Чтение онлайн

– Студенты, успокойтесь! – говорит директор, но все бесполезно. Когда на собрании что-то происходит, хаос неизбежен.

Вал толкает меня локтем.

– Как думаешь, что это было?

– Без понятия.

Студенты уже собираются уходить, но на сцену запрыгивает Стив Оверлэнд. Ему аплодируют даже больше, чем директору.

– Привет, ребята. Как дела? – спрашивает Стив со своей фирменной мальчишеской улыбкой, благодаря которой образуются ямочки на щеках, этакой беззаботной усмешкой человека, у которого в жизни нет реальных проблем. Директор хлопает его по плечу и указывает ему на место.

– Дайте мне одну минутку, сэр. Шестьдесят секунд.

Директор делает раздраженный вид и отступает, но мы все знаем, что это просто притворство. Не секрет, что директор получил большую премию, когда наша футбольная команда выиграла чемпионат штата. Так что, он не стал бы сердиться на такую ценную собственность.

– Позвольте мне сообщить вам настоящую причину, почему мы здесь собрались, – говорит Стив.

Вал и я обмениваемся взглядами: ее предвкушающий и мой растерянный.

– В этой комнате находится именинница, – нежно произносит Стив в микрофон. – Хаксли Мапозер, пожалуйста, встань!

Хаксли подчиняется. Она наклоняет голову в наигранном смущении, которым овладела в совершенстве. Я ссутуливаюсь на стуле.

Стив задерживает дыхание.

– Я немного нервничаю.

Смешки девушек, сидящих перед ним, приободряют его, и он им подмигивает.

– Все равно ничего не получится. – Стив наслаждается, все он может, он ведь – Стив Оверлэнд, да и кто скажет ему уйти со сцены? Он начинает петь одну из песен Фрэнка Синатры, ту, которую, я уверена, поют на каждой американской свадьбе.

Мой одноклассники безумствуют: встают, вопят и хлопают в несуществующий такт. Каждые пять секунд раздается, по крайней мере, одно «Ух ты». Стив хороший певец, но песня просто ужасна. Хаксли, вероятно, сама разработала весь этот «спонтанный» план.

– С Днем рождения, Хакс, – говорит он между вздохами.

Теперь ячувствую себя чертовым военнопленным.

8

Народ все утро обсуждал выступление Американского идола– Стива. Надеюсь, они выполнили свой план по проявлению псевдоромантических жестов на сегодня и избавят нас от этого театра за ланчем. Я жду Вал возле кафетерия, подальше от толпы студентов, чтобы она смогла меня найти. Обычно мы ходим на ланч вместе, поэтому мне интересно, почему она задерживается. Я опираюсь на стеклянный шкафчик, в котором хранятся заветные футбольные реликвии старшей школы Ашлэнда. Некоторые из игроков на черно-белых фотографиях привлекательны, и это просто жесть, ведь сейчас они дедушки. Полагаю, чтобы все выглядело по-американски, в самом центре экспозиции школа выставила фото Хаксли и Стива во время их коронации на выпускном. На танцы он надел свою вылинявшую футбольную форму. Все думали, что он продолжит играть в футбол в колледже, но он отказался в пользу Вермилион, близлежащего университета, чтобы быть ближе к Хаксли, которая младше его. Все девчонки думают, что он безумно любящий парень. Я считаю, что он просто подкаблучник.

Сквозь гам снующих одноклассников, я замечаю, как приближается Вал. Но она не одна. Над толпой возвышается макушка черных волос, которые я безошибочно узнаю.

– Привет, – говорит Вал.

– Привет, – отвечаю я, мои глаза смотрят то на нее, то на Эзра.

– Гм, это Эзра.

Он освобождает свою руку и пожимает мою.

– Как дела?

– Хорошо, – отвечаю я, понимая, что веду себя совершенно грубо и вовсе не очаровательно.

Я смотрю, как Вал устраивает Эзра проверку на то, сколько времени ее рука будет находиться рядом с его, пока он не возьмет ее?

И Эзра проходит ее на «Ура!». Когда он берет ее руку, ей с трудом удается сдержать радость, так и льющуюся из нее. Никогда не видела ее такой счастливой.

Я не могу поверить, что все сработало. Чувствую, как от страха сжимается мой желудок.

– Когда это...? – я показываю на их руки.

– Между третьим и четвертым уроком, – одновременно отвечают Вал и Эзра.

– Вау, – говорит он. – Это была судьба.

Судьба? Интересно, репетировали ли они встречу со мной?

– Эзра стоял позади меня возле аппарата с колой после третьего урока.

– Мне было суждено встреть веселую, замечательную девушку, которая любит фильмы так же, как и я.

– А потом он купил мне диетическую колу!

– Это было не так. Я купил тебе диетическую колу, когда мы разговаривали. У меня не было с собой шампанского, поэтому мне пришлось воспользоваться другим газированным напитком, чтобы поухаживать за тобой.

Вал сияет от гордости.

– То есть вы официально встречаетесь. Уже. После одной диетической колы.

– Я не мыслю штампами, – говорит Эзра. Он убирает прядь волос с лица Вал. – С тобой я хочу стать лучше.

– Правда?

– Это из фильма «Лучше не бывает».

– О, мой любимый фильм, – говорит Вал.

– А моя любимая – ты.

Я закатываю глаза. Он что серьезно? Если бы только Эзра знал, сколько на самом деле в этом романтики. Что ее знание фильмов было взято из интернета, а мной кратко изложено на бумаге. Что он просто самый доступный вариант, который оказался под рукой.

– Пойдемте есть. Умираю от голода! – киваю я на кафетерий.

Ни один из них не двигается. Страх расползается.

– Что? – спрашиваю я.

Вал сводит брови.

– Сегодня я собираюсь поесть с Эзра, – она прислоняется к его плечу. Их УПЧВОМ стремительно растет.

– Нам надо кое с кем встретиться, – говорит он. Его глаза смотрят вверх, а потом налево. Вал права. Это грубо и в то же время восхитительно.

– О.

Вал смотрит на меня так, что только я могу ее понять: она молчаливо умоляет меня смириться.

– Хорошо, – выдавливаю я свою лучшую фальшивую улыбку. И говорю себе: это то, чего хочет Вал, и я должна быть счастлива, потому что она счастлива.

– Было приятно познакомиться, – говорит Эзра. Они входят в кафетерий, держась за руки.

Итак, началось. Вал переходит на темную сторону.

Я следую за ними – простой человек, пробирающийся к своему столику. Смех Хаксли разносится по всему кафетерию, все внимание приковано к ее угловому столику, в общем, все как ей нравится. Она хихикает, уткнувшись в широкую грудь Стива, реагируя на что-то не такое уж и смешное. На секунду мне кажется, что она смеется надо мной.

Стив притягивает ее ближе и зажигает свечу на кексе.

– Мы поговорим позже! – говорит мне Вал, но я ей не верю.

***

Дома мама с папой, как и обычно, находятся в гостиной за своими типичными занятиями: она смотрит телевизор, сидя в своем мягком кресле, который мы называем троном, а он читает газету на кушетке. Они очень хорошо уживаются, как соседи по комнате.

Мама машет мне со своего трона. Если уж она на него уселась, то не слезет до самого ужина.

– Ты можешь проверить как Диана?

– Что-то случилось?