Чтение онлайн

— Круто! Тогда я заказываю билет. По-моему, ближайший рейс в два. Вы успеете?

Андре посмотрел на часы — половина двенадцатого.

— Да.

— Я встречу вас в аэропорту…

— Не стоит. Я сам найду тебя.

— Да мне не трудно…

— Я сам найду тебя, — повторил Андре.

— Хорошо, брат, дело ваше. Тогда до вечера.

Андре повесил трубку.

Надо решать, что делать с Иваном. Оставить здесь? Слишком опасно. А вдруг мальчик не сдержится и начнет колдовать? Взять с собой? В принципе, можно. Вряд ли этот Денис сообразит, что Ваня колдун, если только мальчик не будет перед ним управлять вероятностями. А что он взял в Ростов ребенка, так это можно как-нибудь объяснить. Да Ваню вообще можно закрыть в гостинице и никому не показывать. Если все пройдет нормально, никто не узнает, что Андре приехал не один. Хотя, конечно, все это — очень опасно. Соврать Великому Инквизитору! Да, такого еще не бывало. Но нельзя позволить просто убить мальчика. А если Андре не воспользуется этим шансом, Ваня умрет — можно не сомневаться. Андре пошел будить Ваню.

Он кое-как растолкал его. Ребенок, как и сам Андре, не хотел просыпаться, но пришлось.

— С добрым утром, Андре, — сказал он, протирая глаза. — И с Новым Годом.

— И тебя также, Ваня. Только я попрошу тебя быстро одеться и собрать все самое необходимое. Завтракать мы не будем, на это нет времени.

— А что случилось?

— Мы летим в Ростов. По дорогое я все объясню. Давай, у нас есть всего два часа до самолета.

Ваня умылся по-быстрому, взял подарок Андре — больше брать нечего. Андре тоже пошел в ванну и, почистив зубы наспех, оделся в костюм, подаренный Ваней. Из старых вещей в сумку лег плащ — под ним легко спрятать меч или пистоли. Хотя оружия инквизитор оставил. По правилам пригласивший инквизитор должен обеспечить оружием приглашенного.

Они сели в такси и поехали в аэропорт. Андре опасался пробок, но когда едешь с колдуном, этого, обычно, не случается. Ваня даже не пользовался колдовской 'суперудачей', простой хватило, чтобы доехать вовремя. К тому же первого января машин попадалось мало. Приехав в аэропорт, Андре купил Ване билет и взял свой, заказанный Денисом. Они сразу пошли на посадку — багажа у них нет, сдавать ничего не надо. Если бы Андре летел один, наверняка опоздал бы — посадку уже объявили — но мальчику по-прежнему везло. Самолет заполнился наполовину, Андре попросил стюардессу пересесть на последние сидения, чтобы поговорить спокойно. От бортпроводницы несло легким перегаром, Андре подумал: как же хорошо, что на борту человек, управляющий удачей. Такая страховка в России, да еще и первого января, не лишняя.

Они уселись, Андре вкратце описал положение вещей. До сего момента возможность поговорить не представлялось.

— То есть, вы хотите сказать, что подставите того колдуна, чтобы спасти меня? — спросил Ваня, внимательно выслушав инквизитора.

— Примерно так. Хотя слово 'подставить' тут неуместно. Он убийца, маньяк, да еще и колдун. Его участь предрешена в любом случае. А вот тебя спасти он может. Хотя, признаюсь честно, шанс у нас невелик. И поэтому слушай меня внимательно и запоминай. Я хочу, чтобы ты не пользовался вероятностями во время всей поездки в Ростов.

— В смысле, не считывал формулы?

— Я не знаю, как ты это делаешь, да мне, собственно, это и все равно. Ты не должен делать того, что в Химках, это понятно? Если Денис почувствует, что ты колдун, а он обязательно почувствует, он сдаст нас со всеми потрохами. Так что никакого колдовства. Ни при каких обстоятельствах. Даже когда его нет рядом. И вообще, привыкай, что в будущем тебе нельзя колдовать.

— А почему?

— Потому что это плохо. Когда ты, как ты говоришь, считываешь формулы и цифры, по-настоящему ты воруешь удачу у других людей. Когда ты убил министра, ты заставил ему страшно не повезти. Так же произошло и с твоей бабушкой и с тем хулиганом. Но ты не должен этого больше делать. Понятно, Ваня? Прости, но если ты все же продолжишь колдовать, я тебя убью. Другого выбора у меня не будет.

— А почему ты должен убивать колдунов?

— Потому что я инквизитор. Потому что я разрушитель вероятностей, разрушитель удачи. Я не могу быть другим. Колдуны для меня, как кобры для мангуста. Естественный враг, и я не могу изменить себя.

— Но ведь это неправда.

— Это почему? — брови Андре взлетели вверх.

— Ведь вы не убили меня, Андре. Значит вы не мангуст. Ведь если я кобра, а это неоспоримо, так как я умею колдовать, а вы меня не убили и даже пытаетесь помочь, значит, вы не можете быть инквизитором. Это нелогично.

Андре заткнулся. Мальчик говорил дело. Инквизитор замолчал минут на пять, обдумывая это. Ваня терпеливо ждал ответа и наконец, не выдержал:

— Андре, если я обидел вас, простите…

— Ты не обидел меня, Ваня. Я просто не знаю, что тебе сказать. Ты прав, но я остаюсь инквизитором, а ты колдуном. Но я не могу убить тебя, и это неправильно, но это так. Все это необычно для меня и я не знаю, почему так происходит. Но это не отменяет того, что ты должен прекратить колдовать.

— Хорошо, я не буду.

— Вот и молодец.

Андре опять погрузился в мысли, мальчик открыл тетрадь, новенькая шариковая ручка принялась выводить цифры. Принесли еду, они позавтракали. Андре заказал бутылку вина, чтобы спутать мысли и не казаться Денису слишком свежим. Он и так не походил на инквизитора: в чистом костюме, с мытым телом и даже надушенный одеколоном. А инквизитор должен быть грязным, мрачным и немного пьяным. Андре решил, надо соответствовать хотя бы одному параметру.

Они поели, Андре обратил внимание на то, что делает Ваня. Тот что-то рисовал в тетради, писал цифры. Формулы не отличались сложностью, Андре легко в них разобрался, хотя в некоторых вместо чисел Ваня рисовал яблоки или точки.

— Что ты делаешь? — спросил Андре. Ваня посмотрел на него непонимающими глазами.

— Что, Андре?

— Я говорю, что ты делаешь? Вроде до школы еще далеко, да и формулы простоваты для твоего возраста.

— А мне нравятся простые формулы. В них что-то такое есть.

— Что?

— Ну, так сразу и не скажешь…

— А ты попробуй, — Андре действительно заинтересовался. До сих пор мальчик поражал уверенностью в себе, но вот впервые он растерян.

— Может вам покажется это глупым, но я думаю, математика неправильна.

— То есть?

— Ну, не то чтобы вся неправильная, но она вроде недоговаривает чего-то.

— Например?

— Да вот хотя бы ноль. Что такое ноль?

— Ну, ноль это ничего. Пустота.

— Но ведь в жизни так не бывает. Даже в космосе не бывает полного вакуума. Во вселенной везде всегда что-то есть.

— Но ведь это же математика, а не физика, — усмехнулся Андре. — Это наука теоретическая, а не практическая.

— А почему вы так думаете? По-моему, как раз наоборот, математика была придумана как сугубо практическая наука. Ну вот смотрите… — Ваня открыл чистый лист бумаги, расчертил надвое. Получилось две колонки, заголовком левой он написал 'правильно', а правой 'неправильно'. — Вот простое уравнение: два плюс два, равно четыре. Его запишем к правильным. Вот другое уравнение: два минус два, равно ноль. Его запишем к неправильным.