчивыми губами лишь шире растягивает мою улыбку. Не позволяет ей исчезнуть. Вылизывает и проникает этим вылизыванием внутрь. Нечем дышать от его такого одержимого контроля. И зачем вам, мистер Хаддад, сдался этот Келлер? Сейчас бы придушила и всё…
…а приходится целовать.
И вылизывать его приходится.
И балансировать между сопротивлением и теоретически возможным желанием.
Идти на сближение приходится. П р и х о д и т с я.
Какой же глубокий поцелуй. Разрывающий. Соединяющийся с каждым его касанием на моей заднице. Чувственное сжатие мышц и кожи отдается порочными спазмами… это мурашки. Они влажные, в отличие от киски. Ей непозволительно быть такой идиоткой. И всё это Аарон прекрасно знает…
…влажные капли на шее слизывает вместе с тупыми мурашками. Полотенце не выдерживает того, как вздымается моя грудь, и оно развязывается. Сползает по коже. Грубые ладони нежно поглаживают мою оголившуюся спину. И ей хорошо. И шее хорошо. И губам. Лишь мои собственные ладони сохраняют адекватность, все еще опираясь.
– Позавтракай, Лейла, – хрипло командует Аарон, целуя мою ключицу.
– С удовольствием! – практически восклицаю, надеясь побыстрее оказаться подальше от него.
Келлер посмеивается, но отпускает меня. Наконец-то!
Я выскальзываю, прихватив полотенце с собой. Иду к столику и совсем неожиданно чувствую, что мужчина подносит кресло и галантно помогает мне усесться. Ну, какой же он больной! Когда здравый еще более больной…
Сам Келлер укладывается на постель, подставив локти под спину. Видимо планирует и дальше как маньяк разглядывать меня. И, кажется, сегодня он в прекрасном настроении. Еще бы…
На подносе тосты и салат. Снова ничего мясного.
– Я, кстати, очень люблю сочные стейки средней прожарки, – принимаюсь за еду, не поворачивая головы к мужчине.
– Знаешь почему хищники после охоты всегда спят, Лейла?
Я подавилась тостом. Кинула на Келлера хмурый взгляд. Просто блин Мистер “Я задаю самые идиотские вопросы”!
– Пища животного происхождения плохо усваивается, – продолжает он, не дождавшись моего ответа. – Из-за этого происходит упадок сил.
– Да уж… – накалываю листья салата.
– Твоё тело должно быть энергичным, а ум – ясным. Договорились, моя хищница?
– Для чего? – делаю глоток зеленого чая.
В ответ молчание. Ну, конечно.
– Не переживай, у тебя будет сбалансированное растительное питание.
В ответ молчу. Ну, конечно.
Доедаю. И когда заканчиваю, беру в руки пластиковый флакон с таблеткой. Разглядываю подозрительный штрихкод, поджав губу. Я уже, конечно, всё решила. Придётся принять эту таблетку. Потому что мне нужно выйти отсюда. И потому что… это шаг на пути к доверию, которое я хочу вызвать в Аароне.
– Если бы я хотел навредить тебе, то давно бы сделал это.
То есть это он еще не вредит мне? Смешно, блять…
Снимаю колпачок и закидываю таблетку в рот, жмурюсь и жадно пью воду. Не верю, что решилась на эту очевидную лажу.
– Умница, – довольно сообщает Аарон.
Встаю и делаю несколько шагов к нему, сложив руки на груди.
– Ты обещал, что я смогу выйти.
– Выходи, – слишком просто соглашается Келлер.
Но раздумывать над его микро-улыбками я не собираюсь. Прямо в полотенце хватаюсь за ручку и выхожу.
Оказываюсь в небольшом коридоре прямоугольной формы. Света почти нет. Голые «пирамидские» стены. Три двери, кроме той, что я открыла. Подхожу к первой и дергаю за ручку – закрыто. Чувствую спиной, что Келлер вышел следом за мной. Игнорирую, подходя к другой двери. Трясу со всей силы – тоже закрыто. Уже начинаю злиться… Подхожу к третьей двери, слишком резко открываю, потому что она неожиданно легко поддается. Вскрикиваю и отпрыгиваю на месте.
Мумия. Передо мной.
Твою же…
Разворачиваюсь к больному Келлеру и шиплю на него:
– Какого хрена, Аарон?! Хватит уже этих фокусов! – сердце с надрывом колотится.
Хорошо, что дверь позади меня сама захлопнулась, потому что я бы… лучше сдохла, чем снова столкнуться с этим многовековым трупом в паутине.
– Ты же хотела выйти, – издевается он.
– Очень смешно. Что за закрытыми дверями? – мой голос требовательный.
– Лаборатория.
– За двумя?
– За второй – моя спальня.
Он меня что за идиотку держит?!
– Если тут четыре двери – моя спальня, твоя, лаборатория и «гроб» с мумией, то… где же настоящий выход, Аарон?!
– Выход, который тебя интересует, Лейла, слишком далеко, – и снова издевается. – Но если тебе интересно от куда я прихожу…
Его взгляд поднимается к потолку. Я повторяю за ним и вижу… в потолке люк!
– Гадство… – признаю я.
Непонятно как он тут взбирается, а от того непонятно как туда взобраться мне. И спрашивать даже не буду, конечно, не скажет. Но… спрашиваю другое, а вдруг – ведь он сегодня такой разговорчивый: