Инопланетный князь
Шрифт:
— Да-а-а! — был ему ответом дружный рев.
От рева даже чуточку завибрировали стены. Лысый мужик криво усмехнулся. Он продолжал растягивать плечевой эспандер с таким видом, как будто это было самым важным на данный час. Остальные же прислушивались к тому, что творится снаружи.
Мне это напомнило тот момент, когда я погиб. Тогда я тоже устроил бои без правил, где главным призом была жизнь. Император Заурастры боролся ещё и за свой народ. Правда, он проиграл, но…
Я тогда тоже проиграл. Проиграл не войну, а битву. Первую битву за много-много лет…
— И безусловно, мы хотим сразу увидеть этот бой, хотим насладиться воинским искусством нашего чемпиона, но… Основное блюдо будет предоставлено чуть позже, а пока что мы начнем с легких закусок. К нам пришли два заклятых врага, два человека, которые ненавидят друг друга так, что скулы сводит. Один из них специально организовал бой, чтобы перед всем народом унизить и уничтожить другого! Это беспрецедентный случай, такого ещё не было у нас, но это ещё не всё… Однако, давайте пригласим наших бойцов на поле боя! Вы готовы?
— Да-а-а-а! — взревела добрая сотня глоток.
Я тем временем направился в туалетную кабинку. А что? Я долго терпел и не сбрасывал отработанную воду. Пришло время от неё избавиться.
Правда, как только я зажурчал, то сразу же достал пакетик с темным веществом. Рецепт этого порошка я нашел в старинной книге того самого заброшенного отдела библиотеки. Рецепт дарующий силу, скорость и быстроту реакции. Порошок резанул вкусовые сосочки, но я заставил себя проглотить этот порошок. Как раз ко времени последнего глотания моя отработанная вода начала иссякать.
— Что-то я вас плохо слышу, — тем временем продолжал заводить толпу невидимый ведущий. — Вы хотите увидеть бой, полный ненависти, боли, отчаяния и страха?
— Да-а-а! — ещё громче взревели зрители.
— Тогда на эту арену приглашаются двое бойцов, двое воинов, которые идут до конца и не отступают ни перед чем! Ибрагим Асмолов — красная метка! Аркадий Иванов — синяя метка! Выходите, бойцы, покажитесь честному народу!!!
Ну что же, раз приглашают, то надо выйти. Всё-таки зовут…
С одной стороны, это даже хорошо — не придется ждать очереди. Помашемся и можно будет отправляться домой.
— Тебя, что ли? — спросил лысый мужик, когда я двинулся к дверям, застегивая штаны.
— Ага, меня, — кивнул я в ответ и скинул рубашку.
Не хотел запачкать её кровью.
— Ты даже руки не помыл, — заметил желтолицый.
А ведь он даже не открыл глаза! У него такой хороший слух?
— Пусть от этого будет унизительнее поражение противника, — хмыкнул я в ответ.
— Ну да, обоссанной рукой по хлебалу никому не хочется получать. Удачи тебе, малой, — проговорил лысый.
— Удача нужна только слабым, — ответил желтолицый. — Сильные всего добиваются сами.
Я помахал рукой на прощание, а потом открыл дверь. Первым делом я увидел узкий коридор, какой ставят для прохода тигров на арену цирка. В него-то я и шагнул.
Меня на секунду ослепили прожекторы, музыка и человеческий рев ударили по ушам. Я моргнул пару раз, заставив глаза привыкнуть к освещению. Дальше двинулся в ту сторону, где синело круглое пятно. Оно было похоже на сиденье табурета.
Наиболее освещённым было большое, шагов тридцать в диаметре, круглое поле. Напротив синей кляксы краснела такая же красная. Всё остальное пространство было усыпано желтым песком.
За рингом виднелись столики с сидящими людьми. Между столиками сновали официантки с обнаженными молочными железами. Они ставили в основном напитки и легкие закуски. Люди развлекались, глядя на боль, страдания, смерть.
И вряд ли эти люди сами выйдут на поле, они предпочитают смотреть на боль и слезы, щекоча себе нервы.
Неторопливо на красную метку вышел Ибрагим. Он был в спортивных шортах, поджарый, мускулистый, заросший густой шерстью. Его появление встретили более громкими криками, чем моё.
Ну что же, пришла пора заставить людей кричать громче при моем уходе…
— А теперь вторая часть сюрприза! — прокричал незримый голос ведущего. — Вы все знаете, что каждое соревнование к нам присоединяется «темная лошадка»?
— Да-а-а! — грохнул зал.
Тут крики были гораздо громче. Женщины визжали, мужчины орали в голос. У этих людей был выходной, и они отрывались по полной.
— Так вот, сегодня у нас целых две «темных лошадки»! Два человека, которые захотели выступить против Асмолова и Иванова! Это необычное состязание! Необычное оно тем, что с арены уйдут только двое! Да! Асмолов настаивал на уходе одного, а мы решили сделать уход двух! В два раза зрелищнее! В два раза кровавее!! В два раза умопомрачительнее!!!
В это время из двери, из которой вышел я, показался тот самый человек в темной одежде.
— Итак, нашему вниманию предстают ещё два бойца! Теперь мы можем назвать их имена! И это будет сюрпризом для наших ранее вызванных бойцов! Итак, представляем вашему вниманию, дорогие дамы и господа, Павел Лисицкий, сын князя Лисицкого, и Николай Фадеев, сумасшедший дегенерат, которого разыскивает вся полиция Киргизстана!!!
Глава 20
Вот это «темная лошадка»…
Сказать, что я был слегка удивлен, означало ничего не сказать. Я в самом деле был в ещё каком шоке! И видел, как у Ибрагима отпала челюсть. Он тоже не ожидал увидеть ещё пополнение на арене.
А между тем, двое людей в темных одеждах вышли из тех же дверей, что и мы. Правда, они не пошли по цветным углам, а встали перпендикулярно нашей линии.
— Темные лошадки выказали желание биться против двоих бойцов! Нас ждет бой два на два! Это редкое зрелище на нашей арене, но сегодня мы дарим нашим зрителям исключительный шанс насладиться видом этого боя! Только сегодня и только у нас четыре студента Академии Золотого Сечения сразятся между собой!
Невидимый ведущий продолжал нагнетать эмоции. Он начал представлять нас, расписывать наши умения и навыки. Трындел, конечно, но для получения впечатлений годилось.
Я нашел взглядом сидящего за столом Мишку. Тот показывал жестами, что он пытался предупредить, но ему не давали этого делать. В конце своей буффонады он развел руки в сожалеющем жесте, а после схватился за голову.
Лисицкий, вставший по правую руку от меня, снял капюшон и посмотрел на меня:
— Ну что, вот и пришло время выяснить наши отношения до конца…