Чтение онлайн

– Я только написала, что они должны рассказать Майклу, что он их приемный сын. Что, если они не скажут, он сам узнает и будет только хуже. Мы говорили об этом не так давно и я... Извини, что втянула тебя в это, я же не могла сказать ему, что это из-за меня. – Она залепетала, как оправдывающийся ребенок, от чего мне еще больше хотелось послать их всех. Честно говоря, так я и сделал.

Я смирил ее самым ничтожным взглядом.

– Ты ведешь себя, как тряпка. Ты думаешь только о себе. – Сказал я, но она начала отрицать, что было совсем некстати.

– Именно поэтому мы с Лотти сами пытаемся заработать на себя!? И вообще делаем друг для друга ту работу, которую должны делать родители.

И вот тут-то, когда я вспомнил о моей сестре, я забежал к ней в комнату, она смотрела на меня, еле сдерживая слезы.

– Лот, никаких "нет", просто собирай вещи и положись на меня. У тебя есть 5 минут. – Как ни странно, это сработало, и я полетел в комнату, чтобы скидать вещи в свой рюкзак.

2.

Какое-то время я не мог сосредоточиться, но потом заставил себя успокоиться, сделал несколько глубоких вдохов, и начал перебирать в уме вещи, которые следовало бы взять. Наверное, вам интересно, куда я собрался нас тащить? Что ж, мне тоже. Я аккуратно положил на дно «сундука» пару футболок, запасные штаны, кофту, а сверху аккуратно добавил паспорт, в который были сложены все мои сбережения. «Надеюсь, Лот додумается взять свои деньги», но я знал, что она совсем не глупая девочка, знал даже тогда, когда она зачем-то пыталась доказать всем обратное. Затем я забежал на кухню, там моя ошарашенная мать всё ещё не понимала, что я делаю, и пыталась остановить, но я взял пару бутылок с водой и пошел за Лотти. Она, видимо, решила взять с собой весь шкаф и сейчас не могла застегнуть свой портфель. Через несколько минут мы были на улице, и я сказал ей бежать. На самом деле, я не представлял, что нам делать дальше, поэтому для начала решил посетить Моё Место. Как бы там ночью холодно не было, оделись мы тепло, температура выше нуля. Нам нужно было успокоиться, прийти в себя и обсудить, что же делать дальше.

Не знаю, как Лот, но мне совершенно не хотелось возвращаться в этот убогий дом, крыша которого постоянно протекает, обои слазят, и только в комнате моей сестры есть что-то, что дает надежду.

– Лотти, сейчас мы пойдем в Мой Дом, а перед этим забежим в магазин на краю и купим какую-нибудь пищу. – Сказал я на бегу задыхаясь.

– Пока ты поковал свои шмотки, я на кухне прочистила весь холодильник, теперь в моей сумке, которая тебе так не нравится, есть даже пару банок пива, неудачник.

– Ты не будешь при мне пить свое гребаное пиво, извини, но я пытаюсь спасти наши задницы от преждевременного забвения.

Она только фыркнула в ответ. Мы приблизились к лесу, и тут можно было сбавить ход, теперь я помогал ей пробраться между веток. Не помню, говорил я вам или нет, в Моём Убежище не было никого. Совсем никого и никогда. Поэтому Лот не знала, по какой дороге нам идти. Но когда мы были меньше, она каждый день просила показать мне мой тайник. Ей это казалось чем-то загадочным и волшебным, она, наверное, до сих пор верит в магию.

– Лот, а во что ты веришь? – мне вдруг захотелось это спросить, всё равно идти скучно и разговор, я думаю, совсем не помешает.

– Что? – она нахмурила брови, и я понял, каким неопределенным был мой вопрос.

– Я помню, как, когда мы были меньше, ты постоянно рассказывала мне о всяких чудесах. Ты всё еще думаешь, что волшебство существует? – я сделал паузу, - или же твои мальчики уже выбили из твоей головы эту непорочную, детскую фантазию? – я коварно улыбнулся и шел дальше, но заметил, что ее нет рядом. Когда я обернулся, то увидел, что она села на землю и плачет.

– Давай же, Лотти, осталось совсем чуть-чуть! – сердце сжалось, я наклонился к ней, помогая ей встать. Не тут-то было, эта истерика обрушилась именно на меня. И хоть я понимал, что ей нужно выговориться, чувствовал себя жутко неловко.

– То есть ты считаешь, что это нормально!? Нормально, что мы сейчас в каком-то лесу среди ночи, нас никто не ищет, и мы уходим всё дальше? Это, по-твоему, нормально? Как ты можешь так просто говорить о других, совершенно неважных сейчас, вещах!? Я всё детство стеснялась показать друзьям свой дом, пока не дошло до того, что у меня не осталось друзей вовсе. А ты даже не замечаешь этого. Я всегда думала, что ты можешь поддержать меня, когда мне плохо, но каждый раз ты доказывал обратное. Я не хочу никуда с тобой идти! – она уже рыдала навзрыд, а я был в панике и не знал, что на это ответить.

– Лотти… – Она не дала мне договорить

– Я так рада, что ты помнишь, как меня зовут. – Наиграно улыбнулась она.

– Прекрати! – я кричал и не мог это поменять, - сейчас не время говорить обо мне.

– Да что ты такое говоришь? Ты вообще когда-нибудь пытался разобраться в себе и своих тупых ошибках!?

– Ладно, пошли дальше, опасно оставаться прямо вот здесь вот. Там всё и обсудим. Пожалуйста, Лотти.

И она пошла, Боже, спасибо, она послушалась меня. Дальше мы шли в тишине, я не рисковал и не нарывался. Было уже темно, и риск заблудиться только увеличивался, но я хорошо помню дорогу туда, ведь столько раз мне приходилось приходить в Моё Место и ночью. Я нуждался в помощи. Серьезно, мои мысли бродили по лезвию ножа, страх провалиться усиливался. Боязнь потерять себя тоже.

Вот оно и место, я устал, мне требовалось хотя бы попробовать уснуть, я не знал, когда Лотти захочет поговорить со мной о том, что нам делать дальше. Родственников у нас нет, те, которые есть, не приютят, да и я сомневаюсь, что нам этого хочется.

– Мы пришли, можем сразу лечь спать, или же ты хочешь поговорить? – я начал аккуратно.

– Я не вижу тут никакого места, где можно спать. – Эти слова меня оскорбили, но и вправду, что она может увидеть. Поэтому я подтолкнул ее к входу, затолкал ее, а потом залез сам. Она улыбалась, я видел, что ей тут понравилось.

– Давай спать, нам нужно отдохнуть. – Сказала она, отвернулась от меня и легла на бок. Я не стал сопротивляться, отвечать тоже не было смысла, я просто лег рядом.

Еще долго я не мог уснуть, разные исходы нашего побега крутились у меня в голове. На самом деле, я очень хорошо мог представить, как наш папочка находит нас и вышибает из меня последние мозги. Вообще-то, я был не прав, что оторвал сестру от обычной жизни, хотя разве эту жизнь можно было назвать таковой? Наши родители. Как они могут так с нами поступать? Конечно, дети – тоже не подарок. Но это их долг – растить нас, пытаться понять, общаться с нами, находить общий язык. Да хотя бы ухаживать, черт возьми. А мы получаем из этого списка только ничего. Но это не повод отчаиваться, единственное, чего я хочу, это закончить свою жизнь не так, как они. Когда я, наконец, устал думать, я провалился в сон.

На следующий день я проснулся от пинка в ногу. «Наверное, Лот до сих пор на меня обижается» - пробежала мысль перед тем, как открыть глаза. Но когда я это сделал, я увидел, что она сидит рядом, и выражение ее лица было вполне дружелюбным.

– Вставай, уже обед, я хочу есть, и не собираюсь еще дольше ждать тебя» - она была спокойной, что было довольно-таки странным переходом от «я тебя ненавижу».

– Да, да, сейчас. – Сонно пробормотал я, но тело будто прижали большим камнем. Заставив, наконец, себя встать, я потянулся и увидел бутерброды на панельке. Сказал «спасибо», перекусил и продолжил обдумывать ночные мысли.

– Ты уже думала, что нам делать дальше? Или ты предоставляешь это мне? – я боялся начинать этот разговор.

– Я не знаю, Родди. Я могу только предложить поехать, куда глаза глядят. – Ухмыльнулась Лот и всплеснула руками.

– Так и сделаем. – Я не знаю, что на меня нашло, но это действительно показалось мне хорошей идеей, а Лотти стояла с широко распахнутыми глазами.

В этот момент я просто снова собрал всё, что мы успели вытащить. Спросил, сколько у нее с собой денег, и прикинул, что на какое-то время нам хватит. Я был безумен. И мне это, черт возьми, нравилось. Хоть что-то смогло чуть-чуть заставить меня двигаться. И я уверен, что это была моя сестра. Просто я знаю, что во всём мире ей я был дороже, чем кому-либо еще, я готов стараться действовать, если это сделает ее счастливой в будущем, после того, что мы прошли.