Чтение онлайн

– Прости.

Динь.

Это какая-то китайская телефонная пытка.

– Ты можешь ответить.

Вал поворачивается ко мне спиной, чтобы прочитать их. С каких это пор смс стали секретными? Это человек из ее «группы»?

– Все в порядке? – спрашиваю я.

Она пытается сохранять равнодушное выражение, но я замечаю, как слегка покраснело ее лицо – чего не было тридцать секунд назад.

– Дотти такая Дотти.

Я не стала допрашивать ее. Она все равно не скажет правду.

Несколько секунд мы сидим в тишине, которая кажется мне вечностью. Это ненормальное дружеское молчание. В этот раз мне приходится изо всех сил думать, что сказать.

– Как у тебя дела с парнем? – спрашивает Вал. – Ты не часто говоришь о нем.

Потому что не хочу, чтобы отношения между нами стали еще хуже.

– Хорошо.

– И все?

По идее, здесь мне стоит рассказать ей о признании и о поступлении Фреда в Бартлетт, после чего следующие три часа мы бы обсуждали и анализировали каждое сказанное слово.

Но я не могу ничего произнести. Мозг отчаянно желает это сделать, но рот лучше знает, как поступить. Между нами уже и так натянутые отношения. Я не хочу, чтобы Вал еще больше чувствовала себя третьей лишней. Не хочу, чтобы мы отдалились друг от друга в наш последний совместный учебный год. Мы должны закончить его на хорошей ноте, поэтому я не стану рисковать.

– И это все.

***

«Ферфакс» – место, в котором может пропасть любая девушка по дороге со школы. Это одна из тех сетевых аптек, которые постепенно превращаются в торговые центры. Каждый раз, когда я в нее захожу, у них появляются новые товары. В прошлом месяце это были консервы; на прошлой неделе они стали продавать свежие фрукты – пусть и расфасованные. Все равно считается.

Я брожу по отделу с товарами для Хэллоуина, в котором продают паутину, костюмы и сладости. Сладости в честь праздника, так что калории не считаются. К тому же последние несколько недель были такими сумасшедшими, что я могу позволить себе устроить шоколадный разгул.

Рука тянется к маленькой пачке жевательных конфект за полцены, но меня опережают.

– Они твои, – говорит Уэйд. На улице облачно, но он все равно нацепил на голову очки.

Его корзина забита всем, что только есть в «Ферфаксе». Отец Уэйда занимает высокую руководящую должность в сети, поэтому ему не нужно ни за что платить. Свежеиспеченные булочки (у них теперь пекарня есть?) вперемешку с автомобильными журналами и средством для укладки волос. Словом, полнейший ужас.

– Спасибо. – Я беру с полки пачку конфет, чувствуя себя нелепо: я просто хотела посмотреть, а теперь вынуждена купить. Завернув в отдел с косметикой, молюсь, чтобы больше его не увидеть. Мне всегда не по себе, когда я сталкиваюсь с одноклассниками за пределами школы. Мы не здороваемся в коридорах, как тогда вести себя в магазине? А еще он встречается с моей подругой детства, которая больше не разговаривает со мной. Этот факт заставляет меня двигаться быстрее.

Подойдя к кассе, я становлюсь в очередь и изучаю товары за доллар, гордясь тем, что могу противостоять искушению прихватить и их.

– И еще раз привет. – Уэйд. Снова. Позади меня. – Я тебя не преследую. Это просто совпадение.

Я не успеваю ответить, потому что к нам подходит Хаксли. Несмотря на то, что мы стоим довольно близко друг к другу, она блестяще делает вид, что меня не существует. Ни случайного столкновения взглядов. Ни эмоций на лице. Ни неловкости в беседе с Уэйдом.

Он обнимает свою девушку за талию. Девушку! Уэйд и Хаксли. Все никак не привыкну к их паре.

Я перевожу взгляд на корзину, откуда на меня смотрит крем для лица и средство для укладки волос. Стив никогда не пользовался подобным. Наверное. Мне всегда казалось, что он из тех парней, которые выходят из дома, пригладив рукой волосы и побрызгав в лицо водой.

Хаксли нужен был кто-то похожий на Стива. Человек, который не давал бы ей отрываться от реальности и был ее опорой. Стив заставлял ее улыбаться, когда она становилась слишком серьезной. Да и вообще, их отношения и романтические поступки были на высоте, нервируя меня, специалиста по разрывам. Я скучаю по той Хаксли. По тому дьяволу в юбке, которого я знала.

– Мария, – зовет Уэйд явно недовольного этим кассира. – Может, вы откроете еще одну кассу? – С этими словами он показывает на очередь, растущую за ним.

– Спасибо, – говорю я ему.

Пока Мария обслуживает меня, я прислушиваюсь к беседе Уэйда с его кассиром. Кажется, он знает их по именам даже без бейджиков.

– Отец не хочет выдавать мне новую кредитку, потому что я превысил лимит на последних трех. Поэтому на день рождения он выдал мне кучку этих «деток». Посмотрев через плечо, я вижу блестящие на свету подарочные карты «Ферфакса».

Мария вручает мне чек, и я делаю последнюю попытку встретиться взглядом с Хаксли. Она играет с ключами, наматывая их на длинную блестящую цепочку. Я пока еще не сдалась. Мы давно не разговаривали, и наше короткое воссоединение в прошлом году было для меня чем-то особенным. Лучше уж вообще не пробовать, чем вкусить то, что у тебя потом заберут.

– Может мы прекратим играть в молчанку, Хаксли? – вырывается у меня. Просто раздражают эти детские игры. – Прости за то, что я сделала в прошлом году, но я ведь свела вас снова вместе. Не моя вина, что он все разрушил.

Прищурившись, она смотрит в мою сторону, отчего я начинаю сожалеть о своей неожиданной вспышке честности. Может, не стоило будить спящего медведя?

– Ребекка, прибереги свои извинения для того, кому не все равно. Я не игнорирую тебя. Мне просто на тебя наплевать. Ты – недоразумение в прошлом и не играешь никакой роли в настоящем. – С этими словами Хаксли делает три шага ко мне и говорит: – Ты – ничто для меня. Просто муха на лобовом стекле.

А потом она отходит к Уэйду, оставляя меня одну. Одну-одинешеньку. Мое сердце бьется где-то в районе туфлей. Я ожидала, что она будет зла, но услышать ее слова... произнесенные так твердо... после такого ничего нельзя вернуть назад. Открываются автоматические двери, подавая знак, что пора выходить.

Я иду к машине, пиная по пути усыпавшие дорогу желтые и красные листья. У меня чуть не останавливается сердце, когда я подхожу к ней ближе. Мысли о Хаксли мгновенно выветрились из моей головы. Кажется, домой я еду не одна.

На капоте сидит плюшевый мишка и, широко улыбаясь, смотрит на меня своими черными глазами. В любой другой ситуации это показалось бы мне милым. Я внимательно осматриваюсь по сторонам, но на парковке нет ни единой души.

Я беру медведя в руки. В лапах у него зажат розовый набитый мяч, украшенный сердечками. А за дворник всунута записка.

«Я наблюдал за тобой издали. Мне всегда было интересно, о чем ты думаешь. Мне нравится, что ты всегда думаешь. Вскоре ты узнаешь правду. Вскоре ты сможешь сорвать маску».