Иного не желаю
Шрифт:
Я кивнул на её живот.
— Девочка не будет счастлива, если между нами не будет мира. А я хочу для своей дочери самого лучшего.
Таис тихо всхлипнула и отвела взгляд в сторону. Я догадывался, о чем она сейчас думает - о своем отце и матери; о трагедии, случившейся в их семье.
— Я не заставляю тебя возвращаться ко мне, не заставляю принимать мою стаю… но мы могли бы просто наладить нормальные отношения. Ради дочери.
— Что ж, - тихо произнесла моя избранница, неосознанно положив руку на свой живот. – Я думаю, что мы можем попробовать это сделать.
А я подумал, что обязательно выплачу премию бостонским врачам – заслужили.
Тая
Когда Этьен предложил наладить отношения между нами ради ребенка, я не смогла сказать нет. Не потому что стала ему доверять – совсем нет, а только лишь потому, что не желала своей девочке того тяжелого морального груза, который сопровождал меня много лет, с самого детства.
После смерти матери, я много раз просыпалась посреди ночи с мыслями, а что, если бы меня не существовало? Стала бы мама так долго терпеть моего отца? Мне казалось, что нет…
На ум нет – нет, да и происходил тот подслушанный на даче разговор, когда мама признавалась бабуле, что пыталась несколько раз уйти от отца – и что отец каждый раз возвращал её назад, шантажируя мной.
А мама… сколько лет я мучилась осознанием того, что родилась похожей на своего отца – и что именно это отравило в конечном итоге мою маму. Почему она не попробовала сбежать, почему просто наложила на себя руки? Не потому ли, что любимая дочь росла таким же чудовищем, как и её отец – поэтому-то у моей мамы просто не осталось причин, чтобы жить?
Я положила руку на плоский ещё живот, обещая своей дочери, что она никогда в жизни не испытает ничего подобного из того, что испытала я.
И если мне даже придется начать налаживать отношения с Валуа - я готова была пойти на это ради ребенка. Тем более что Этьен сам сделал ударение на том, что он не имеет в виду моё возвращение во Францию… Здесь, под крылом Кирилла Баева я готова была рискнуть.
Не забывая, впрочем, что имею дело с настоящим хищником.
Правда, с самого первого дня нашего «соглашения» мне было не в чем упрекнуть Этьена. Когда, после завтрака, мы выехали из поместья в небольшой городок рядом, нас сопровождали лишь пару охранников – молодых, но мускулистых парней.
– Город находится на территории стаи, поэтому тебе не о чем волноваться, - правильно истолковав моё затруднение, объяснил Этьен. Склонившись ко мне, он схватил пальцами одну из прядей моих волос, и, рассеянно играя локоном, добавил.
– Ребятам, которые нас сопровождают, я уверен, дали приказ в случае опасности ни в коем случае ко мне не приближаться. Но одного из короткого сигнала неприметных средств связи хватит на то, что уже через пару минут после этого вся гвардия Баева вместе с вожаком окажутся на месте. Так что тебе в самом деле не о чем беспокоиться, - повторил Этьен.
Я молча кивнула, осторожно отодвигаясь в сторону – подальше от Этьена. Валуа понимающе улыбнулся и, выпустив мои волосы из своего захвата, завёл мотор.
Первым местом нашего путешествия стал небольшой магазинчик, где продавали шоколад – самый вкусный шоколад, который я когда – либо пробовала. Не знаю, знал ли Этьен об этом, либо выбрал случайно – так или иначе, я не смогла остаться равнодушной к ассортименту, который предлагали продавцы.
Затем мы прогулялись по центру – яркое солнечное утро как никогда располагало к неспешным, ленивым прогулкам.
Во время прогулки Этьен то и дело вежливо поддерживал меня то под локоть, то за талию, и делился своими воспоминаниями о том, как впервые оказался в этом городке.
— Я был ещё подростком, когда узнал, что подлинник портрета одного из моих прославленных предков находится у испанского Альфы и приехал сюда приобрести его – но дед Сирильо был непреклонен. Он был настоящим доном, - с восхищением покачал головой Валуа. – И ценил настоящие вещи.
??????????????????????????
— То есть этот портрет до сих пор находится у Альфы Баева? – спросила я.
Этьен высокомерно усмехнулся.
— Нет, разумеется. Я всегда получаю, что хочу.
И поскольку я продолжала молчать, он пояснил.
— Портрет находится в нашей семейной галерее. Филипп Третий, создатель ордена золотого руна. Не помнишь?
Я покачала головой.
— Нет.
Этьен мягко улыбнулся.
— Ну, при случае, если когда нибудь окажешься в замке…Кстати, а не зайти ли нам в этот магазинчик? Кажется, здесь хозяйка – француженка, которая закупается у поставщиков ля Фонтен…
И поскольку Этьен размашисто зашагал в сторону указанного магазинчика, мне пришлось докоснуться до него, чтобы потянуть в другую сторону.
— Этьен, пожалуйста…
— Что? – нахмурился Валуа. – Мне будет приятно, если твоим гардеробом займется самка со вкусом.
И он выразительно смерил меня с ног до головы.
Наверное, в другое время, я бы сильно разозлилась, но сейчас, когда Этьен так сильно не походил на себя прежнего, подобный его снобизм меня даже «порадовал» - по крайней мере, хотя бы здесь я была уверена, что он не играет со мной.
— Если честно, то я и раньше не была большой любительницей шопинга, а уж теперь, когда у меня почти каждый месяц новый гардероб…
Я тяжело вздохнула.
— У меня всего достаточно с верхом, и нового ничего не надо. По крайней мере, сейчас.
— То есть? – не понял Этьен. Его зеленые глаза недоуменно сверкнули. – Тая, это всего лишь вещи.
— Которыми у меня забит весь шкаф в моей комнате. – Поджав губы, я покачала головой. – Я и уже имеющуюся одежду не успею сносить до того, как поменяю размерчик.
Помедлив, Этьен коротко кивнул.
— Хорошо. Как скажешь. Но мы обязательно сюда вернёмся, когда ты поменяешь свой размерчик.
Я тогда наивно думала, что это время наступит ещё не скоро… Но следующие пару месяцев пролетели как один момент. Я даже не успела оглянуться, а Илья Романович уже поздравлял нас с успешно пройденными тремя месяцами беременности.
— Ещё ровно полгода – и вы увидите вашу красавицу, - тут же добавила Настя, присутствовавшая на сегодняшнем осмотре. Присутствовал и Этьен.