Иной смысл
Шрифт:
В конце двадцать первого века вся информация о гражданах страны содержалась исключительно в электронном виде. Сверхмощные серверы, стоявшие в бункерах госуправления, хранили в себе все: дату рождения, ФИО, места рождения, проживания, учебы и работы, данные об образовании и карьере, данные об арестах и судимостях, если таковые имелись… Главный сервер находился в Москве, и на него ежедневно поступала обновленная информация с серверов всех городов. В городах также имелись центральные серверы, связанные по сети с компами различных корпораций и государственных учреждений. Аналогичная система имелась внутри самих учреждений и корпораций, а также в филиалах учреждений и корпораций… и так далее.
В корпорации «Россия» сетевую защиту ставили параноики. Каждый комп в сети был запаролен, как и все документы в нем. Передача информации на центральный сервер осуществлялась каждый раз в разное время, а сервер, в свою очередь, раз в сутки создавал полную копию всех данных для резервного компа, не подключенного к беспроводной сети, — информацию переносили на съемном диске.
Александр Михайлович Краников, старший менеджер отдела продаж корпорации «Россия», с самого утра был зол, как сто налоговых инспекторов. День не задался. Сперва дочь разбудила его на час раньше, чем следовало, включив в своей комнате эту идиотскую музыку. Потом сын долго ныл, что его мобил устарел и ему нужен новый, обязательно самый крутой и навороченный. На замечание матери о том, что у отца мобил даже проще, чем у него самого, мелкий паршивец возразил, что отец уже старый, ему не надо «телок клеить».
Когда Александр Михайлович, кипя от негодования, спустился в паркинг, выяснилось, что его недавно купленный автомобиль, за который еще три года надо было выплачивать кредит, разукрашен яркими надписями. Краников наорал на охранников, пообещав вкатить им иск, и потребовал начальника охраны. Начальник пришел, выслушал и объяснил несчастному автовладельцу, что ему уже три раза предлагали погасить задолженность за парковку, однако все эти просьбы были проигнорированы. Следовательно, теперь охрана не несет ответственности за сохранность автомобиля.
— Мне было некогда! — возмутился Краников.
— Вот и охране было некогда следить за машиной, — резонно возразил начальник охраны.
Соваться на разукрашенном монстре куда-либо, где его могли увидеть уважаемые люди, Александр Михайлович не рискнул, но, на его счастье, поблизости стояло свободное такси. Увы, поскольку это был явно не его день, буквально в полукилометре от дома таксиста подрезал какой-то лихач на флаере. Кроме машины, никто не пострадал, но ехать дальше таксист отказался, принеся извинения и вернув деньги.
Краников потянулся за мобилом, чтобы вызвать новую машину. Посмотрел на часы, выругался — он должен был быть на работе через двадцать минут, на машине уже не успеть. Взгляд его упал на серебристую конструкцию метростанции. Александр Михайлович улыбнулся и направился к лифтам.
Метро очень быстро разочаровало Краникова. Многолюдно, шумно, толкотня — он успел отвыкнуть от общественного транспорта за последние несколько лет. Когда подъехал поезд и толпа ринулась на штурм дверей, немолодой уже менеджер едва устоял на ногах. В поезд его буквально внесли. На переходе Александра Михайловича сильно толкнули, он чуть не упал.
— Мужчина, не вы обронили? — окликнула его молодая девушка.
Краников обернулся. В руке девушка держала его ключ-карту, без которой ни один сотрудник корпорации не смог бы даже попасть на работу.
— Я, спасибо. — Он буквально выхватил карту из пальцев девушки и чуть ли не бегом бросился к выходу со станции.
Если бы Александр Михайлович обернулся, он был бы сильно удивлен — девушка удовлетворенно улыбалась ему вслед.
На работу старший менеджер в итоге прибыл точно вовремя, хотя обычно приезжал минут на десять раньше. Прошел в свой кабинет, уселся за стол, включил комп. Протер платком взмокшую лысину и воткнул ключ-карту в разъем.
Через три часа в логове Вайсса и его ребят тихо пискнул один из компов. Лейзер бросился к машине, его руки замелькали над клавиатурой.
— Все. Вирус занесен. Через пару дней будем знать структуру их сети.
— Отлично сработано, Грета, — одобрительно кивнул Вайсс. Девушка из перехода метростанции улыбнулась, открывая банку пива.
Это была ювелирная операция. Заказчик требовал ни много ни мало точную копию ключ-карты, в которую был бы внедрен вирус. Гарантировать заказчик мог только маршрут объекта в указанный день. Испорченная машина, авария такси — все было подстроено. Лейзер написал вирус и программу, способную за считаные мгновения взломать несложные коды ключ-карты и встроить в них вирус. Грета села в метро одновременно с объектом, в давке вытащила у него из кармана ключ-карту, скопировала ее на портативный комп-наладонник, запустила программу Лейзера. Потом осталось только заменить информацию в чипе и вернуть его хозяину.
Цифры сменялись, отсчитывая секунды и минуты. Косте казалось, время течет преступно медленно. Нет, он умел ждать. Но именно сегодня ожидание почему-то казалось невыносимым.
Все было готово. Он предусмотрел все, что вообще можно было предусмотреть. Теперь все зависит только от случая…
В очередной раз мигнуло табло, цифры сменились. Ровно час ночи. Пора.
Коста поднялся во весь рост, повел плечами, расправляя крылья. Сунул руку в карман, на ощупь нажал несколько кнопок. Проверил, хорошо ли закреплена поясная сумка, посмотрел на закрепленный на запястье наладонник — нет, взлом еще не обнаружили. Значит, все получится.
В сотне метров от него громыхнул взрыв. Завопила сигнализация, где-то закричал человек. Коста ухмыльнулся — это только начало!
Второй взрыв был в разы сильнее первого — бомба сработала в автономной электростанции, обеспечивающей здание.
Суматоха, крики, чьи-то угрозы, трели мобилов — вместе это все создавало такую какофонию, что при желании Крылатый мог бы вывести из здания половину заключенных, а не всего лишь восемь человек. Но всех не требовалось.
Коста шагнул вперед, распахивая крылья, ловя воздушные потоки. Восстановил в памяти наружную стену здания, в котором держали рабов, подлетел к окну этажом выше, чем требовалось, зацепился пальцами за карниз, крыльями ударил — стекло разлетелось вдребезги. Раздался чей-то крик, Коста влетел в помещение — щеку ожгло. Он качнулся в сторону, наугад ударил — стальные кромки перьев с хрустом разрубили грудную клетку, охранник рухнул неподвижной грудой. Больше в помещении никого не было, и Коста беспрепятственно вышел в пустой коридор.
Теперь оставалось только не ошибиться в расчетах. Крылатый отмерил нужное расстояние, вынул из сумки небольшое взрывное устройство, закрепил на полу и метнулся за угол. Прогремел очередной взрыв, Коста бросился вперед, уже в прыжке делая крылья невидимыми, пролетел через оставленную взрывом дыру, приземлился на пол следующего этажа.
Серый коридор, серые двери, различающиеся лишь номерами — четырнадцать, пятнадцать… шестнадцать! Очередная порция взрывчатки, на этот раз совсем небольшая, разнесла замок, и Коста распахнул дверь.
Сложнее всего было предупредить всех о том, что в ночь с семнадцатого на восемнадцатое апреля надо быть готовыми, но притом не объяснить, к чему именно. К счастью, Игорь и Третий доверяли Стасу даже больше, чем он, по собственному мнению, заслуживал, а по их примеру ни о чем расспрашивать не стали и остальные.
Шестнадцатого Десятый нарвался на наказание. Их барак попадал в руки палача реже, чем все остальные, но когда попадал, они получали сполна. Семнадцатого утром Третий не смог встать, и его увели в медпункт. Стас весь день провел как на иголках, он не обращал внимания на собственную боль, на воспалившиеся раны, он не мог думать ни о чем, кроме того, успеет ли Третий вернуться.