Чтение онлайн

– А если это не игра, – сказала она тихо, с лёгкой улыбкой на губах, – почему вы так спокойно позволяете мне уйти?

Он подошёл ближе, его серебристые глаза сверлили её, и Анна почувствовала, как воздух между ними сгустился.

– Потому что ты не уйдёшь, – твёрдо сказал он, его голос был низким и ровным. – Ты можешь делать вид, что у тебя есть выбор, но на самом деле ты знаешь, что должна остаться.

Его слова задели её за живое, и она едва сдержала порыв бросить ему в лицо всё, что накопилось. Но вместо этого сделала ещё один шаг назад, всё ещё держа взгляд на его лице.

– Увидим, – ответила она и развернулась снова, уверенно шагая прочь.

Она знала, что он не позволит ей уйти далеко. И всё же в этот момент она играла на грани, желая увидеть, как далеко он готов зайти, чтобы удержать её.

Анна не могла больше находиться рядом с ним, не понимая, кем она для него была – союзником, пленницей или пешкой в его сложной игре. Может быть, он видит в ней не человека, а инструмент? Дневник, над которым она работает, содержит что-то важное, то что нужно ему для выполнения его миссии. И если она действительно играет роль в его плане, то насколько далеко он готов зайти, чтобы заставить её остаться?

– Если я ключ к чему-то важному для него… он не отпустит меня, правда? – подумала она, чувствуя, как внутри всё переворачивается. – И если я уйду, он остановит меня. Но как? Убедит словами? Или просто заставит?

Она крепче сжала руки, пытаясь успокоить бешеное сердцебиение. Ей нужно было знать правду, понять, на что он готов ради своей цели. И хотя она шла вперёд, не оглядываясь, каждая клетка её тела ожидала шагов позади, ожидала его голоса. Ожидала, что он сделает.

Она чувствовала, что он смотрит ей вслед, но не оборачивалась. Как далеко вы позволите мне зайти, авриал Аластор? – мысленно спросила она, чувствуя, как адреналин наполняет её тело. Но вместе с этим росло и напряжение. Что, если он действительно её отпустит?

Она рискнула посмотреть через плечо, и её сердце на мгновение замерло. Аластор не только не остался позади, но уже двигался за ней, как тень, которая становится всё ближе.

Его походка была спокойной, но в ней чувствовалась твёрдая уверенность. Один за другим прохожие уступали дорогу, не осмеливаясь задерживаться на его пути.

– Он идёт за мной, – мелькнуло у неё в голове. Но вместо страха это вызвало у неё ещё больший прилив решимости. Её шаги ускорились, а толпа становилась всё гуще.

– Анна, не играй с огнём, – его голос раздался неожиданно близко, и она вздрогнула, но не замедлила шаг.

– Если вы не хотите, чтобы я ушла, почему не остановите меня? – бросила она через плечо, не оборачиваясь. Её голос звучал дерзко, но внутри она чувствовала себя так, будто ходила по лезвию ножа.

Она услышала, как он чуть усмехнулся. Этот звук был тихим, но острым, как лезвие.

– Ты хочешь, чтобы я остановил тебя?

Анна замерла на мгновение, чувствуя, как его слова повисли в воздухе, словно напряжённая нить. Она ожидала от него ещё чего-то – объяснения, действия, хотя бы движения. Но Аластор стоял неподвижно, как будто и не собирался что-либо предпринимать.

Она медленно улыбнулась, но улыбка была больше для себя, чем для него. В ней смешались ирония и что-то напоминающее горечь. Развернувшись, Анна уверенно пошла дальше, чувствуя его взгляд, прожигающий ей спину.

Её руки дрожали, но она не позволила себе остановиться. Она вошла в узкий переулок, где шум толпы начал стихать, и на мгновение ей показалось, что она смогла оставить его позади. Но как только она сделала ещё один шаг, сильная рука схватила её за запястье.

– Достаточно, – его голос был низким, но в нём звучала твёрдая угроза. Он развернул её к себе, заставив остановиться. Его глаза встретились с её, серые и полные решимости. Хватка была сильной, почти болезненной, но не агрессивной. Она резко обернулась, её глаза сверкнули вызовом.

– Отпустите меня! – бросила она, пытаясь вырваться, но его хватка только усилилась.

– Хватит устраивать спектакль, – тихо сказал он, но в его голосе чувствовалась стальная твёрдость.

Анна попыталась снова дернуться, но он резко потянул её на себя. Его лицо оказалось в нескольких дюймах от её, его глаза сверлили её взглядом, как будто пытались проникнуть в самую глубину её души.

– Я не позволю тебе уйти, – произнёс он тихо, но так, что её сердце замерло.

Не сказав больше ни слова, Аластор развернулся и, не ослабляя хватки, потащил её за собой. Анна пыталась сопротивляться, но он был слишком силён. Её шаги становились неровными, но он не замедлялся.

Толпа вокруг расступалась, люди с любопытством оглядывались, но никто не осмеливался вмешаться. Анна чувствовала, как её гнев закипает с новой силой.

– Вы не имеете права так со мной обращаться! – её голос дрожал от ярости. – Я не ваша пленница!

Аластор остановился так резко, что она чуть не налетела на него. Он повернулся к ней, не отпуская её руки, и его лицо было холодным, словно вырезанным из камня.

– Ты права, – произнёс он спокойно, но в его голосе слышался опасный ледяной оттенок. – Ты не моя пленница. Но ты нужна мне. И если я должен тащить тебя за руку, чтобы ты это поняла, я сделаю это.

Анна встретила его взгляд с неприкрытой яростью, но в глубине души почувствовала, как её решимость начинает дрожать. Его слова не звучали как угроза, но в них была такая непоколебимая уверенность, что спорить с ним казалось бессмысленным.

– Почему? – спросила она, её голос сорвался на шёпот. – Почему я так важна вам? Почему вы не можете просто оставить меня в покое?

Он не ответил сразу, только выдохнул, словно боролся с внутренним решением.

– Потому что только ты можешь закончить то, что начала, – наконец сказал он, но это звучало не как объяснение, а как утверждение. – И я не позволю тебе сбежать от этого.

Он снова развернулся, не отпуская её руки, и повёл её дальше, его шаги были быстрыми и решительными. Анна шла за ним, чувствуя, как внутри неё разгорается новый огонь. Она не собиралась оставлять этот разговор. Её гнев и любопытство слились воедино, и она знала, что теперь ей нужно понять правду, чего бы это ни стоило.

Аластор не сбавлял шага, его хватка на запястье Анны была крепкой, но не жестокой. Она пыталась вырваться, но он двигался с такой решимостью, что её сопротивление казалось ему просто досадной помехой. Она кипела от гнева.